Спорт глазами экономиста: обзор современного состояния предмета


Спорт глазами экономиста: обзор современного состояния предмета

Зайцева И.А.


Спорт играет все большую роль в экономике, политике и общественной жизни разных стран. Рыночные доходы мировой спортивной отрасли в 2014 г., по оценкам, составили 145 млрд долл., или 0,1% мирового ВВП (statista.com). В развитых странах доля спорта в ВВП достигает 3%. Вклад спорта в ВВП увеличивается с ростом доходов на душу населения (SportsEconAustria et al., 2012), поэтому можно ожидать возрастающего экономического вклада спортивной отрасли в будущем. Растет и политическое значение спорта: национальные спортивные достижения способствуют повышению международного и внутреннего имиджа государств (Wicker et al., 2012; Heere et al., 2013).

Спорт признается международными организациями эффективным средством экономического развития (Beutler, 2008) и при этом способствует накоплению человеческого и социального капитала, социальной мобильности и преодолению бедности (Beutler, 2008; Seippel, 2006). Общая оценка социального эффекта спорта с учетом названных факторов является важной и не до конца решенной задачей (Lee et al., 2013).

Для экономистов спорт — не только значимое, но и крайне интересное поле исследований. Основные темы и проблемы современной экономической науки — рынки и регулирование, дизайн институтов, асимметричная информация, права собственности и пр. — так или иначе присутствуют в области спорта. Нетривиальность экономики спорта связана с наличием общественных благ, экстерналий и других факторов, ведущих к провалам рынка, а также с присутствием несовершенной конкуренции, сложных агентских отношений, контрактов и стимулов. Дело еще более усложняется нерыночной природой большинства продуктов спортивной отрасли и высокой конкуренцией в профессиональном спорте. Современный спорт хотя и подвержен провалам рынка, но существует главным образом на рыночной основе, и возникает вопрос о соответствии коммерческих интересов инвесторов, спонсоров, хозяев команд и администраторов спортивных лиг и ассоциаций интересам и потребностям общества.

На различных спортивных рынках часто встречается ограничение конкуренции (например, ограничение входа команд в лигу, сговор участников лиги при найме спортсменов, продаже билетов и прав на трансляцию), которое может быть неэффективным и поэтому нуждается в антимонопольном регулировании. Встречается в спорте и обратная ситуация чрезмерной конкуренции, которая приводит к неэффективному переинвестированию с точки зрения общества, и ресурсы спортивной отрасли расходуются при этом неэффективно с общественной точки зрения.

Большое значение в спорте имеют внешние эффекты (экстерналии), главным образом потому, что успех, как правило, выражается в относительном, а не абсолютном результате. Экстерналии возникают, поскольку в командных видах спорта участники дополняют друг друга, и вклад отдельного атлета зависит от действий товарищей по команде. Из-за наличия внешних эффектов в спорте могут возникать искажения зарплат спортсменов, а также стимулов к победе.

Спорт интересен экономистам и возможностью тестирования в «естественных экспериментах» различных положений и выводов экономической теории. Характерным примером является популярное в экономике спорта обращение к теореме Коуза (см. ниже), согласно которой наиболее эффективное использование активов и ресурсов (например, спортсменов) достигается вне зависимости от распределения прав собственности. Спорт предоставляет возможность наблюдать и анализировать разнообразные коллизии на рынке труда, в том числе ограничение заработной платы, высокую международную мобильность спортсменов и пр. Наконец, интерес экономистов к спорту объясняется качеством и количеством данных спортивной статистики, которые обычно находятся в открытом доступе.

Экономика спорта начала развиваться относительно недавно, но весьма активно, превратившись в «догоняющую» область экономической науки. Несмотря на «задержку на старте», экономика спорта уже занимает значимое место среди других направлений экономических исследований. В настоящее время в базе цитирования Scopus зафиксировано 6,7 тыс. статей о спорте в области экономики и бизнеса, что лишь в три раза меньше числа статей по экономическому росту. Динамика публикаций статей по экономике спорта в базе Scopus представлена на рисунке 1.

В экономике спорта накоплены интересные для широкой экономической аудитории концепции и результаты, убедительно демонстрирующие действенность экономических методов и подходов в анализе и объяснении данной отрасли человеческой деятельности. Насколько нам известно, в научной литературе — как русскоязычной, так и мировой — отсутствуют комплексные обзоры экономики спорта, и настоящая статья имеет целью отчасти восполнить данный пробел. Обсуждаются также потребности и возможности экономического анализа российского спорта. Исследования по экономике спорта в России только начинаются, и мы укажем перспективные направления работы в данной области. В статье представлены новые возможности использования культурных особенностей разных стран как фактора спортивных достижений, в том числе национальных особенностей социального капитала.

Основное внимание мы уделяем спорту высших достижений, так как именно здесь генерируется основная часть доходов спортивной отрасли и возникает больше интересных для экономиста исследовательских вопросов. Тем не менее мы коснемся и массового спорта, так как он создает значимые макроэкономические эффекты.

Макроэкономика спорта

Спорт стал важной отраслью мировой экономики, занимая более весомые позиции в экономически развитых странах. В ЕС спортивная отрасль сравнима по размерам с суммарным вкладом в ВВП сельского хозяйства, лесоводства и рыболовства. Кроме того, эластичность чистого дохода спортивной отрасли по национальному доходу в ЕС составляет 1,14, то есть с ростом национального дохода можно ожидать увеличения роли спорта в экономике.

В спортивной отрасли выделяются две подотрасли, имеющие принципиальные различия: спорт высших достижений, или профессиональный, и массовый спорт. Спорт высших достижений отличается главным образом ограниченным числом участников отрасли и, следовательно, особой конкурентной средой. Спрос на спорт высших достижений является массовым, учитывая огромный общественный интерес, однако предложение, по очевидным причинам, ограничено. Среди издержек спорта высших достижений преобладают затраты на атлетов, инфраструктуру и оборудование. Основной является первая категория издержек, поскольку речь идет об ограниченном круге уникальных спортивных талантов.

Доходы спортивной отрасли формируются из спонсорских пожертвований, средств от продажи билетов, прав на медиатрансляцию и спортивной атрибутики. Динамика доходов спортивной отрасли представлена на рисунке 2.

Средства спонсоров составляют около 30% всех доходов отрасли, примерно столько же — доходы от продажи билетов, около 25% — от продажи прав на медиатрансляцию, около 14% — от продажи спортивной атрибутики. Наибольшая доля этих доходов мировой спортивной отрасли приходится на Европу, Ближний Восток и Африку (ЕБВА, рис. 3). Северо-американская спортивная отрасль генерирует ежегодно доход свыше 50 млрд долл. Европейский футбольный рынок — один из крупнейших мировых спортивных рынков — оценивается в 23,8 млрд долл., около половины дохода которого создают лиги «большой пятерки» (Англия, Германия, Испания, Италия и Франция). Помимо значительных доходов, спорт высших достижений — весомый политический и социальный фактор. Национальные спортивные успехи вызывают чувство гордости и единства нации, а также поднимают престиж страны на мировом уровне.

Что касается массового спорта, то его макроэкономический вклад определяется в первую очередь инвестициями в человеческий капитал посредством влияния на здоровье и производительность труда. Спорт также влияет на социальный капитал страны, способствуя развитию спортивных клубов и ассоциаций. Массовый спорт сокращает масштабы бедности, преступности, алкоголизма и наркомании. Таким образом, помимо рыночных, массовый спорт создает нерыночные блага, которые способствуют экономическому росту. Мировой доход от рыночных услуг массового спорта оценивается в 75 млрд долл. в 2012 г. (statista.com).

Массовый спорт и спорт высших достижений связаны между собой. С одной стороны, спорт высших достижений в значительной степени определяет популярность массового. С другой стороны, развитие спортсменов начинается в юном возрасте в общих спортивных учреждениях, и уровень и распространенность массового детского спорта определяют впоследствии уровень профессиональных спортсменов. Оценить прямые и взаимные макроэкономические эффекты спорта высших достижений и массового сложно. Экономисты предлагают разные методы оценки рыночного вклада спортивной отрасли в национальный доход, а также социальных эффектов спорта (Lee et al., 2013), но в этой области остается много нерешенных вопросов.

Права собственности и контракты в спорте

Один из основных принципов экономической теории — теорема Коуза — гласит, что первоначальное распределение прав собственности не имеет значения для эффективности использования имеющихся ресурсов, если стороны могут с небольшими тражакционными издержками договориться о Паретооптимальном использовании ресурсов. В то же время в ряде исследований показано, что ввиду информационной асимметрии, неполноты контрактов и по иным причинам эффективность использования ресурсов не нейтральна к распределению прав собственности (см., например: Grossman, Hart, 1986).

Спорт дает хорошую возможность протестировать теорему Коуза на примере спортсменов, команд и спортивных лиг. Контракты в спорте влияют на стимулы спортсменов, клубов и в итоге — на распределение сил между командами лиги. Теорема Коуза для спортивных лиг позволяет ожидать, что вне зависимости от изначального распределения прав собственности на контракты с атлетами спортсмен окажется в команде, для которой он представляет наибольшую ценность (Rottenberg, 1956).

В дальнейшем в нескольких естественных экспериментах, где изменение прав собственности влияло на трудовой контракт спортсмена, экономисты нашли как подтверждения, так и опровержения теоремы Коуза. Впервые такой естественный эксперимент наблюдался в 1976 г. в бейсбольной премьер-лиге США. Игроки приобрели статус свободного агента после шести лет стажа в лиге. Владельцы клубов ожидали, что такое нововведение повлечет за собой переход сильнейших ветеранов лиги в команды крупных городов и ухудшит конкурентный «баланс» лиги (который предполагает оптимальный уровень неопределенности исхода соревнования). Однако большинство исследователей обнаружили или отсутствие изменений, или некоторое улучшение в конкурентном балансе (Szymanski, 2007).

На примере изменения прав собственности на трудовые контракты на европейском футбольном рынке в 1995 г., известного как «правило Босмана», экономистам удалось продемонстрировать явное нарушение теоремы Коуза и таким образом подтвердить значимость прав собственности в спорте высших достижений. Правило Босмана позволило игрокам с истекшим сроком контракта переходить в другой клуб без выплаты компенсации предыдущему владельцу — до его введения клуб имел право на компенсацию в течение двух с половиной лет по окончании контракта. Эти изменения повлекли за собой значительное перераспределение талантов в пользу наиболее крупных по размеру доходов лиг (Kesenne, 2007).

Одно из объяснений нарушения теоремы Коуза предполагает, что у игроков имеются собственные предпочтения на множестве команд, которые определяют выбор игрока, если последний является свободным агентом (Rosen, Sanderson, 2001). Другое объяснение состоит в том, что существуют предпочтения потребителей относительно лояльности игроков к своей команде, которые препятствуют переходу игрока в клуб, наиболее высоко оценивающий его (Szymanski, 2003). В силу неоднозначности полученных выводов исследования прав собственности в спорте высших достижений остаются актуальными по сей день. Значимость прав собственности связана и с тем, что от них зависят стимулы к инвестированию в находящиеся в собственности активы, особенно если такие инвестиции ненаблюдаемы и не могут быть частью контракта (Grossman, Hart, 1986). Такого рода ситуации распространены в спорте, где инвестиции в спортивный талант начинаются с детства и продолжаются в течение профессиональной карьеры атлета. Такие инвестиции высокорискованны, поскольку лишь очень немногие добиваются успеха, и распределение доходов атлетов непропорционально смещено в пользу высших лиг, число команд в которых ограничено.

Долгосрочные контракты с исключительными правами на сотрудничество со спортсменом дают значительный стимул для нанимателей высшей лиги финансировать развитие талантов молодых спортсменов и впоследствии тем самым занижать гонорары спортсменов за счет исключительных прав найма. Введение статуса свободного агента для спортсменов значительно уменьшает стимулы нанимателей из высшей лиги финансировать развитие талантов молодых игроков, так как актив, в который может инвестировать клуб, ему уже не принадлежит. Аналогичный эффект известен в теории отраслевых рынков, где инвестиции в продвижение товара могут не окупаться, поскольку покупатель способен приобрести товар у дилера, который не нес такого рода затраты и способен поэтому предложить лучшие условия для покупки (Joskow, Tirole, 2005). В таком случае инвестирование в большей степени ложится на самих игроков, но вместе с тем возрастает и размер гонораров при последующем найме свободного агента (Rosen, Sanderson, 2001).

Увеличение длительности контракта при владении клубом правами на контракт, при прочих равных, ухудшает результаты спортсмена, поскольку снижается стимул для спортсмена поддерживать свой имидж на рынке трансферов. При анализе динамики усилий в рамках одного контракта на эмпирических данных было показано, что чем ближе срок окончания контракта, тем больше усилий прилагает спортсмен. Этот результат также объясняется стимулами спортсмена получить более выгодный контракт в будущем (Frick, 2007), — перед нами пример постконтрактного оппортунизма («морального риска»).

В спорте клубы часто стремятся заключить более длительные контракты с лучшими спортсменами, так как желают удержать их в команде. При этом увеличение длительности заключаемого контракта мотивирует спортсменов к развитию таланта для получения такого контракта. С другой стороны, после заключения более длительного контракта спортсмен «почивает на лаврах» и прилагает меньше усилий, что нежелательно для нанимателя. Таким образом, клуб должен задать оптимальное правило определения срока контракта для достижения наивысших результатов команды.

Аналогичная проблема дестимулирующего эффекта долгосрочных (иногда пожизненных) контрактов возникает и в академической среде, где молодые ученые прилагают чрезвычайные усилия для получения пожизненного контракта, а затем нередко позволяют себе «расслабиться», и научная продуктивность в таком случае падает (см.: Панова, Юдкевич, 2011). Похожие коллизии возникают и при определении длительности патента: более длительный срок патента стимулирует исследовательскую активность, но снижает выигрыш общества от инноваций (Denicolo, Franzoni, 2003).

После введения правила Босмана длительность контракта на европейском рынке увеличилась в среднем на 20% (или на 6 месяцев) (Frick, 2007). Это привело к снижению риска недобросовестного поведения игроков (Feess et al., 2004), поскольку перераспределение прав собственности в пользу спортсменов происходит вместе с перераспределением дохода в их пользу, что приближает цели спортсмена к целям клуба.

По мере приближения окончания контракта уровень усилий спортсменов возрастает, однако при уменьшении вероятности заключить следующий контракт уровень усилий спортсмена значительно снижается (Krautmann, Solow, 2009). Так как результат командной игры складывается из усилий всех игроков команды, этот эффект должен наблюдаться и для результата команды (Frick, 2007), однако имеющиеся эмпирические исследования пока не дают ясной картины.

Провалы спортивных рынков

Экономическая теория объясняет провалы рынков несовершенной конкуренцией, экстерналиями, наличием общественных благ и асимметричной информацией. Все эти эффекты имеют место и на спортивных рынках. Для предотвращения подобных провалов и повышения эффективности спортивной отрасли необходимы государственное регулирование (см. ниже) и саморегулирование спорта.

Характерным примером провала спортивных рынков является «гонка вооружений», когда в погоне за победой владельцы клубов могут платить спортсменам зарплату, превышающую предельную отдачу на их усилия (Rosen, Sanderson, 2001). Аналогичная ситуация расточительной и потому общественно неэффективной конкуренции возникает в так называемых патентных гонках (Fudenberg et al., 1983). Спорт и исследования схожи тем, что победитель в обоих случаях может быть только один и получает «почти все». Чем выше участники оценивают выигрыш, тем значительнее будет масштаб переинвестирования и потерь лиги и общества в целом (Dietl et al., 2008). Особенностью конкуренции в гонке патентов является возможность выигрыша даже при значительном отставании, что стимулирует отстающих в гонке двигаться вперед (Fudenberg et al., 1983). Возможность выигрыша аутсайдера в спорте, вероятно, ниже, чем в гонке патентов, и отслеживать успех конкурентов в спорте проще, однако такая возможность сохраняется, а вместе с ней интрига и внимание публики к соревнованиям.

Возникновение «гонки вооружений» наиболее вероятно, когда команды близки по силе. В случае инноваций переинвестирование усиливается с ростом рискованности проекта и может привести к образованию инвестиционных пузырей, в том числе ввиду значительной неопределенности относительно ценности достижения, за которое ведется конкурентная борьба (DeMarzo et al., 2007). Распространяя этот вывод на спортивную отрасль, можно предположить, что риск переинвестирования будет выше в лигах, где силы команд распределены более равномерно.

Инвестиции в талант спортсменов играют огромную роль в успехе команды. Это может быть продемонстрировано на графике связи между очками национальных сборных в рейтинге FIFA 2014 и оценкой рыночной стоимости игроков сборных (рис. 4). Вместе с тем привлекает внимание круто падающая предельная отдача на рыночную стоимость игроков — это явный признак переинвестирования в результате «гонки вооружений». Рыночная стоимость команд в квадратичной зависимости объясняет около 65% дисперсии очков рейтинга FIFA в регрессионной модели.

Фактором «гонки вооружений» выступает относительность результатов (Nalebuff, Stiglitz, 1983). Вознаграждение за относительный результат искажает стимулы команд и атлетов с точки зрения наилучшего использования ресурсов спортивной отрасли. Во-первых, неопределенность результата, от которого зависит вознаграждение спортсмена, обременяет участника такой конкуренции чрезмерными рисками, и уровень усилий зависит в таком случае от отношения индивида к риску. В то же время для агентов, не склонных к риску и страхующихся от неопределенности, отсутствие непосредственной связи вознаграждения с результатами имеет дестимулирующий эффект. Такого рода дилемма, типичная для агентских отношений вообще, в случае экономики спорта принимает особенно острый и трудно разрешимый характер. «Гонка вооружений» возникает не только между командами, но и между спортсменами. Решение одного спортсмена инвестировать в свои способности влияет на позицию других спортсменов в рейтинге и побуждает их к аналогичным усилиям.

Спортивные рынки отличаются также повсеместными барьерами входа и выхода; трудно найти другую отрасль, где такие барьеры встречались бы столь же часто. Так, спортивные контракты часто заключаются на длительный срок и предусматривают значительные неустойки за расторжение контракта игроком. Конечно, такие контракты понижают стоимость игроков, так как ограничивают возможности перехода в конкурирующий клуб за более высокую зарплату. Экономисты применяют модель клуба-монопсониста для анализа ситуации на спортивном рынке труда, и эмпирические данные подтверждают предсказания теории о заниженной цене покупки игроков клубами-монопсонистами (Rosen, Sanderson, 2001).

Барьеры входа в спорте используются главным образом для выравнивания баланса сил команд-соперников в лиге. Баланс сил в спорте можно рассматривать как отдельный фактор коммерческого успеха лиги наравне со средним уровнем входящих в нее команд, так как потребители спортивных зрелищ ценят непредсказуемость исхода. Как правило, чем выше барьеры входа, тем большее внимание зрителей вызывает лига (Rosen, Sanderson, 2001). Таким образом, выстраивается иерархическая вертикаль лиг. Границы лиг задаются ограничениями зарплаты спортсменов и сверху, и снизу, поскольку участие как слишком сильных, так и слишком слабых спортсменов снижает качество лиги.

Внимание потребителей, посещающих матчи или следящих за трансляциями, как правило, сильно смещено в сторону премьер-лиг. Это объясняется тем, что издержки производства спортивных зрелищ слабо зависят от количества потребителей и средние издержки падают с ростом числа потребителей. Поэтому премьер-лиги готовы предложить зрителям наиболее интересное и массовое зрелище. Таким образом, в спорте действует эффект экономии от масштаба, которая за счет трудоинтенсивности производства позволяет увеличивать зарплату спортсменов до значительных размеров (Rosen, Sanderson, 2001).

Помимо внешних стимулов ограничения входа ради выравнивания баланса сил лиги, команды лиги имеют внутренний стимул ограничивать вход других команд с целью максимизации собственной прибыли. При этом возникает конфликт интересов между командами и лигой: команды стремятся к тому, чтобы в лиге число участников было меньше оптимального с точки зрения максимизации суммарных доходов лиги. Это происходит отчасти потому, что с увеличением числа участников уменьшается вероятность победы отдельного клуба, а с точки зрения лиги в целом не важно, кто окажется победителем (Szymanski, 2003).

С другой стороны, расширение лиги может оказаться выгодным для участников, поскольку в противном случае повышается угроза появления новой конкурирующей лиги, и потери от ее появления значительно превысят потери от вхождения новой команды в лигу. На практике новой команде назначается цена для входа в лигу. Сумма взноса («налог Пигу») определяется суммой альтернативной стоимости сохранения прежнего числа команд. Однако в реальности расширение лиги до эффективного размера невозможно, так как при входе новой команды возникают риск недобросовестного поведения и проблема неблагоприятного отбора в условиях несовершенной информации, и с ростом числа участников устойчивость лиги-картеля падает (Szymanski, 2003).

Лиги-картели в спорте не только ограничивают вход новых команд, но и совместно продают права на трансляцию матчей. Это приводит к неэффективному объему продаваемых прав. На примере английской футбольной лиги показано, что вследствие ограничения продажи прав на трансляцию матчей командами — участниками лиги ее доходы оказываются ниже, чем при отсутствии таких ограничений (Forrest et al., 2004). Команды в этой ситуации считают, что если каждая из них будет принимать решение о продаже самостоятельно, то каждая будет стремиться продать права на трансляцию всех своих матчей, а продажа прав на трансляцию снижает посещаемость матчей. В 1993-2001 гг. в среднем транслировалось только 60 матчей премьер-лиги из 380 сыгранных за сезон. Однако эконометрический анализ позволяет сделать вывод, что трансляция матчей незначимо влияет на посещаемость, следовательно, лига-картель лишает себя значительной доли доходов при таком сговоре.

Регулирование и государственное финансирование в спорте

Для спорта, как следует из вышеизложенного, характерен особый тип конкуренции, который делает необходимым ограничение числа участников и ставит результат команды в зависимость от уровня и усилий других участников. Такая конкуренция может оказаться общественно неэффективной, и поэтому требуется регулирование спортивной отрасли.

Может возникнуть необходимость в ограничении чрезмерной «гонки вооружений», ведущей к общественно неэффективному переинвестированию в навыки спортсменов. В то же время абсолютный уровень мастерства спортсменов лиги имеет значение для зрителей, и до некоторой степени его накопление полезно. В исследовательской литературе «золотая середина» в спортивной «гонке вооружений» не определена из-за проблем измерения общественной отдачи на спортивные достижения.

Признаком переинвестирования в спортивные достижения можно считать использование допинга в спорте (Rosen, Sanderson, 2001). Запрет такой практики объясняется ее чрезмерными общественными издержками: считается, что вред, который наносится здоровью спортсменов, заведомо превосходит возможное увеличение доходов спортивной отрасли.

К другим способам ограничения «гонки вооружений» относятся ограничения на убыточность клубов («финансовый фэйр-плей») в европейском футболе, что не позволяет клубам тратить на усиление позиций команды больше средств, чем команда может заработать. В США также вводились ограничения на расходы клубов с целью вывести конкуренцию на оптимальный для зрителей уровень. Такие меры ограничивают конкуренцию, противоречат антимонопольному законодательству и приводят к ограничению заработной платы и трансферной стоимости спортсменов. Правило «финансового фэйр-плей» в европейском футболе приводит к укреплению позиций контролирующего органа — УЕФА — и росту прибыльности доминирующих клубов (Peeters, Szymanski, 2014), поскольку оно исключает покрытие убытков внешними инвесторами и лишает менее успешные команды возможности повысить свои шансы на успех. Потенциально такая мера является эффективным средством снижения заработной платы без значительного снижения доходов клубов и способна предотвращать излишнюю конкуренцию. Но данное правило оказывается гораздо менее эффективным с точки зрения оптимизации конкурентного баланса по сравнению с альтернативным инструментом ограничения заработной платы, которое активно используется в США. Заметим также, что проблема ограничения конкуренции менее острая в индивидуальных видах спорта, которые допускают больший разброс размеров призов и ограничивают участие в соревнованиях только квалификацией спортсменов.

Отметим также государственное финансирование общественных благ в спорте, например представление страны на международном уровне, поддержка проведения крупных спортивных мероприятий (олимпиады, чемпионаты мира и т.п.), а также создание спортивной инфраструктуры. Государство оказывает поддержку массовому спорту ввиду роли последнего в накоплении человеческого и социального капитала.

Дизайн соревнований

Главная коммерческая цель при проведении спортивных соревнований — привлечь внимание зрителей. Зрители ценят неопределенность результата каждого матча и соревнований в целом, а также абсолютный уровень спортсменов и команд.

Главный вопрос дизайна соревнований — установление правил, приводящих к оптимальному числу команд в лиге, которые близки между собой по силам и прилагают максимальные усилия для победы. Экономисты анализируют организацию соревнований в рамках теории дизайна механизмов, в том числе по аналогии с проведением аукциона. В обоих случаях дизайн максимизирует определенную целевую функцию, где сила команд в случае соревнования аналогична готовности платить в случае аукциона (Szymanski, 2003). Важное отличие состоит в том, что если на аукционе готовность заплатить задана экзогенно, то в случае соревнования задача дизайна заключается не только в определении сильнейшего, но и в стимулировании более высокого уровня усилий всех участников соревнования. Стимулирование усилий — нетривиальная задача, так как, например, в командных видах спорта результат участников можно оценивать только относительно и, кроме того, усилия не единственный фактор.

Принципы организации индивидуальных и командных соревнований различаются. В командных видах спорта игроки действуют как наемные работники в интересах клуба, а в индивидуальных видах спортсмены действуют как индивидуальные предприниматели. Спрос на индивидуальные соревнования зависит от силы спортсменов и прилагаемых ими усилий. Спрос на командные соревнования устроен более сложно. Болельщики, как правило, болеют не за одного игрока, а за команду, которая ассоциируется с определенной территорией, и могут поэтому поддерживать и сравнительно слабую команду, если она представляет их место проживания (Szymanski, 2003). Таким образом, организаторы могут быть заинтересованы в создании соревнований, в которых каждая команда способна выиграть, иначе фанаты безнадежных команд перестанут следить за соревнованиями.

В индивидуальных соревнованиях доход организатора зависит от усилий, прилагаемых спортсменами, которых, в свою очередь, привлекают престиж и ожидаемый выигрыш. Экономисты выделяют симметричные и несимметричные соревнования в зависимости от соотношения шансов участников на победу. В симметричных соревнованиях сравниваются варианты единственного приза победителю и нескольких призов: в случае равных по силе участников единственный приз создает оптимальные стимулы для максимизации дохода организатора. Наоборот, в случае неоднородных по способностям участников может быть оптимально ввести дополнительные призы, так как это мотивирует более слабых спортсменов участвовать в соревнованиях и повышает общий уровень усилий, прилагаемых спортсменами (Szymanski, Valletti, 2005).

Организатор индивидуальных спортивных соревнований должен решить, проводить соревнование в один или несколько этапов. В некоторых видах спорта проведение соревнований в один этап абсолютно нецелесообразно, например в большом теннисе. Большинство соревнований сочетают одновременное соревнование нескольких спортсменов на поле и несколько этапов соревнования. При этом призы распределяются между участниками, выбывшими на разных этапах. Если размер приза растет линейно с движением по этапам, то стимулы спортсменов прилагать усилия снижаются на каждом следующем этапе, так как количество участников при этом сокращается и конкуренция становится менее жесткой. Поэтому во многих соревнованиях призы оказываются сильно смещены в сторону последних этапов, чтобы стимулировать спортсменов прилагать больше усилий в борьбе за них (Rosen, 1986).

Если соревнования проходят в несколько этапов, то участники могут постепенно накапливать информацию и пересматривать свои представления о шансах на победу. Здесь возникает аналогия с патентными гонками, а также с изучаемым в теории отраслевых рынков соперничеством фирм в борьбе за монопольную власть (Fudenberg, Tirole, 1985). При появлении на одном из этапов явного фаворита остальные участники могут выбыть из борьбы, что в спорте происходит, например, в боксе или марафоне, где издержки участия особенно высоки. Организатор соревнований может предотвращать выход спортсменов из соревнований, налагая штрафы или искажая информацию.

В командных видах победитель определяется в ходе последовательных матчей, и потребитель также ценит неопределенность. Основным подходом к дизайну командных соревнований является введение различных ограничений и правил с целью повысить неопределенность и выравнять баланс сил команд. Подобные правила часто привлекают внимание антимонопольных органов, так как ограничивают конкуренцию.

Первый вопрос, который решают спортивные лиги, — это распределение игроков между командами. Так как рыночный механизм не гарантирует оптимального распределения, лиги часто стремятся получить монопсонию, чтобы максимизировать свой доход. Одним из наиболее известных ограничений на рынке труда является резервное правило бейсбольных лиг США: запрещало игрокам переходить в другой клуб после первоначального найма. Защитники этого правила утверждали, что при рыночном распределении игроков неизбежно появятся доминирующие команды и команды-аутсайдеры, что приведет к снижению доходов лиги. Однако экономисты поставили этот аргумент под сомнение и пришли к выводу, что резервное правило позволяет клубам занижать заработную плату и перераспределять доходы в свою пользу (Rottenberg, 1956).

Второй способ уравнять силы команд в лиге предполагает перераспределение доходов от продажи билетов на матчи между ее участниками. В литературе выдвинут так называемый принцип инвариантности, согласно которому перераспределение доходов от продажи билетов в пользу команды-гостя в определенных пределах не приводит к изменению баланса сил в лиге (Quirk, El-Hodiri, 1973). Эмпирическую проверку данной гипотезы оказалось сложно реализовать, так как правила перераспределения доходов внутри одной лиги менялись редко, а при сравнении разных лиг необходимо учитывать большое количество различий между ними. Теоретический анализ приводит к выводу, что перераспределение доходов ухудшает баланс сил лиги. Интуитивно это можно объяснить так: для сильной команды снижается ожидаемый выигрыш от инвестиций, а для слабой возрастает выигрыш, не зависящий от результата игры (Szymanski, 2003).

Подобно индивидуальному спорту, в командном возникает вопрос о размере призов и распределении общих доходов лиги. Одним из источников таких доходов является продажа прав на трансляцию. Призы в чистом виде редко используются в командных видах спорта, но распределение доходов от продажи прав на трансляцию может осуществляться в зависимости от результатов команд или по принципу равенства. Выбор между этими возможностями анализируется в литературе с учетом конкурентности рынка труда. Если на рынке труда имеется монопсония, то оптимально равномерное распределение доходов; если на этом рынке за игроков конкурируют лиги, то оптимально распределение доходов на основе результатов команд.

В случае совершенного рынка капитала и конкурентного рынка труда распределение доходов согласно результату приводит к улучшению баланса сил в лиге (Palomino, Sakovics, 2001). Этот результат перенесен в экономику спорта из общей экономической теории, однако его применимость остается под сомнением, так как условия совершенства рынка капитала и максимизации прибыли клубами в реальности часто нарушаются (Szymanski, 2003).

Факторы национальных спортивных достижений

Исследование причин успешности национальных спортивных сборных — это эмпирическая задача. В литературе рассматриваются экономические, социокультурные и физические факторы национальных спортивных достижений. Наиболее интересно для экономистов влияние экономических и социокультурных факторов, которыми до некоторой степени можно управлять. Во всех работах, посвященных этому вопросу, используются данные по различным странам и соревнованиям, в том числе Олимпийским играм и чемпионатам мира, среди которых особое внимание уделяется футбольным чемпионатам. При анализе отдельных видов спорта, включая футбол, обычно используются рейтинги команд.

Экономисты считают, что успех стран на Олимпийских играх определяется запасом экономических и человеческих ресурсов, а также уровнем развития государств, вследствие чего основными объясняющими переменными оказываются размер населения и ВВП на душу населения. При этом в некоторых работах данные показатели используются с четырехлетним лагом, учитывая цикл подготовки спортсменов к Олимпиаде. Другие учитываемые в анализе факторы — климатические условия, уровень смертности, качество питания, потребление протеина, религия, колониальное прошлое, объем рынка газет, городское население, ожидаемая продолжительность жизни, географическая протяженность, военные расходы, судебная система и обучение спортивным дисциплинам в школах, политический режим, а также проведение Олимпийских игр (Andreff, Andreff, 2010). Поскольку Олимпиада — игра с постоянной суммой, при объяснении успехов одной страны важно учитывать параметры других участников.

Исследования показали, что коммунистический и посткоммунистический режимы положительно влияют на количество медалей на Олимпийских играх (Bernard, Busse, 2004). Принимающая страна также завоевывает большее количество медалей при прочих равных условиях, — этот ожидаемый результат объясняется тем, что у спортсменов повышается мотивация, они лучше приспособлены к климатическим условиям своей страны и не устают от долгого переезда перед соревнованиями, к тому же болельщики оказывают им большую поддержку (Bernard, Busse, 2004). Кроме того, обнаружен менее сильный, но тоже значимый положительный эффект для следующей принимающей страны, что объясняется ранней подготовкой команды к национальной Олимпиаде (Andreff, Andreff, 2010).

Для объяснения числа олимпийских медалей также используется разделение стран на группы в зависимости от «спортивной культуры», призванное отразить различия в культурных и институциональных условиях, которые приводят к специализации стран на определенных видах спорта. Наиболее удачные модели, объясняющие количество олимпийских медалей, обладают предсказательной силой порядка 80% (Andreff, Andreff, 2010).

Объяснение результатов чемпионата мира по футболу отличается от объяснения результатов Олимпиады. Во-первых, развитие футбола не всегда определяется изобилием ресурсов, как, например, в латиноамериканских странах. Во-вторых, в Олимпийских играх неопределенность в разных видах спорта взаимно компенсируется, а на чемпионате мира по футболу она концентрируется в одном виде спорта. В-третьих, неопределенность усиливается количеством этапов с выбыванием, так как на Олимпийских играх во многих видах спорта это один этап, а чемпионат мира по футболу проводится в шесть этапов (Andreff, Andreff, 2010).

Объяснить результаты чемпионата мира по футболу только экономическими, институциональными и социокультурными факторами проблематично, и требуется анализ так называемых «футбольных» факторов. Возможно, по этим причинам количество исследований, посвященных результатам Олимпийских игр, на порядок превышает число исследований, в которых объясняются результаты чемпионатов мира по футболу (Andreff, Andreff, 2010).

Многие факторы значимы как для футбольных рейтингов стран, так и для числа олимпийских медалей. В их число входят: ВВП на душу населения, численность населения, проведение чемпионата мира по футболу в стране, климатические условия, городское население, колониальное прошлое, коммунистические режимы и коммунистическое прошлое. В основном все перечисленные факторы совпали по направлению и значимости с эффектами, полученными при объяснении олимпийских медалей.

Колониальное прошлое значимо для результатов олимпиад, но не значимо для футбольных рейтингов (Leeds, Leeds, 2009). Кроме того, в случае футбола численность населения оказалась значимой только во взаимодействии с фиктивной переменной латинской культуры, а по отдельности обе переменные оказались незначимыми (Hoffmann et al., 2002). Интерпретируя этот результат, отличающийся от результатов для Олимпийских игр, другие авторы утверждают, что размер населения определяет возможный «пул» талантов лишь в той мере, в какой население предпочитает этот вид спорта остальным (как это имеет место в латиноамериканских странах) (Macmillan, Smith, 2007). В то же время включение в модель квадрата численности населения выявляет убывающий предельный эффект данного фактора, то есть с ростом численности населения положительная сила эффекта снижается.

Влияние посткоммунистического режима для футбола отличается от олимпиад. Рейтинг ФИФА, при прочих равных, выше у посткоммунистических стран (Leeds, Leeds, 2009), что объясняется синергией инвестиций в спорт и большей свободы в настоящем. Примечательно, что бывшие советские республики, кроме России, составляют исключение из этого правила, поскольку национальных сборных в этих странах в советский период не было (Macmillan, Smith, 2007).

В исследованиях факторов национальных футбольных достижений в модели включались специфические для футбола переменные, например дата первого матча национальной сборной по футболу (Macmillan, Smith, 2007). Эта переменная была призвана учесть длительность развития футбола в стране. Она оказалась значимой и отрицательно влияющей на успех национальных сборных. Альтернативный способ учета истории футбола в стране предполагает включение в модель даты вступления страны в ФИФА. Другая «футбольная» переменная, оказавшаяся значимой в объяснении рейтинга ФИФА, — количество выступлений на чемпионатах мира по футболу. Она положительно влияет на рейтинг стран (Houston, Wilson, 2002).

Трудовая миграция национальных игроков положительно влияет на результат страны, особенно для стран со слабым национальным чемпионатом (Berlinschi et all., 2013). Этот результат можно объяснить тем, что трудовая миграция игроков в футболе осуществляется по рыночному принципу, поэтому позволить себе купить иностранных игроков могут чаще всего сильные клубы, которые дают игрокам возможность получить ценный опыт и использовать его при выступлении в национальной сборной. Кроме того, успехи национальных клубов положительно влияют на успех национальной сборной (Leeds, Leeds, 2009).

Для России представляют интерес исследования влияния добычи нефти на футбольные рейтинги. В одной из работ обнаружен отрицательный эффект для нефтедобывающих стран, что может служить признаком «ресурсного проклятия» (Foer, 2006). В то же время страны, экспортирующие нефть, добиваются, при прочих равных условиях, лучших результатов, что объясняется более широкими возможностями для финансирования спорта. Примечательно, что такой результат получен при включении фиктивной переменной экспорта нефти; при этом объем экспорта оказывается незначимым (Leeds, Leeds, 2009).

Факторы футбольных достижений исследуются менее успешно — в соответствующих исследованиях удается объяснить до 50% результатов национальных сборных, то есть значительно меньше, чем в случае олимпиад. К тому же результаты анализа чувствительны к составу выборки стран. Это может быть связано с более высокой неопределенностью в футболе по сравнению с Олимпийскими играми, а также с влиянием культурных факторов, которые практически не учитываются в существующей литературе. Очевидно, в данной области необходимы дальнейшие исследования. Поскольку футбол — командный вид спорта, успех в котором зависит от взаимодействия игроков, перспективным представляется учитывать в моделях социальный капитал, понимаемый как способность к совместным действиям ради общей цели. Предварительные результаты, полученные для выборки европейских стран, свидетельствуют о том, что социальный капитал дополняет (мультиплицирует) индивидуальные способности игроков с точки зрения достижений национальных сборных. Изложение этих результатов станет предметом отдельной работы.

Экономика спорта в России

В настоящее время в России активно развиваются как массовый спорт, так и спорт высших достижений, причем растет экономическое значение обеих подотраслей, а второй из них придается все больший политический вес. В советский период спорт развивался при поддержке государственных организаций — школ, предприятий, армии. Профессиональный спорт полностью контролировался государственным органом — Госкомспортом, и национальные спортивные результаты поддерживались на высшем уровне, так как были важным идеологическим и политическим фактором. После распада СССР спорт перешел на рыночную основу и вместе с другими отраслями экономики длительное время находился в упадке (Poupaux, Andreff, 2007). Спортивная отрасль начала расти с остальной экономикой страны, но в отношении массового спорта этот рост был недостаточным: сегодня в России спортом занимаются около 10% населения, а в Европе и США этот показатель достигает 40-60% (Кохановский, 2012).

Спорт высших достижений в России в постсоветский период несколько утратил свои позиции, но до сих пор позволяет стране входить в число лидеров на многих международных соревнованиях. Сегодня в основном финансирование развития спорта высших достижений в России осуществляют государство или компании с государственным участием. В 2010 г. государственные расходы в области спорта составили 36,2 млрд руб., а расходы на подготовку и проведение Зимней Олимпиады в Сочи в 2014 г. — рекордные 400 млрд руб. Схемы финансирования спорта отличаются низкой прозрачностью. Государство часто осуществляет финансирование в форме госзакупок, при этом стоимость предоставляемых товаров и услуг часто оказывается завышенной (Кохановский, 2012).

Исследования в области экономики спорта в России далеко не столь интенсивны, как за рубежом, и необходимо активизировать усилия российских экономистов в данной области. В частности, лишь недавно российские ученые включились в исследования дизайна соревнований — исследуя, в частности, конфликт интересов команд, участвующих в национальной и международной лигах, на примере российских футбольных клубов (Dagaev, Sonin, 2013). Существуют также работы по оценке человеческого капитала спортсменов, в том числе трансферной стоимости (Каменков, 2015; Поляков, Жукова, 2013). В России издается специализированный журнал «Спорт: экономика, право, управление», в котором рассматриваются преимущественно правовые аспекты спорта в России и в мире, а также проблемы государственного и частного управления в спорте, но отсутствуют экономические исследования спортивной отрасли, аналогичные рассмотренным в данной статье. В частности, до сих пор не предпринимались попытки оценить вклад спорта в экономическое развитие страны, а также потенциал спортивной отрасли (как массового, так и спорта высших достижений) как драйвера экономического роста России.

Для реализации такого потенциала необходимо повысить вовлеченность в спорт населения страны — Россия значительно отстает в этом отношении от промышленно развитых стран. Что касается профессионального спорта, то для российских клубов характерна хроническая убыточность (Шеметов, 2012), что свидетельствует о неэффективности отрасли и может стать препятствием для участия российских клубов в международных чемпионатах из-за введенных недавно международных требований (например, в футболе) безубыточности клубов. Обсуждаются и различные модели регулирования российского футбола1 и российского спорта в целом. Однако возможности экономики спорта в разработке и оценке национальной спортивной политики используются в России не полностью.


1 http://www.spartakworld.ru/football/18638-finansovyy-feyr-pley-po-russki.html.


Список литературы

Каменков В. (2015). Как определить «стоимость» переходящего спортсмена? // Спорт: экономика, право, управление. № 2. С. 18—21. [Kamenkov V. (2015). How to determine the "value" of the transiting athlete? Sport: Economics, Law, Management, No. 2, рр. 18—21. (In Russian).]

Кохановский Е. (2012). Спорт как культурная индустрия в России // Вестник Оренбургского государственного университета. № 7. С. 141 — 147. [Kokhanovskiy E. (2012). Sport as a cultural industry in Russia. Vestnik Orenburgskogo Gosudarstvennogo Universiteta, No. 7, рр. 141 — 147. (In Russian).]

Панова А. А., Юдкевич М. М. (2011). Система постоянного найма в университете: модели и аргументы // Вопросы образования. № 1. С. 44—73. [Panova A. A., Yudkevich M. M. (2011). The system of permanent employment at the university: Models and arguments. Voprosy Obrazovaniya. No. 1, pp. 44—73]

Поляков К., Жукова Л. (2013). Оценка человеческого капитала в профессиональном футболе // Прикладная эконометрика. Т. 29. № 1. С. 29 — 44. [Polyakov K., Zhukova L. (2013). Human capital estimation in the professional football. Applied Econometrics, Vol. 29, No. 1, рр. 29 — 44. (In Russian).]

Шеметов М. (2012). Футбол не для бедных: сколько зарабатывают и тратят российские футбольные клубы // Ведомости. 25 июля. [Shemetov M. Football not for poor: How much do Russian football clubs earn and spend. Vedomosti, July 25. (In Russian).]

Andreff M., Andreff W. (2010). Economic prediction of sport performances: From Beijing Olympics to 2010 FIFA World Cup in South Afric. Paper presented at the 12th Conference of the International Association of Sport Economists, Portland, June 29 — July 3.

Berlinschi R., Schokkaert J., Swinnen J. (2013). When drains and gains coincide: migration and international football performance. Labour Economics, Vol. 21, No. C. pp. 1—14.

Bernard A. B., Busse M. R. (2004). Who wins the Olympic Games: Economic resources and medal totals. Review of Economics and Statistics, Vol. 86, No. 1, рр. 413—417.

Beutler I. (2008). Sport serving development and peace: Achieving the goals of the United Nations through sport. Sport in society, Vol. 11, No. 4, рр. 359 — 369.

Dagaev D., Sonin K. (2013). Winning by Losing: Incentive Incompatibility in Multiple Qualifiers. CEPR Discussion Paper, No. 9373.

DeMarzo P., Kaniel R., Kremer I. (2007). Technological innovation and real investment booms and busts. Journal of Financial Economics, Vol. 85, No. 3, рр. 735—754.

Denicolo V., Franzoni L. A. (2003). The contract theory of patents. International Review of Law and Economics, Vol. 23, No. 4, рр. 365—380.

Dietl H. M., Franck E., Lang M. (2008). Overinvestment in team sports leagues: A contest theory model. Scottish Journal of Political Economy, Vol. 55, No. 3, рр. 353—368.

Feess E., Frick B., Mühlheusser G. (2004). Legal restrictions on outside trade clauses — theory and evidence from German soccer. IZA Discussion Paper, No. 1180.

Foer F. (2006). How governments nurture soccer. New Republic: [News Bulletin]. June 19. http://www.newrepublic.com/article/how-governments-nurture-soccer.

Forrest D., Simmons R., Szymanski S. (2004). Broadcasting, attendance and the inefficiency of cartels. Review of Industrial Organization, Vol. 24, No. 3, рр. 243—265.

Frick B. (2007). The football players' labour market: Empirical evidence from the major European leagues. Scottish Journal of Political Economy, Vol. 54, No. 3, рр. 422—446.

Fudenberg D., Gilbert R., Stiglitz J., Tirole J. (1983). Preemption, leapfrogging and competition in patent races. European Economic Review, Vol. 22, No. 1, рр. 3—31.

Fudenberg D., Tirole J. (1985). Preemption and rent equalization in the adoption of new technology. Review of Economic Studies, Vol. 52, No. 3, рр. 383 — 401.

Grossman S. J., Hart O. D. (1986). The costs and benefits of ownership: A theory of vertical and lateral integration. Journal of Political Economy, Vol. 94, No. 4, pp. 691—719.

Heere B., Walker M., Gibson H., Thapa B., Geldenhuys S., Coetzee W. (2013). The power of sport to unite a nation: The social value of the 2010 FIFA World Cup in South Africa. European Sport Management Quarterly, Vol. 13, No. 4, рр. 450 — 471.

Hoffmann R., Ging L. C., Ramasamy B. (2002). The socio-economic determinants of international soccer performance. Journal of Applied Economics, Vol. 5, No. 2, рр. 253—272.

Houston R. G., Wilson D. P. (2002). Income, leisure and proficiency: an economic study of football performance. Applied Economics Letters, Vol. 9, No. 14, pp. 939 — 943.

Joskow P., Tirole J. (2005). Merchant transmission investment. Journal of Industrial Economics, Vol. 53, No. 2, рр. 233—264.

Kesenne S. (2007). The peculiar international economics of professional football in Europe. Scottish Journal of Political Economy, Vol. 54, No. 3, рр. 388—399.

Krautmann A. C., Solow J. L. (2009). The dynamics of performance over the duration of major league baseball long-term contracts. Journal of Sports Economics, Vol. 10, No. 1, pp. 6—22.

Lee S. P., Cornwell T. B., Babiak K. (2013). Developing an instrument to measure the social impact of sport: Social capital, collective identities, health literacy, well-being and human capital. Journal of Sport Management, Vol. 27, No. 1, рр. 24 — 42.

Leeds M. A., Leeds E. M. (2009). International soccer success and national institutions. Journal of Sports Economics, Vol. 10, No. 4, pp. 369—390.

Macmillan P., Smith I. (2007). Explaining international soccer rankings. Journal of Sports Economics, Vol. 8, No. 2, pp. 202—213.

Nalebuff B. J., Stiglitz J. E. (1983). Prizes and incentives: towards a general theory of compensation and competition. Bell Journal of Economics, Vol. 14, No. 1, pp. 21 — 43.

Palomino F., Sakovics J. (2001). Inter-league Competition for Talent vs. Competitive Balance. Unpublished manuscript, CentER, Tilburg University.

Peeters T., Szymanski S. (2014). Financial fair play in European football. Economic Policy, Vol. 29, No. 78, pp. 343—390.

Poupaux S., Andreff W. (2007). The institutional dimension of the sports economy in transition countries. In: M. M. Parent, T. Slack (eds.). International perspectives on the management of sport. Amsterdam: Elsevier, pp. 99 — 124.

Quirk J. P., El-Hodiri M. A. (1973). The economic theory of a professional sports league. In: R. Noll (ed.). Government and the sports business. Washington, DC: Brookings Institution.

Rosen S. (1986). Prizes and Incentives in Elimination Tournaments. American Economic Review, Vol. 76, No. 4, pp. 701—715.

Rosen S., Sanderson A. (2001). Labour markets in professional sports. Economic Journal, Vol. 111, No. 469, pp. 47—68.

Rottenberg S. (1956). The baseball players' labor market. Journal of Political Economy, Vol. 64, No. 3, pp. 242—258.

SportsEconAustria et al. (2012). Study on the Contribution of Sport to Economic Growth and Employment in the EU. The European Commission, Directorate-General Education and Culture.

Szymanski S. (2007). The champions league and the Coase theorem. Scottish Journal of Political Economy, Vol. 54, No. 3, pp. 355—373.

Szymanski S. (2003). The economic design of sporting contests. Journal of Economic Literature, Vol. 41, No. 4, pp. 1137—1187.

Szymanski S., Valletti T. (2005). Incentive effects of second prizes. European Journal of Political Economy, Vol. 21, No. 2, pp. 467—481.

Wicker P., Prinz J., von Hanau T. (2012). Estimating the value of national sporting success. Sport Management Review, Vol. 15, No. 2, pp. 200—210.

Комментарии (0)add comment

Написать комментарий
меньше | больше

busy
 

  • У нас

    У нас можно узнать цены на ручные газонокосилки от компании Конквест.

    www.konkvest.ru