Миграционные намерения современных поколений россиян: новая волна миграции

Миграционные намерения современных поколений россиян: новая волна миграции

Иванова Е.И.


Миграционная подвижность населения современной России: новая волна

В 1990-е годы произошли качественные изменения в миграции населения, обозначившие новый, постсоветский этап развития процесса. К ним относятся трансформация внутренней миграции во внешнюю, межреспубликанской в межгосударственную при резком сокращении объемов и интенсивности территориальных перемещений населения, а также изменение соотношения между прямыми и обратными миграционными потоками [1; 2]. В этот период возрастала значимость политических факторов миграции в их общей структуре, обусловленная общим ухудшением экономического положения - люди эмигрировали в поисках работы и достойной оплаты своего труда.

Сформировалась новая (четвертая) волна миграции, охватившая разные слои населения независимо от уровня образования, профессиональной подготовленности, возраста, национальной принадлежности; волна масштабная, заявившая о себе как о реальной угрозе будущему России [3]. За 1991-1995 гг. страну покинули 587,5 тыс. россиян. Рост миграционного потенциала в стране определялся структурными изменениями в экономике, в результате которых представители многих социально-профессиональных групп оказались невостребованными на отечественном рынке труда. После конверсии оборонного сектора экономики наиболее остро проблема востребованности и адекватной оплаты труда встала перед работавшими в нем специалистами и учеными. В 1990-е годы ежегодно из страны уезжали до 4,5-6 тыс. чел., занятых в сфере науки и образования.

В этот же период отмечались высокие показатели притока населения из дальнего зарубежья2. Тем не менее, миграционный прирост за счет стран дальнего зарубежья был положительным только в 1992-1994 гг.

К концу 1990-х годов масштабы эмиграции сократились, но оставались высокими: за период 1996-2000 гг. отток составил 458,2 тыс. чел. В следующие 5 лет (2001-2005 гг.) отток сократился почти в два раза, до 243,3 тыс. чел. Наблюдалось сокращение профессиональной миграции: так, с 2001 г. численность выезжающих за рубеж работников образования и науки колеблется на уровне немногим более 2-3 тыс. чел. в год3. С 1990 вплоть до 2006 г. миграционный прирост со странами дальнего зарубежья был отрицательным, за исключением 1992-1994 гг. Наименьшее значение он имел в 1999 г. С 2007 г. сальдо миграции становится положительным и к 2011 г. достигает максимального значения - 31,8 тыс. чел. (табл. 1). За период с 2006 по 2010 г. размеры эмиграции составили 74,1 тыс. чел., что в 3 раза ниже, чем в предыдущие 5 лет.

Таблица 1

Миграционный прирост в России за счет международной миграции за 1991-2014 гг.*

Период (годы)

Миграционный прирост, всего тыс. чел.

Из него в результате обмена со странами

СНГ

дальнего зарубежья

1991-1995

2021934

2541199

-519265

1996-2000

1346414

1717962

-403989

2001-2005

332131

496423

-164292

2006-2010

1019895

996264

23631

2011-2014

1180586

1091405

89181

* Расчет по данным Росстата.

Значительное влияние на превышение оттока над притоком в страну оказали глобальные факторы: вовлечение в Европейский Союз (ЕС) новых стран, в том числе Восточной Европы. Число экспатриантов из СССР (лиц, переехавших на постоянное жительство в другие страны и принявшее их гражданство) в странах ЕС к 2005 г. достигло 4,2 млн. чел., из них - 1,3 млн. с высшим образованием [4]. Эта диаспора - наибольшая по своим размерам и числу специалистов среди других диаспор. Несмотря на наличие обратных потоков, вплоть до 2008 г. миграционный обмен с дальним зарубежьем был в пользу принимающих стран. С 2009 г. сальдо стало положительным и в 2011 г. достигло максимальных величин за счет значительного роста прибывших в Россию и сокращения числа выбывших в зарубежные страны.

К 2014 г. интенсивность эмиграционного потока усилилась и составила более 51 тыс. чел., что соответствует его величине в начале 2000-х годов. Принципиальное отличие миграции в 2010-2014 гг. состоит в превышении потока прибывающих в Россию из стран дальнего зарубежья над потоком выбывающих, что сохраняет положительное значение миграционного прироста.

Наблюдавшееся повышение абсолютных размеров эмиграции можно трактовать как наступление новой волны эмиграции. Тем более что с учетом сокращения численности населения с 1994 г. интенсивность миграционного оттока из России достигла максимальных величин, сопоставимых с масштабами оттока населения в начале 1990-х годов. Наибольший миграционный отток происходил в страны СНГ: в 2014 г. по сравнению с 2011 г. он возрос более чем в 10 раз и составил 259,3 тыс. чел. Миграционные потоки в страны дальнего зарубежья также увеличились, но их рост был вдвое меньше. Согласно данным Евростата, число иммигрантов из России в страны ЕС возросло с 23,8 тыс. в 2010 г. до 27,9 тыс. в 2013 г. [5].

Не менее важные последствия для масштабов и интенсивности миграции (прежде всего внутренней) имели изменения в сельскохозяйственном секторе экономики. В 1990-е годы в ходе аграрных преобразований колхозы и совхозы реорганизовывались в кооперативные и акционерные формы сельскохозяйственных предприятий. В начале 1990-х годов увеличились потоки миграции из города в село, к 1992 г. они превысили отток из сел. С 1993 г. приток в города восстановился, и с 1994 г. направление внутренних миграций из села в город вновь преобладало.

Процесс преобразований в аграрной экономике был прерван кризисом ресурсного потенциала: финансовое состояние сельских производителей ухудшалось вследствие отсутствия продуманных механизмов формирования рыночной производственной инфраструктуры; обострились социальные проблемы в сельской местности. Приток населения в сельскую местность сохранялся до 2000 г., но он постепенно убывал и происходил за счет миграции населения из СНГ. Финансовый кризис 1998 г. резко ограничил возможности переселения из села в город: в 1999 г. города приняли из сел в 3,5 раза меньше населения, чем в 1998 г.

В 2000-е годы первостепенными стали факторы, связанные с адаптацией населения к изменившимся социально-политическим и экономическим реалиям [6]. Их влияние на миграционную подвижность проявлялось в двух направлениях: в сохранении отрицательного сальдо со странами дальнего зарубежья, в росте объемов потоков внутренней миграции в направлении село → город.

Прирост населения городов за счет внутренней и внешней миграции после кризиса 1998 г. ослабевал: в 2004 г. он снизился до 87 тыс. чел. по сравнению с 231,2 тыс. чел. в 1998 г. Миграционный прирост в села оставался положительным в первые послекризисные годы, но с 2000 г. стал отрицательным (в основном, за счет сокращения притока населения из стран СНГ).

В 2000-2007 гг. отток населения из сел в города происходил на фоне роста численности населения в трудоспособном возрасте в сельской местности. С 2008 г. численность населения в трудоспособном возрасте устойчиво сокращается, отток населения из сел усиливается. Важнейший фактор усиления миграции из села - продолжение сокращения рабочих мест (а часто их полная ликвидация) в сельском хозяйстве. В 1990 г. в сельском хозяйстве было занято 50% трудоспособного сельского населения, в последующие годы занятость сокращалась и к 2010 г. составила 28,5% трудоспособного населения.

За период 2011-2014 гг. абсолютные размеры оттока населения из села в города стремительно возросли, в целом сальдо миграции за период 1980-2014 гг. снизилось до минимальных значений. Основная компонента интенсивной убыли - внутренняя миграция (табл. 2).

Таблица 2

Миграционный прирост (убыль) сельского населения России и его компоненты за 1990-2014 гг., тыс. чел.*

Период (годы)

Миграционный прирост (убыль), всего

Из него

передвижения в пределах России

миграционный обмен населением с зарубежными странами

1990-1995

1296386

133964

1162422

1996-2000

279144

-302950

582094

2001-2005

-242685

-326399

83714

2006-2010

-168643

-474519

305876

2011-2014

-632171

-916080

283909

* Расчет по данным Росстата.

За последние четыре года интенсивность миграционного обмена с зарубежными странами усилилась при сохранении положительного сальдо миграции как со странами СНГ, так и дальнего зарубежья. Другое важное изменение: во внутренней миграции происходит усиление оттока сельского населения при высоких значениях обратных миграционных потоков. Прослеживается восходящая волна внутренней миграции в России.

Миграционная подвижность в оценках социологических опросов

Социологические репрезентативные опросы дают возможность судить о динамике и перспективных направлениях перемещений населения, структуре миграционных потоков, миграционных настроениях и установках на миграцию.

В исследовании социологического центра РАГС (РАНХиГС) по репрезентативной общенациональной выборке можно проследить изменение распространенности эмиграционных настроений за период 1993-2005 гг. как в целом населения, так и его различных социальных групп. В 1993 г. выразили желание уехать из страны (навсегда или временно) 14,5% респондентов, в 1998 г. - 22,7%, к 2005 г. их доля снизилась до 21,3%. При этом, чем моложе возрастная группа опрошенных, тем чаще выражено стремление переехать за рубеж (временно или навсегда): в возрастной группе 50-59 лет - 18,1%, 30-39 лет - 24%, 18-24 года - 30,4% [7]. В данном опросе эмиграционные настроения явно завышены, поскольку в опросе учитывались, помимо желающих уехать на постоянное жительство, также желающие совершить временные поездки.

Сопоставимая с приведенной выше оценка содержится и в результатах опросов аналитического центра Ю. Левады за период 1990-2011 гг. Доля желавших эмигрировать респондентов в данном исследовании определялась на основе распределения ответов на вопрос «Хотели бы Вы уехать за границу - за пределы бывшего СССР - на постоянное жительство?». По данным опросов, проведенных с 1990 по 2000 г., отмеченная доля возросла с 11 до 21%, к 2010 г. она сократилась до 13% и в 2011 г. резко возросла до 22% [8].

На эмиграцию нацелены в основном молодые люди. Это отмечается во всех социологических опросах. Однако следует учитывать, что намерение мигрировать в существенной мере уравновешивается другими, количественно более представительными намерениями, например, путешествовать, временно работать и др. Напомним, что миграционные намерения - это один из индикаторов миграционной подвижности населения, а ее значения всегда завышены минимум в 2-3 раза по сравнению с реализованными миграциями. Действительно, намерения сменить место жительства у молодежи выше по сравнению со старшими возрастными группами в различных регионах страны. Однако основной целью их пространственных перемещений являются миграции временного характера. Так, исследование миграционных намерений студентов вузов Астраханской области в 2012 г. показало, что остаться жить за рубежом готовы более четверти опрошенных - 26,6%. При этом, отмечают авторы исследования, большая часть перемещений была нацелена на туризм, прохождение стажировок, частные визиты, участие в международных программах межкультурного обмена. Желание остаться на родине студенты мотивируют факторами, которые в будущем могут существенно откорректировать их намерения на постоянный переезд: привязанностью к семье (35,52%), стремлением закончить обучение в России, качеством которого они удовлетворены (15,68%) [9].

Опрос молодежи в Екатеринбурге и Нижнем Тагиле в 2011 г. также выявил высокий уровень ее потенциальной миграционной подвижности. В то же время было отмечено, что среди них доля лиц с самым высоким уровнем образования не превышала 17%, существенно была ниже доля молодых семейных людей. Высокие миграционные установки отмечались у материально обеспеченных респондентов, несемейных, не имеющих детей, не удовлетворенных политической ситуацией в стране [10].

Оценка структуры и факторов миграционной подвижности россиян по данным социологического опроса «Жизненный мир россиян» (2014 г.)

В чем состоят качественные отличительные черты новой волны миграции? Для оценки размеров потенциальной миграционной подвижности россиян остановимся на данных социологического опроса «Жизненный мир россиян», проведенного в 2014 г.4 Прежде всего, интересна структура потенциальной миграции. В ходе проведенного опроса наряду с постоянной миграцией выделялись такие виды временной миграции, как трудовая, рекреационная, учебная. Среди всех опрошенных желание поработать временно выразили 14%, постоянно жить и работать за рубежом - всего 5%. Большинство респондентов предпочитают провести отпуск или съездить в командировку в зарубежные страны - более 45% общего числа опрошенных (кроме группы старше 60 лет).

При распределении ответов по возрастным группам, как и в других опросах, заметна следующая зависимость: чем моложе респонденты, тем чаще они поддерживают идею о переезде на постоянное жительство в другую страну. Однако доля молодежи, желающей жить и работать за рубежом, существенно ниже, 11,8% в возрасте моложе 24 лет и 7,7% в возрасте 25-29 лет утвердительно ответили на данные вопросы (табл. 3).

Таблица 3

Распределение ответов на вопрос: «Хотели бы Вы побывать, жить или работать за рубежом?» по возрасту респондента (возможно несколько вариантов ответа), %

Ответ

Возраст, лет

до 24

25-29

30-39

40-49

50-59

60 и старше

Да, поработать временно, заработать деньги

30,8

22,3

17,5

10,3

9,4

0,9

Провести отпуск, побывать в командировке

46,4

48,5

47,9

45,7

37,5

16,7

Хотели бы поучиться, пройти стажировку

18,0

5,6

6,3

5,7

1,0

0,9

Хотели бы жить и работать за рубежом

11,8

7,7

5,0

4,0

3,5

1,2

Не хотят и не планируют

7,6

14,2

18,3

26,7

33,7

53,6

Не думали об этом

8,5

11,6

12

15

17

27,4

Доля желающих поучиться, пройти стажировку за рубежом среди молодых людей составила 18%, что существенно выше реальных масштабов мигрантов, нацеленных на учебу. По данным Росстата, в 2014 г. их доля среди выехавших за рубеж была всего 4,2%, в дальнее зарубежье - 1,3%.

Таким образом, в структуре потенциальной эмиграции более представительны временные поездки за рубеж - на отдых или в командировку.

Пространство выбора направлений и видов современной миграции определяется ее основными функциями: как экономической, так и социальной. Известно, что основная причина миграций - обострение противоречия между потребностями людей и возможностями их удовлетворения в месте постоянного жительства. За двадцать лет реформирования российского общества, прошедших после четвертой волны миграции, существенно изменились потребности населения.

Молодому поколению, воспитанному в условиях рыночных отношений, кардинальных перемен в системе образования, присущи принципиально отличные от предыдущих поколений потребности. Изменились их профессиональные предпочтения, которые обусловлены необходимостью быть конкурентоспособными в новой экономике.

Поколения 1985-1998 гг. и 1970-1984 гг. рождения в настоящее время наиболее представительны на рынке труда (64,3% среди занятых мужчин и 60,3% среди занятых женщин). В социально-профессиональной структуре лидирующие позиции они занимают среди офисных работников (мужчины), полупрофессионалов и профессионалов, управленцев и предпринимателей, а также среди работников ручного труда, промышленных рабочих и водителей. Наиболее быстрые темпы прироста занятости молодых поколений отмечаются среди управленцев и предпринимателей, особенно среди женщин 1970-1984 гг. рождения.

Сравнение профессиональных предпочтений среди активных в настоящее время на рынке труда представителей старшего поколения, родившихся в 1960-1964 гг. (активных участников четвертой волны эмиграции), и представителей молодого поколения, родившихся 1980-1984 гг. (активных участников новой волны эмиграции), позволяет выявить следующие особенности их (предпочтений) распределения (табл. 4).

Таблица 4

Повозрастные индексы профессиональных предпочтений мужчин и женщин, родившихся в 1960-1964 гг. и 1980-1984 гг., %*

Профессиональная группа

1960-1964 гг.

1980-1984 гг.

1994 г.

2001 г.

2008 г.

2013 г.

2001 г.

2008 г.

2013 г.

0.

Военнослужащие

3,0

2,6

1,5

0,4

0,0

1,2

1,1

1.

Управленцы и предприниматели

1,4

9,9

6,4

8,6

1,1

2,3

6,2

2.

Профессионалы

12,3

9,9

6,4

7

3,4

11,9

10,4

3.

Полупрофессионалы

5,5

7,9

7,1

8,4

10,3

20,4

14,2

4.

Офисные работники

0,0

0,7

0,0

0,4

0,0

3,8

2,3

5.

Простые работники в сфере торговли и бытового обслуживания

5,2

3,6

3,8

2,9

5,7

8,8

6,5

6.

Квалифицированные рабочие сельского хо-зяйства, рыболовства и лесного хозяйства

1,1

1,6

1,1

1,2

0,0

0,0

0,3

7.

Работники ручного труда, ремесленники

31,4

24,3

32,7

26,2

34,5

24,6

26,2

8.

Промышленные рабочие, водители

31,7

31,3

32,0

34,8

24,1

18,8

23,8

9.

Неквалифицированные работники

8,5

8,2

9,0

10,0

20,7

8,1

8,9


Всего

100

100

100

100

100

100

100

* База данных RLMS ГУ ВШЭ, расчеты автора.

Согласно данным социологического опроса, проведенного в рамках проекта «Жизненный мир россиян», наибольшая доля желающих постоянно жить и работать за рубежом отмечается среди предпринимателей и работников торговли (табл. 5). Временно поработать согласились бы 14-20% представителей различных профессий (за исключением военнослужащих и работников правоохранительных органов).

Таблица 5

Распределение ответов на вопрос: «Хотели бы Вы побывать, жить или работать за рубежом?» по профессиональным группам (возможно несколько вариантов ответа), %

Ответ

Профессиональная группа*

1

2

3

4

5

6

7

Да, поработать временно, заработать деньги

13,6

19,5

15,2

14,7

12,2

20,0

6,9

Провести отпуск, побывать в командировке

46,0

45,6

30,4

55,9

54,1

43,1

45,8

Хотели бы поучиться, пройти стажировку

5,1

4,4

1,1

2,9

6,3

4,6

6,9

Хотели бы жить и работать за рубежом, переехать на постоянное место жительства

4,0

4,4

4,3

8,8

4,4

10,8

5,6

Не хотят и не планируют

27,8

19,0

30,4

17,6

21,0

20,0

26,4

Не думали об этом

10,6

14,6

21,7

11,8

8,8

11,3

12,5

  1. * Работник (специалист, служащий, рабочий) на государственном предприятии, организации
  2. Работник (специалист, служащий, рабочий) на частном, акционерном предприятии, организации
  3. Работник сельского хозяйства
  4. Индивидуальный предприниматель, имею свое дело, свой бизнес
  5. Работник образования, науки, культуры, здравоохранения и др.
  6. Работник торговли, общепита, бытового обслуживания
  7. Военнослужащий, работник правоохранительных органов, таможни, охраны

Интересно, что среди респондентов, занятых в сфере образования и науки, планируют эмигрировать лишь 4,4%, и их доля совпадает с процентным соотношением работников сельского хозяйства и служащих на частных предприятиях, утвердительно ответивших на вопрос о постоянной работе за рубежом. Если же сопоставить ответы указанных профессиональных групп на вопрос о возможности временной работы, то доля ученых была даже меньше.

Каковы другие социальные компоненты потенциальных миграционных потоков, помимо отмеченных профессиональных?

Потенциальные потоки мигрантов на ПМЖ по уровню образования формируются в большей части за счет населения с незаконченным высшим образованием (к этой группе относятся студенты и лица, не завершившие обучение в вузах). Но их доля среди всех опрошенных в данной группе существенно ниже по сравнению с респондентами, предпочитающими провести отпуск и побывать в командировке, а также временно поработать за рубежом (9,3; 49,1 и 27,8% соответственно).

Среди лиц с высшим образованием доля желающих жить и работать за рубежом очень мала (3,8%), доля намеревающихся временно поработать в других странах - меньшая, по сравнению с другими группами (10,9%). Наиболее представительны в данной группе респонденты, изъявившие готовность отдохнуть и съездить в командировку (табл. 6).

Таблица 6

Распределение ответов на вопрос: «Хотели бы Вы побывать, жить или работать за рубежом?» по уровню образования респондента (возможно несколько вариантов ответа), %

Ответ

Уровень образования

начальное, неполное среднее

среднее и среднее специальное

незаконченное высшее

высшее

Поработать временно, заработать деньги

10,2

14,5

27,8

10,9

Провести отпуск, побывать в командировке

20,4

35,4

49,1

51

Хотели бы поучиться, пройти стажировку

2,8

3,1

19,4

8,5

Хотели бы жить и работать за рубежом

2,8

5,4

9,3

3,8

Не хотят и не планируют

46,3

28,9

11,1

23

Не думали об этом

22,2

18,5

8,3

10,5

Познавательны результаты анализа зависимости миграционных намерений от такой значимой социальной характеристики, как уровень материального благосостояния. Он измерялся на основе субъективных оценок респондентов по 10-балльной шкале (1 - минимальное значение, 10 - максимальное). Кроме данной субъективной оценки в обследовании использовалась также количественная оценка дохода (уровень дохода, приходящегося на члена семьи). Результаты исследования показали наличие прямой корреляционной зависимости между долей респондентов, желающих жить постоянно за рубежом, и их количественной оценкой своего дохода.

Принципиально иная зависимость при субъективной оценке материального статуса. Переехать на постоянное жительство за рубеж чаще желают люди с невысокими оценками своего статуса - 1-4 балла. Среди достигших более высокого материального положения (7-10 баллов) эта доля существенно ниже. Следовательно, размер дохода часто не соответствует субъективной оценке материального статуса (доход может быть высоким, но респондент может оценивать свой материальный статус как очень скромный). Постоянно жить за рубежом чаще предпочитают люди, не удовлетворенные уровнем своего материального положения и желающие его повысить (табл. 7).

Таблица 7

Распределение ответов на вопрос: «Хотели бы Вы побывать, жить или работать за рубежом?» по самооценке уровня материального положения (возможно несколько вариантов ответа), %

Ответ

Уровень материального положения, балл.

Итого

1-2

3-4

5-6

7-8

9-10

Поработать временно, заработать деньги

10,6

12,7

14,0

16,6

18,3

14,0

Провести отпуск, побывать в командировке

25,8

35,7

41,8

47,6

38,0

39,8

Хотели бы поучиться, пройти стажировку

1,5

2,2

3,8

4,4

1,4

3,2

Переехать на постоянное место жительства

6,1

5,4

4,2

1,7

4,2

4,2

Не хотят и не планируют

28,0

31,0

26,8

23,6

18,3

27,1

Не думали об этом

29,5

15,7

14,3

11,1

23,9

15,7

Доля респондентов, нацеленных на временные перемещения, выше в группах с высоким уровнем материального статуса и высокими доходами. Представители данных групп выражали готовность к временным трудовым, рекреационным и деловым поездкам чаще, чем респонденты с низкими статусными характеристиками.

Что касается поездок за рубеж на учебу, то здесь соотношение складывается в пользу групп со средними и высокими статусными позициями и размерами доходов (кроме опрошенных с самыми высокими оценками материального статуса, в которых чаще встречаются старшие возрастные группы).

Самооценка респондентами своего положения в обществе является интегральной характеристикой, содержащей оценки специфики деятельности, социально-политических установок, ценностей индивидов и их соответствие требованиям общества к ним. Данный показатель оказывает воздействие на формирование миграционных намерений. Результаты социологического опроса показали наличие существенной дифференциации потенциальной миграции населения в зависимости от их социального статуса. Чем выше статусные позиции респондентов в обществе, тем реже они высказывают намерение постоянно жить и работать, а также учиться за рубежом. Более четверти опрошенных среди респондентов, наиболее высоко оценивших свое положение в обществе (9-10 баллов), выразили готовность временно поработать в зарубежных странах, что более чем на треть превышает долю представителей других групп, оценивших свой социальный статус ниже (табл. 8).

Таблица 8

Распределение ответов на вопрос: «Хотели бы Вы побывать, жить или работать за рубежом?» по самооценке положения в обществе (возможно несколько вариантов ответа), %

Ответ

Положение в обществе (самооценка), балл

Итого

1-2

3-4

5-6

7-8

9-10

Поработать временно, заработать деньги

7,7

15,5

14,2

14,1

26,7

14,0

Провести отпуск, побывать в командировке

27,9

39,4

41,6

48,8

30,0

39,8

Хотели бы поучиться, пройти стажировку

2,7

2,8

4,1

2,4

0,0

3,2

Переехать на постоянное место жительства

5,4

4,1

4,5

2,9

0,0

4,2

Не хотят и не планируют

30,2

28,9

25,8

23,4

26,7

27,2

Не думали об этом

27,9

13,4

14,7

11,2

23,3

15,7

Миграционная подвижность жителей села, по данным социологического опроса «Жизненный мир россиян» (сельская выборка, 2015 г.)

При изучении особенностей и факторов внутренней миграции в направлении село^город социеталь-ные сдвиги являются определяющими. Эволюция аграрных институциональных форм в России носит колебательный характер, воспроизводя логику «аграрных циклов», где «векторное движение» предстает «не как направленное в историческое будущее, а как периодически совершающаяся смена поколений» [11]. При этом устойчивость воспроизводства основных аграрных институтов в историческом процессе неодинакова. Самыми прочными институциональными формами зарекомендовали себя государство и крестьянское хозяйство.

За период 2010-2014 гг. объемы миграции из села резко возросли (см. табл.2). В возрастной структуре выбывших наиболее представительны доли детей и средней возрастной группы, 30-39 лет. За пять лет численность выбывших детей возросла в 3,6 раза, а численность выбывших в возрасте 30-39 лет - в 2,7 раза, что составляет максимальный прирост среди всех возрастных групп. При этом, как следует из табл. 9, число выбывших за период 2009-2014 гг. удвоилось во всех возрастных группах за исключением группы 20-24.

Таблица 9

Структура выбывших из села в город (2014 г.) и их прирост по возрастным группам (2009-2014 гг.)*

Возрастная группа, лет

Число выбывших

мужчины и женщины

мужчины

женщины

2014 г., %

2014/2009

2014 г., %

2014/2009

2014 г., %

2014/2009

0-14

17,2

3,6

18,8

3,6

15,8

3,6

15-19

12,1

2,0

12,2

2,3

12,1

1,8

20-24

12,8

1,5

11,5

1,5

13,9

1,5

25-29

15,4

2,2

14,3

2,1

16,3

2,3

30-39

18,2

2,7

18,7

2,5

17,7

2,8

40-49

8,8

2,2

10,1

2,2

7,7

2,2

50-59

7,6

2,5

8,2

2,5

7,2

2,5

60 и старше

7,9

2,0

6,2

2,2

9,4

1,9

Итого

100,0

2,3

100,0

2,3

100,0

2,2

* Составлена по данным Росстата.

Главное отличие сельских поселений от городских - занятие их жителей преимущественно сельским хозяйством. Данные опроса «Жизненный мир россиян» за 2015 г. показали, что доля занятых в сельском хозяйстве составляет всего 20,2%. При этом существенны повозрастные различия: наименьшая доля занятых отмечается в самой молодой возрастной группе. Значительно большая доля жителей села занята на государственных и частных предприятиях - 28% (табл. 10).

Таблица 10

Распределение ответов на вопрос: «К какой группе работников Вы себя относите?», %*

Профессиональная группа до 24

С какой группе работников Вы себя относите?, лет

25-29

30-39

40-49

50-59

60 и старше

Всего

Гос. предприятие 2,6

12,3

13,5

12,6

14,6

1,5

10,6

Частное предприятие 17,9

22,8

20,8

20,7

16,9

4,4

17,4

Сельское хозяйство 15,4

26,3

20,8

28,7

23,6

1,5

20,2

Индивидуальное предпринимательство 2,6

1,8

8,3

9,2

3,4

0,0

4,8

Образование, культура, здравоохранение 7,7

8,8

14,6

6,9

7,9

2,9

8,5

Торговля, бытовое обслуживание 10,3

15,8

13,5

10,3

11,2

0,0

10,3

* Здесь и далее табл. 10-14 составлены по данным опроса «Жизненный мир жителей села», 2015 г.

Данные табл. 4 (см. выше) позволяют соотнести долю занятых в сельском хозяйстве в структуре занятых во всем народном хозяйстве по двум возрастным группам: реальным поколениям 1960-1964 и 1980-1984 гг. рождения. Как видно, в поколении 1960-х годов рождения их доля лишь слегка превышала 1%, а среди поколения 1980-х годов рождения снизилась до значений, близких к нулю.

Приведенные данные подтверждают недостаточную занятость в аграрном производстве и слабое развитие альтернативных видов деятельности на селе. Если в среднем по России сельская безработица находится в пределах 11% (по международным критериям допустимый уровень безработицы составляет 10%), то в региональном разрезе им соответствуют только 48 субъектов РФ, а в 38-ми субъектах этот уровень повышается до 20% и более. В этих условиях продолжается отток трудоспособного населения в города, что обескровливает село.

Рост интенсивности миграции из села отражает в первую очередь действие данного фактора. При этом четко прослеживаются возрастные различия в намерениях переехать в город. Среди молодых жителей они наиболее высоки, особенно в группе моложе 24 лет: жить и работать в городе выразили желание 65% респондентов, а остаться в селе всего 27%. Среди старших возрастных групп в трудоспособном возрасте также заметно позитивное отношение к переезду в город. Лишь с приближением к пенсионному возрасту все большая часть респондентов выражала намерение остаться в сельской местности (85% в возрасте 60 лет и старше, табл. 11).

Таблица 11

Распределение ответов на вопрос: «Хотели бы Вы уехать из села в город?», %*

Ответ

Возрастная группа, лет

до 24

25-29

30-39

40-49

50-59

60 и старше

Всего

Да, работать

19

9

12

12

8

2

10

Да, жить

46

37

24

17

8

4

20

Нет

27

43

50

59

71

85

59

Затрудняюсь

8

11

15

13

13

9

12

Объяснение столь существенным межпоколенческим различиям в намерениях переехать из села следует также искать в институциональных изменениях в социальной сфере. Размер заработной платы в аграрном секторе составляет лишь 40% средней по народному хозяйству, а уровень бедности сельского населения почти вдвое выше, чем городского. Согласно критерию международных организаций, по которому применительно к странам Центральной и Юго-Восточной Европы, а также бывшим республикам СССР уровень бедности установлен по границе доходов ниже 4 долл. в день, доля бедного населения в сельской местности России достигает 73%, т.е., по сути, это всеобщая бедность.

Закрытие детских садов, школ, больниц вызывает все большую озабоченность сельчан. Именно эти проблемы волнуют их в первую очередь, отметили респонденты в 2015 г. (табл. 12).

Таблица 12

Распределение ответов на вопрос: «Какие проблемы в Вашем селе в первую очередь Вас волнуют?», %*

Проблема

Возраст, лет

До 24

25-29

30-39

40-49

50-59

60 и старше

Всего

Жилье

16,3

24,6

19,5

16,6

20,6

18,5

19,4

Здравоохранение

22,1

23,8

23,1

23,1

29,9

32,5

26,0

Обучение детей

15,1

14,6

14,9

19,6

7,8

10,8

13,7

Транспортное сообщение

15,1

10,8

11,3

11,1

13,2

12,1

12,0

Культурная жизнь

9,3

14,6

10,9

5,5

6,9

7,6

8,8

Спорт

7,0

2,3

5,0

5,0

3,9

3,8

4,4

Экология

0,0

2,3

4,5

6,5

5,4

5,1

4,5

Преступность

4,7

3,8

5,9

6,0

6,4

5,1

5,5

Другое

2,3

0,8

0,9

2,5

2,9

2,5

2,0

Ничего не волнует

8,1

2,3

4,1

4,0

2,9

1,9

3,6

В целом среди причин переезда в город первое место занимают причины, связанные с отсутствием работы и низкими заработками, второе - отмеченные социальные проблемы, третье - проблемы с жильем (прежде всего его низкое качество), четвертое - личные причины.

Пространственная мобильность характеризуется возросшей ролью временных перемещений, как внутренних, так и внешних. Одна из причин перемещений -усиление потока трудовой миграции на крупные и средние предприятия (что было характерно для мигрантов прошлых лет) на фоне снижения экономической активности населения, роста самозанятости, либерализации перемещений в условиях личной собственности на жилье.

Значительные изменения в пространственной мобильности населения России связаны с качественными изменениями в социальной деятельности. Их суть состоит в возросшей ориентации населения на собственные силы и возможности, большей свободе выбора индивидуальных решений.

Наконец, помимо социально-экономических проблемных сторон современного села следует отметить наличие такого своеобразного для России фактора как пространственная организация сельской местности. Три основных фактора играют главную роль в пространственной организации сельской местности:

  • природные различия (с севера на юг и с запада на восток);
  • крупные города;
  • национальный состав населения.

Неравномерный процесс урбанизации в России оказывает влияние не только на соотношение городского и сельского населения в территориальном разрезе (на начало 2015 г. оно составило 74 и 26%), но и на социально-демографическую структуру городских поселений и сел.

Из отмеченного выше следует и фактор межтерриториального обмена населением. В последние годы главным вектором межрегиональных миграций в России стало движение с севера и востока страны на юг и запад. Страна поделилась на две зоны - притока (Центральный, Волго-Вятский, Центрально-Черноземный, Уральский экономические районы; Ростовская область, Краснодарский и Ставропольский края Северо-Кавказского региона; южные районы Сибири) и оттока населения (Европейский север, северные районы Восточной Сибири, Дальний Восток).

Эта пространственная картина миграций во многом подтверждается и данными о миграционных намерениях сельских жителей в территориальном разрезе по результатам опроса 2015 г. (табл. 13, 14).

Таблица 13

Распределение ответов на вопрос: «Хотели бы Вы уехать из села в город?» по федеральным округам*

Федеральный округ

Миграционное намерение

да, работать

да, жить

нет

итого

да

работать, %

да, жить, %

нет %

Центральный

23

23

106

186

12,4

12,4

57,0

Северо-Западный

8

18

22

58

13,8

31,0

37,9

Южный

4

25

89

137

2,9

18,2

65,0

Северо-Кавказский

13

35

72

129

10,1

27,1

55,8

Приволжский

25

53

127

223

11,2

23,8

57,0

Уральский

8

9

45

62

12,9

14,5

72,6

Сибирский

12

23

100

139

8,6

16,5

71,9

Дальневосточный

0

6

17

40

0,0

15,0

42,5

Красноярский

3

8

11

26

11,5

30,8

42,3

Итого

96

200

589

1000

9,6

20,0

58,9

Таблица 14

Распределение ответов на вопрос: «Где бы Вы хотели, чтобы жили Ваши дети (внуки), став взрослыми?» по округам*

Округ

Миграционное намерение

1 - В селе

2 - В городе

3 - Пусть решают сами

Итого

1, %

2, %

3, %

Центральный

22

69

95

186

11,8

37,1

51,1

Северо-Западный

6

19

33

58

10,3

32,8

56,9

Южный

24

47

66

137

17,5

34,3

48,2

Северо-Кавказский

8

50

71

129

6,2

38,8

55,0

Приволжский

24

94

105

223

10,8

42,2

47,1

Уральский

21

15

26

62

33,9

24,2

41,9

Сибирский

26

42

71

139

18,7

30,2

51,1

Дальневосточный

10

6

24

40

25,0

15,0

60,0

Красноярский

0

11

15

26

0,0

42,3

57,7

Итого

141

353

506

1000

14,1

35,3

50,6

Таким образом, при оценке миграционных намерений населения в современном российском обществе следует выделить влияние институциональных изменений в обществе, социально-экономическую и пространственную направленность миграции. По данным исследования «Жизненный мир жителей села» нами выделены три социальных вектора формирования миграционных потоков: демографический, статусный, профессиональный.

Установки на эмиграцию наиболее высоки среди самых молодых и несемейных респондентов (демографический вектор), среди респондентов с невысокими оценками своего материального уровня и положения в обществе (статусный вектор), среди занятых в сфере торговли и предпринимательства (социально-профессиональный вектор). В направлении противодействия эмиграции действует ценностно-идеологический фактор. Наблюдаемый в последние годы подъем патриотизма характерен и для молодого поколения. Патриотических взглядов придерживается большинство из опрошенных респондентов. Оптимистичный вариант социального развития России в будущем одобрили 66% молодых людей в возрасте до 24 лет и 45,5% в возрасте 25-29 лет (они считают, что жизнь в стране в ближайшее время улучшится).

В условиях переживаемого на современном этапе экономического и политического кризисов противоречие между желаемым и реальным уровнями заработной платы, существенное сокращение реальной заработной платы занятых в государственном и предпринимательском секторах экономики (особенно в валютном эквиваленте) создают новый импульс для входа невостребованных на родине специалистов на новые рынки труда, в том числе, зарубежных стран. Новая волна эмиграции в первую очередь затрагивает профессионалов и предпринимателей. Это потенциальные эмигранты, прежде всего, молодого поколения, получившие хорошее образование и имеющие востребованную за рубежом профессию (в отраслях, в отношении которых не действуют санкции), а также опытные представители старших поколений. Доля последних существенно ниже: по данным Росстата за 2013 г., средний возраст эмигранта составил 28,3 года, эмигранта в дальнее зарубежье - 25 лет.

Экономические и политические санкции ЕС и США, направленные против России, неоднозначно влияют на реализацию миграционных намерений. Они могут придать дополнительный импульс миграции, но могут и существенно ее ограничить. В первом случае решающим фактором выступает неясность в оплате труда, падение курса рубля и более выгодные заработки в валюте. Противодействием для эмиграции является начавшаяся возвратная волна специалистов, работающих за рубежом в отраслях, попавших под санкции (машиностроение, нефтяная промышленность).


1 Статья выполнена при финансовой поддержке Российского научного фонда (проект № 14-18-02016).

2 В число стран дальнего зарубежья в соответствии с современной классификацией включены Грузия, Литва и Латвия. Без учета данных стран показатели притока населения в этот период были бы существенно ниже.

3 Всего за период с 1992 по 2008 г. Россию покинули более 67,8 тыс. работников сферы науки и образования.

4 «Жизненный мир россиян и эволюция форм их участия в реализации государственных и общественных преобразований (1990-2010-е годы)» (ЖМ-2014). Опрошено 1750 чел. в 18-ти регионах страны 25-50 октября 2014 г. с учетом репрезентативной выборки по полу, образованию, семейному положению, месту жительства, форм собственности и трудовому стажу. Опросы проведены во всех экономических районах страны, представляющих центральную Россию, Поволжье, Юг страны, Урал, Сибирь и Дальний Восток, а также два мегаполиса — Москву и Санкт-Петербург.


Литература
  1. Моисеенко В.М. Внутренняя миграция населения. М.: ТЕИС, 2004.
  2. Рыбаковский Л.Л. Пространственные перемещения населения в России и постсоветских государствах // Мониторинг общественного мнения. 2009. № 1. С. 186-198.
  3. Морозова Г.Ф. Эмиграция — реальная угроза будущему страны. Электронный ресурс. URL: http://ecsocman.hse.ru/data/297/724/1216/004_Morozova.pdf (дата обращения 13.07.2015 г.)
  4. Dumont J.-Ch., G. Lemaitre. Counting Immigrants and Expatriates in OECD Countries: A New Perspective. UNExpert Group Meeting on International Migration and Development. OECD, France, 22 June 2005.
  5. Immigration in the EU. URL: http://ec.europa.eu/dgs/home-affairs/e-library/docs/infographics/immigration/migration-in-eu-infographic_en.pdf (дата обращения 13.07.2015 г.)
  6. Мукомель В. Миграционная политика в России. Постсоветские контексты. М.: Институт социологии РАН, 2005.
  7. Бойков В.Э. Социальные аспекты миграции населения // СОЦИС. 2007. № 12. C. 75-79.
  8. Гудков Л., Дубин Б., Зоркая Н. Отъезд из России как социальный диагноз и жизненная перспектива // Вестник общественного мнения. 2011. № 4. С 46-80.
  9. Манцерова О.В. О роли фронтира в социальной мобильности российской молодежи (на примере Астраханской области) //Гуманитарные исследования. 2012. № 4 (44). С. 270-274.
  10. Акьюлов Р.И. Миграционные установки молодежи как индикатор миграционной подвижности населения. Миграционные мосты в Евразии. Сборник докладов и материалов участников II Международной научно-практической конференции «Регулируемая миграция — реальный путь сотрудничества между Россией и Вьетнамом в XXI веке». М.: ИСПИРАН, 2012. С. 393-395.
  11. Щукин В.Г. «Семейная разладица» или непримиримая распря? Западничество и славянофильство в культурологической перспективе //Вопросы философии. 2003. № 5. С. 103-124.