Глобальный новый курс versus новая нормальность: переход к устойчивой и инклюзивной экономике?

Плачинда Л.Ю.
Хомякова Л.И.


(IV семинар Евразийской экономической комиссии, Межгосударственного банка и ЮНКТАД)

Что такое «инклюзивная экономика»? Каковы основные тенденции развития современной мировой экономики? Какие мифы о евразийской интеграции существуют на Западе? Эти и другие вопросы обсуждались в ходе IV ежегодного международного макроэкономического семинара, организованного Евразийской экономической комиссией (ЕЭК), Межгосударственным банком и Конференцией ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) 13 ноября 2017 г. в Москве. Модераторами семинара выступили Т. Валовая, член Коллегии (министр) ЕЭК по интеграции и макроэкономике, и И. Суворов, президент Межгосударственного банка.

В своем выступлении Валовая отметила актуальность темы макроэкономического семинара, потому что международное сообщество сейчас может использовать благоприятную конъюнктуру мировой экономики, или «окно возможностей», для создания резистентных механизмов на случай турбулентных сценариев развития в будущем. Она подчеркнула, что в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС) необходимо использовать данное «окно возможностей» для углубления интеграционного развития государств-членов и Союза в целом. Страны ЕАЭС смогли успешно преодолеть дезинтеграционные тенденции во время острой фазы мирового финансового кризиса, поэтому сформировавшийся благоприятный макроэкономический фон может открыть новые перспективы для более тесной координации на наднациональном уровне.
Взаимная торговля в рамках ЕАЭС растет не только в секторах, где стабилизировались цены на нефтяные и другие энергетические товары, но и в секторах с повышенной долей обработки — сельском хозяйстве и промышленности. Кроме этого, увеличивается объем взаимной торговли между Арменией и Беларусью, Арменией и Кыргызстаном, Арменией и Казахстаном, Беларусью и Кыргызстаном. Это свидетельствует о том, что в рамках ЕАЭС сформировался единый экономический рынок.
В то же время торговля товарами — уходящая тенденция, поэтому необходимо развивать локализацию и диверсификацию внутри ЕАЭС. Через 20 лет мир полностью изменится. В этом плане ЕЭК формулирует новые задачи: наряду с диверсификацией промышленности и сельского хозяйства государства-члены должны активнее участвовать в развитии новых секторов экономики, динамично осуществлять программы цифровизации на общем евразийском экономическом пространстве.
ЕАЭС стал первым в мире интеграционным объединением, представившим отчет о реализации Целей устойчивого развития (ЦУР) в рамках Политического форума высокого уровня ЭКОСОС в июле 2017 г. в штаб-квартире ООН (Нью-Йорк). Отчет ЕЭК «Показатели достижения Целей в области устойчивого развития в регионе Евразийского экономического союза» базируется на методологических подходах, разработанных ООН, а также на мониторинге перечня статистических показателей (индикаторов), применяемых для определения прогресса в реализации ЦУР. На системной основе ЕЭК анализирует эмпирические данные о достижении ЦУР, которые могут служить базой для углубления интеграционного взаимодействия наших стран с учетом концепции устойчивого развития и инклюзивного роста.
Стратегические цели развития ЕАЭС во многих аспектах совпадают с Глобальной повесткой развития международного сообщества до 2030 г., поэтому, развивая интеграцию внутри Союза, государства-члены содействуют достижению ЦУР на региональном уровне. Валовая обратила внимание на то, что региональное сотрудничество и экономическая интеграция способствуют перераспределению выгод от либерализации торговли и инвестиций, а значит, уменьшению разрыва в экономическом развитии стран, их большей конвергенции, а также поддержанию мира и стабильности в Евразии.
Суворов отметил, что инклюзивная экономика и инклюзивный экономический рост (плодами которого пользуется все население) в последние годы стали центральной темой в докладах международных организаций (МВФ, ЕБРР, Всемирного банка и др.). Для оценки этого роста эксперты Всемирного экономического форума (ВЭФ) ввели Индекс инклюзивного развития (Inclusive Development Index). Чтобы добиться успешного инклюзивного роста, они рекомендуют правительствам стран быстрее проводить структурные реформы и инвестировать в человеческий капитал.
В рейтинге 2017 г. Россия заняла 13-е место из 79 развивающихся стран. Эксперты ВЭФ отмечают, что в России относительно высокий уровень жизни, довольно низкий уровень бедности и безработицы, образование доступно и высокого качества. Они рекомендуют России сделать более доступными финансовые услуги (особенно для малого и среднего бизнеса) и ввести прогрессивную шкалу налогообложения, что позволило бы стране добиться лучшего инклюзивного роста.
Суворов поддержал доводы экспертов ВЭФ о том, что именно общий прогресс, сопровождающийся ростом доходов населения и его экономических возможностей, уровня защищенности и качества жизни, должен быть признан главной целью экономического развития, а не только рост ВВП. Он отметил, что текущая ситуация в мировой экономике способствует преобразованиям, направленным на инклюзивный рост. В число их возможных глобальных направлений можно включить реформу мировой финансовой системы, а в России — дальнейшее развитие банковского и финансового секторов.
И. Паунович (Igor Paunovic), ключевой спикер семинара, глава подразделения глобализации и стратегий развития ЮНКТАД, представил доклад о торговле и развитии за 2017 г. «От мер жесткой экономии к глобальному новому курсу». Он отметил, что, несмотря на оживление на финансовых рынках и признаки восстановления, наблюдающиеся в Западной Европе и Японии, темпы мирового экономического роста в 2016 г. были гораздо ниже, чем до кризиса. В США признаки замедления экономического роста, проявившиеся к концу 2016 г., сохранялись и в 2017 г.: темпы роста ВВП составили в I кв. 1,4% в условиях медленного роста заработной платы, несмотря на сокращение безработицы, что нашло отражение в существенном замедлении роста расходов домохозяйств. Динамика экономического роста в странах еврозоны была неоднородной: в первой половине 2017 г. в некоторых менее крупных и менее богатых странах наблюдался более быстрый рост, чем в ряде ключевых стран. В качестве положительной тенденции было отмечено снижение среднего уровня безработицы. Вместе с тем восстановление темпов роста в еврозоне идет слишком медленно и во многом зависит от политики количественного смягчения.
Устойчивый экономический рост наблюдается в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР), в основном благодаря его крупнейшим экономикам — Китаю и Индии, где темпы экономического роста остаются относительно высокими, но при этом сохраняются некоторые существенные факторы риска экономического спада, как и в ряде других стран с переходной экономикой. Эти тенденции во многом связаны с повышением цен на сырьевые товары в 2016—2017 гг., которое оказало стимулирующее воздействие на экономику развивающихся стран — экспортеров сырья. Однако цены уже стали снижаться, так и не достигнув среднего уровня за первое десятилетие XXI в.
В отношении торговли эксперты ЮНКТАД сходятся во мнении, что в 2017 г., вероятно, можно ожидать ускорения роста мировой торговли после низких темпов в 2016 г. Однако вызывает сомнение устойчивость тенденции к расширению экспорта из стран с формирующейся рыночной экономикой. В условиях низкого спроса мировая торговля, скорее всего, сможет обеспечить рост только в отдельных странах и при определенных обстоятельствах. Слишком большой объем накопленной задолженности в сочетании со слишком низким спросом на мировых рынках препятствует устойчивому росту мировой экономики. Отмечая растущее неравенство и перекосы, препятствующие устойчивому и инклюзивному росту, ЮНКТАД вводит термин «гиперглобализация», противопоставляя ее модели идеальной конкуренции и базовым постулатам теории А. Смита.
Паунович считает, что сочетание мер жесткой экономии и технологические изменения, включая расширение роботизации, не способствуют развитию. Роботы становятся умнее, эффективнее и дешевле, а это несет угрозу и рынку труда. Но действительно ли их широкое использование снижает эффективность индустриализации как стратегии развития? Ответ на этот вопрос будет зависеть от ряда факторов, в частности от того, кто владеет и управляет робототехникой, в каких секторах промышленности применение роботов даст наибольшую отдачу. С учетом этих факторов решающую роль будут играть эффективная разработка и реализация политики в области промышленных цифровых технологий, а также наличие у стран достаточных возможностей для ее осуществления.
В докладе ЮНКТАД отмечено, что половина населения мира в поисках хорошей работы сталкивается с дискриминацией по тендерному признаку. Поэтому закономерно, что именно женщины выступают с призывами придать гиперглобализации более инклюзивный характер. Однако решение этой проблемы не ограничивается обеспечением более активного участия женщин на рынке труда и в руководстве компаний. Учет тендерных аспектов в таких процессах, как расширение доступа населения к финансовым услугам, поощрение предпринимательства или упрощение процедур торговли, внесет ограниченный вклад в формирование инклюзивной экономики. Институты и социальные нормы, лежащие в основе гендерного неравенства, как правило, находят отражение на рынке труда. Большинство женщин сталкиваются с дискриминацией на рабочем месте и с сегментацией рынка труда, причем оба явления неразрывно связаны с последствиями гиперглобализации в широком смысле.
В нынешней сложной и непредсказуемой обстановке нужно как можно быстрее отказаться от политики жесткой экономии и вернуть финансовый сектор на службу обществу. В докладе ЮНКТАД звучит призыв принять масштабную программу ребалансировки мировой экономики в целях инклюзивного развития.
С обзором мировой экономики выступил Г. Ди Белла (Gabriel Di Bella), глава постоянного представительства МВФ в России. МВФ дал положительный прогноз развития крупнейших стран и мировой экономики в целом и призвал к проведению структурных реформ для поддержания всестороннего и устойчивого роста и снижения существующих рисков. Ди Белла отметил, что рост мировой экономики, начавшийся в 2016 г., продолжается, финансовые рынки остаются устойчивыми, в ряде стран нормализуется денежно-кредитная политика. Однако недостаточное внимание к рискам может дестабилизировать финансовые рынки.
Б. Слей (Ben Slay), главный советник ПРООН, по видеосвязи из Стамбула рассказал о Повестке дня в области устойчивого развития до 2030 г. Она содержит ряд целей, направленных на ликвидацию нищеты, сохранение ресурсов планеты и обеспечение благополучия для населения Земли. Каждая из 17 целей включает ряд показателей, которые должны быть достигнуты в течение 15 лет. Эти цели — часть широкомасштабной повестки дня в области развития, центральное место в которой занимают три взаимосвязанных элемента устойчивого развития: экономический рост, социальная интеграция и охрана окружающей среды.
В своем выступлении Слей сделал акцент на инициативе «MAPS» (Mainstreaming, Acceleration and Policy Support — актуализация, ускорение и поддержка политики) для отдельных стран ЕАЭС. Элемент «Mainstreaming» направлен на улучшение информированности политических сил и оказание содействия правительствам стран в выработке действий на национальных и местных уровнях. Элемент «Acceleration» — это усилия, направленные на содействие правительствам в части ускорения процесса достижения ЦУР с помощью инструментов для определения критических ограничений и обеспечения самого процесса, а также сосредоточения внимания на важных национальных задачах. Элемент «Policy Support» ориентирован на оказание координированной совместной поддержки политики в странах, работающих над достижением ЦУР.
По сообщению Слея, в странах ЕАЭС уже проведена предварительная работа. В Республике Казахстан в июне 2017 г. закончена разработка «дорожной карты», в элемент «Acceleration» включены инклюзивное управление, снижение неравенства, диверсификация, «зеленая» экономика; в Республике Армения миссия «MAPS» осуществлялась в июле 2017 г., а в ближайшее время ожидается разработка «дорожной карты». В Республике Беларусь миссия «MAPS» пройдет в конце 2017 г., в Кыргызской Республике — в 2018 г.
В рамках прямого включения из Бангкока М. Микич (Mia Mikic), глава подразделения по торговле, инвестициям и инновациям Экономической и социальной комиссии ООН для Азии и Тихого океана (ЭСКАТО), представила доклад о торговле и инвестициях в АТР. Она подчеркнула, что торговля и инвестиции стали мощным двигателем роста экономики в регионе и в будущем они продолжат играть важнейшую роль в продвижении ЦУР. Однако экономические выгоды не должны достигаться за счет социальных и экологических целей.
Микич отметила, что, несмотря на слабые показатели в 2016 г., АТР остается самым крупным регионом мира по уровню торговли. В 2016 г. объем мировой торговли снизился на 3,2%, а в АТР — на 4,3%. Ключевым фактором стало сокращение торговли в Китае. Экспорт Китая, составляющий более экспорта региона, уменьшился на 7,7%, а в других развивающихся странах АТР — на 3,6%. Но, несмотря на сокращение объемов торговли, на АТР по-прежнему приходится 40% мирового экспорта и 35% мирового импорта.
Мировая и региональная торговля ускорилась в 2017 г. Прогнозируется рост объемов экспорта (на 4,5%) и импорта (на 8%) в АТР. Экспорт и импорт в развивающихся странах АТР, по предварительным оценкам, будут расти быстрее, чем в развитых странах региона. Но некоторые факторы могут негативно сказаться на динамике торговли в 2018 г. В то время как спрос на импорт в развитых странах еще не полностью восстановился, в Китае он замедлится в результате структурной перестройки — перехода от ориентации на экспорт к стимулированию внутреннего потребления. Внутрирегиональный спрос может оказаться недостаточным для восстановления экономики до докризисного уровня. Дополнительные риски связаны с протекционистскими заявлениями в некоторых развитых странах. Хотя опасения по поводу принятия протекционистских мер в торговле могут не реализоваться, фактор растущей неопределенности будет сдерживать долгосрочные инвестиции и торговлю.
Торговля коммерческими услугами в 2016 г. восстанавливалась умеренно, темпы роста экспорта и импорта составили 0,1 и 1,3% соответственно. Рост был достигнут в основном за счет сектора «другие коммерческие услуги», который вырос на 1,7% в 2016 г. Подъем в 2017 г. ожидается за счет увеличения темпов роста в основных секторах услуг. Число туристов в регионе возросло на 3,3% в 2016 г. с перспективой дальнейшего роста в 2017 г.
В отношении Российской Федерации Микич отметила следующие тренды. В 2016 г. торговля товарами составила 79,4% общего объема торговли РФ. Экспорт в значительной степени концентрируется на сырьевой продукции добывающей промышленности. В 2016 г. ситуация в российской торговле несколько улучшилась. Несмотря на то что экспорт страны уменьшается, темпы его сокращения снизились с -31,3% в 2015 г. до -17,5% в 2016 г. Стабилизация цен на сырьевую продукцию во второй половине 2016 г. стала основным драйвером улучшения. Также наблюдалась положительная корректировка в секторе импорта, темпы сокращения которого замедлились с -37,3% в 2015 г. до -0,8% в 2016 г. На торговлю коммерческими услугами в 2016 г. пришлось 20,6% общего объема торговли. Торговля услугами, сократившись более чем на 20% в 2015 г., в 2016 г. снижалась медленнее (на 2,4% — экспорт и на 16,1% — импорт). Транспортные услуги, на долю которых приходится более V3 общего объема экспорта коммерческих услуг, стали основным драйвером экспорта в 2016 г. В 2016 г. только 33,2% экспорта товаров РФ было направлено в страны АТР, а Китай стал крупнейшим внутрирегиональным экспортным пунктом назначения (9,8%). Импорт товаров из стран АТР составил 39,4%. Наиболее важным внутрирегиональным источником импорта был Китай (20,9%).
Т. Адшид (Thomas Adshead), главный операционный директор Macro-Advisory, рассказал об основных западных мифах по поводу образования ЕАЭС. Среди них: возможное восстановление СССР (политическое, а не экономическое), снижение торговли, угрозы, вызванные различиями стран. Он также проанализировал реальные проблемы и риски, с которыми сталкивается ЕАЭС в настоящее время, в первую очередь в области создания единого фармацевтического рынка и нового таможенного кодекса.
Т. Калиаскарова, директор департамента макроэкономической политики ЕЭК, остановилась на основных макроэкономических тенденциях и вызовах, которые проявились в последние годы в государствах — членах ЕАЭС. Благодаря стабилизирующей экономической политике и улучшению внешней конъюнктуры эти страны сумели преодолеть трудности 2014 — 2016 гг. Ожидается, что уже в 2017 г. рост ВВП в ЕАЭС составит 1,9%. Калиаскарова отметила, что в последние годы наблюдается снижение потенциальных темпов роста экономик стран ЕАЭС, а их восстановление влияет на ребалансировку источников роста — от внешнего спроса к внутреннему.
В завершение состоялось обсуждение глобальных и региональных тенденций развития, был проведен анализ мер экономической политики, которые рекомендуется принять в ответ на вызовы, стоящие перед государствами — членами ЕАЭС.