БЮДЖЕТНОЕ ФИНАНСИРОВАНИЕ НАУКИ

В официальных документах бывшей плановой экономики, определявших перспективы ее развития, большое внимание уделялось становлению науки как непосредственной производительной силы общества. Научно-технологический уровень народного хозяйства обоснованно считался главным фактором становления прогрессивной структуры производств, обновления фондов, повышения производительности труда, экономического потенциала, мобилизации материальных и финансовых ресурсов для решения социальных проблем. К концу 80-х гг. СССР располагал значительным научно-техническим потенциалом, многоотраслевой наукоемкой экономикой. При осуществлении реформ страна лишилась ориентиров в макроэкономической политике расширенного воспроизводства, разрушительные процессы получили заданный характер. В результате углубился системный кризис, усилились хаотичность и стихийность развития, деформировалась структура производительных сил. Неадекватность институциональной системы социально-экономическим потребностям усугубила негативные процессы.

Сегодня возрастающая роль науки и техники постоянно декларируется высшими органами законодательной и исполнительной власти. Особенно это нашло отражение в Федеральном законе "О науке и государственной научно-технической политике", принятом 23 августа 1996 г. В Доктрине развития российской науки, одобренной Указом Президента от 13 июня 1996 г., были определены следующие задачи: создание условий для фундаментальных научных исследований и ведущих научных школ; повышение престижности научного труда и уровня жизни ученых и специалистов; реформирование науки путем совершенствования принципов управления, финансирования и организации научных исследований; интеграция науки и образования, развитие системы подготовки квалифицированных научных кадров; формирование условий для конкуренции и предпринимательства в сфере науки и техники, стимулирование и поддержка инновационной деятельности; ориентация научного потенциала на решение важнейших социально-экономических задач и обеспечение безопасности страны.

Эти, безусловно, важные положения отражают реальную потребность изменения подходов к организации науки, приоритетам ее развития. Но, несмотря на это, роль науки недооценивается.Ни один из названных приоритетов должным образом не обеспечивается, особенно распределением бюджетных средств. Показательна в этом отношении утвержденная распоряжением Правительства РФ от 10 июля 2001 г. "Программа социально-экономического развития Российской Федерации на среднесрочную перспективу", включающая положения, неоднократно переносимые из документа в документ. Имеется в виду констатация снижения за 1990-1999 гг. более чем в три раза объема основных фондов в научно-технической сфере, уменьшения доли инновационной продукции в общем объеме промышленной продукции до 3, 5%, ежегодного закрепления в сфере науки лишь 3, 5 тыс. молодых специалистов. Подчеркивается необходимость повышения заработной платы ученым, поддержка научных школ. Но опыт последнего десятилетия показывает, что намерения и реальные дела значительно различаются.

Вопреки многочисленным заявлениям о вступлении экономики в фазу роста, наукоемкие производства деградируют, их доля в структуре ВВП снижается при возрастании внимания к развитию фондоемких сырьевых и первопередельных отраслей. Все это негативно повлияло на реализацию функций государства, вытекающих из ст.7 Конституции РФ, в которой декларированы его "социальность" и подчиненность деятельности созданию достойных условий жизни граждан. Надежды возлагаются на инвестиционную роль притока иностранного капитала, способного "подтянуть" отставшие и даже деградировавшие за годы реформ отрасли промышленности. Однако факты участия иностранного капитала в приватизации наших высокодоходных отраслей при игнорировании инвестирования реального сектора экономики свидетельствуют о том, что такие надежды несостоятельны.

Поэтому следует полнее использовать внутренние резервы и возможности возрождения наукоемких производств. Для создания необходимых условий надо прежде всего изменить отношение к финансированию науки, провести ревизию финансовых источников, контролируемых криминальными структурами. В частности, несмотря на то, что выявлены основные каналы "утечки" капитала, его отток по ним (авансовые перечисления валюты в счет фиктивного импорта, занижение цен на импортируемые изделия и завышение на экспортную продукцию и услуги и т.п.) остается очень большим. В 1994-1996 гг. он достигал 36, 3 млрд. долл., в 1997-23, 1, в 1998 г.- 23, 9, в 1999 г.- 17, 5, в 2000 г. - 18, 8 млрд. долл. Общая сумма (119, 6 млрд. долл.) составляет почти три четверти внешнего государственного долга, который, судя по условиям предоставления займов, использовался неэффективно. На фоне грабежа национальных богатств, до сих пор не ограничиваемого и лишь констатируемого, ухудшается финансирование науки, что подтверждается данными таблицы.

 

Средства, выделяемые из федерального бюджета на финансирование фундаментальных исследований

 

* Оценка. ** Прогноз.

Из таблицы видно, что устойчиво сокращается доля средств, финансирующих фундаментальные исследования, в объеме ВВП. Это способствует превращению экономики в сырьевой придаток стран - инициаторов "глобализации", означающей усиление экспорта капитала с целью извлечения максимума прибыли при одновременной деградации в отсталых государствах отраслей, пока работающих на национальный рынок.

Негативные тенденции в финансировании науки могут привести к длительному застою нашего народного хозяйства, консервации очень низкой доли наукоемкой продукции на мировых рынках. Сегодня она составляет 0, 13%, тогда как в странах ЕС - 35, США - 25, Японии - II, Сингапуре - 7, Кореи - 4, Китае - 2%. В Южной Корее, Швейцарии, Японии, Финляндии и Швеции затраты на гражданские исследования достигают 2, 5 - 3, 5% к объему ВВП.

При обосновании проектов федеральных бюджетов на соответствующие годы необходимо учитывать зависимости между бюджетными вложениями в развитие фундаментальных исследований и показателями экономического роста, доли наукоемкой продукции в общем производстве, ее объема на 1 руб. финансирования науки, удельного веса таких изделий на мировых рынках. Не случайно в странах, лидирующих на мировых рынках высоких технологий, доля расходов на фундаментальную науку в общем объеме ВВП жестко контролируется. Для этого широко используются льготные налоги, таможенные пошлины, бюджетная поддержка, стимулирование инвестиций, лизинг научного оборудования и др. В России должным образом не осмыслены мировые инновационные процессы, успехи стран, почти лишенных природных ресурсов, но создавших мощный научно-образовательный комплекс.

В последние годы нарушаются нормативы финансирования науки. Законом "О науке и государственной научно-технической политике" определено, что средства на финансирование научных исследований и экспериментальных разработок гражданского назначения выделяются из федерального бюджета в размере не менее 4% его расходной части. При утверждении Доктрины развития российской науки (за месяц до принятия закона) был установлен объем финансирования не менее 3% расходной части бюджета с ежегодным увеличением средств по мере стабилизации экономики. Сейчас наблюдается медленное оживление, поэтому можно улучшить финансирование науки при возрастании бюджетных доходов. Однако ни минимальная ("президентская"), ни максимальная (законодательная) его нормы ни разу не были реализованы.

Несоблюдение последней в 2001 г. (при занижении в бюджете поступлений доходов) означает игнорирование государственных интересов в активизации инновационного процесса. Это станет основанием для планирования на 2002 г. расходов федерального бюджета "от достигнутого уровня", т.е. с очередным их занижением против установленной законом нормы. Масштаб намеченного на 2002 г. бюджетного финансирования науки не корреспондируется ни с положениями Послания Президента Федеральному Собранию, в котором сделан акцент на том, что страна не имеет права "проспать" информационную революцию, ни с Основными направлениями социально-экономического развития Российской Федерации на долгосрочную перспективу.

Федеральный бюджет 2002 г. уменьшает государственную поддержку научно-технической деятельности. Впервые нарушено сложившееся с 1992 г. соотношение между фундаментальными и прикладными исследованиями. Если в 2001 г. доля затрат на фундаментальные исследования составляла 48, 4%, то в 2002 г. она будет равна 52, 3%. Практически это означает ухудшение материальных условий доведения результатов науки до применения в производстве. Снизится инновационный потенциал в государственном секторе экономики. Доля затрат на выполнение НИОКР по федеральным целевым программам (одним из основных инструментов государственной научно-технической политики) сокращается с 22, 5 до 21, 3%. Связанные с научными исследованиями расходы бюджета - приобретение материалов, реактивов, научного оборудования, экспедиции, издание научных трудов и т.п. - с учетом инфляции уменьшаются в относительном (по доле в составе общих расходов) и в абсолютном выражении.

Менее чем на 20% проиндексированы заработная плата работников, выполняющих научные исследования по приоритетным направлениям и контрактам, а также расходы на коммунальные услуги. Индексация расходов, способствующих укреплению приборной базы науки, сохранению уникальных стендов и установок, не предполагается. И это в условиях инфляции, достигшей в 2001 г. 20%, а в ближайшее время она еще более усилится, поскольку повышены тарифы за установку телефона, абонентная плата, растут коммунальные расходы в связи с жилищной реформой, увеличены тарифы на транспорте. Не подключаются механизмы привлечения в науку талантливой молодежи, сдерживания "утечки умов" за рубеж. Сохранение стипендий на уровне 300 руб. при ставке первого разряда Единой тарифной сетки в 450 руб. свидетельствует о недооценке научного труда молодежи.

Необходимо совершенствование структуры расходов, связанных с финансированием государственных целевых программ. Их так называемая ревизия выливается в прекращение финансирования тех из них, которые начинали осуществлять, а отбор новых программ, подлежащих реализации, мало ориентирован на инвестиции. В дальнейшем была бы целесообразна оценка эффективности целевых программ с точки зрения структуры затрат, доли в них НИОКР, инвестиций и т.д. Ежегодно средства на финансирование программ утверждаются по укрупненным статьям: инвестиции, НИОКР, прочие расходы. Последние по всем программам растут. Сложившаяся структуризация оправдывает распыление средств, способствующее снижению доли затрат на инвестиции и НИОКР. Программы вложений в создание интерьеров и на текущие расходы - прямое расточительство и без того крайне ограниченных финансовых ресурсов.

Тенденцией стало снижение капиталоемкости как всех реализуемых программ, так и непосредственно связанных с наукой. В частности, с 1996-го по 2000 г. капитальные вложения по Федеральной целевой научно-технической программе сократились более чем вдвое в действующих ценах, а в сопоставимых - более чем в 6 раз. В 1996-1998 гг. они ежегодно уменьшались вдвое, в 1999 г. - в полтора раза. По подпрограмме развития государственных научных центров капитальные вложения снизились с 138, 55 млн. руб. в 1996 г. до 1, 12 млн. в 1998 г. В 1999 - 2000 гг. суммарно они составили 45, 35 млн. руб., что свидетельствует о более значительном сокращении капиталоемкости подпрограммы, сведению к минимуму результатов ее реализации.

Из-за ухудшения работы, связанной со стимулированием научно-технического прогресса в наукоемких отраслях, этот процесс оказался пущенным на самотек. До реформ такого не было, как нет и ни в одной стране, стремящейся удержать конкурентные позиции на мировом рынке. Внимание государства к развитию науки и ее финансированию, использованию инструментов стимулирования НТП четко прослеживается в практике макрорегулирования экономики во Франции, Японии, Германии, Швеции и Финляндии. В 60-70-е гг. наряду с удовлетворительным бюджетным финансированием в нашей стране применялась такая форма финансовой поддержки инновационной активности в народном хозяйстве, как единый фонд развития науки и техники, формируемый на отраслевом уровне за счет отчислений от прибыли предприятий. Предприятиям, внедрявшим в производство научно-технические новшества и повышавшим качество продукции, устанавливались надбавки к ее цене. Сегодня не используется перспективная и отвечающая интересам как государственного, так и негосударственного секторов экономики схема кредитования, в том числе и наукоемких производств, за счет Бюджета развития. Последний уже второй год при разработке проекта федерального бюджета не предусматривается, хотя соответствующий закон не отменен.

Было бы целесообразно установить для предприятий, производящих продукцию и оказывающих услуги, обязательные отчисления, включаемые в себестоимость, для формирования соответствующих отраслевых фондов, т.е. реальной финансовой базы для инноваций, с полным освобождением от налогов части прибыли, формируемой под влиянием технических нововведений. Это стало бы действительно рыночным инструментом стимулирования научно-технического прогресса. Не исчерпаны возможности снижения ставки налогообложения прибыли, использования механизмов функционирования лизинговых и венчурных форм инвестирования. Оправданы также специальные отчисления для предприятий всех форм собственности в региональные венчурные фонды, средства из которых могли бы выделяться на возвратной и конкурсной основе для инвестиционного кредитования реализации проектов, имеющих существенное значение для возрождения экономики регионов. Без этого трудно рассчитывать на рост доходной базы бюджетов, абсолютной и относительной величины средств, выделяемых для финансирования науки.

Настало время преодолеть тенденцию сокращения финансирования на обновление парка оборудования, всей материально-технической базы проведения экспериментов. С 1996 г. устойчиво снизилась (до 4%) доля расходов, направляемых в сфере науки на капитальные вложения. Доминирующими (около 96%) являются текущие расходы. После кризиса 1998 г. среднегодовые ассигнования на финансирование научно-исследовательских работ в сопоставимых ценах абсолютно возросли только на 15%. Менее половины инвестиционной части расходов направлялось на приобретение научного оборудования, что крайне мало, когда парк оборудования в сфере науки основательно устарел и подлежит массовому списанию из-за непригодности для проведения опытно-экспериментальных работ.

Организациям, выполняющим крупномасштабные НИОКР, необходимы под низкий процент кредиты банков, для которых могла бы быть установлена соответствующая обязательная к исполнению квота кредитования. Это оправдано в условиях увеличения в структуре ВВП доли потребляемой части, а не накапливаемой, что связано не только с инфляционным ростом цен на жизненно важные блага, но и с формированием высокодоходного слоя населения, не знающего меры в потреблении. Некоторое "сжатие" спроса было достигнуто за счет введения налога с продаж, но основное бремя его легло на рядовых граждан. Следовательно, надо ввести налогообложение "сверхпотребления".

Прогрессивная шкала подоходного налога отменена с расчетом на легализацию сверхдоходов, но пока заметных признаков ее нет. В связи с этим нужен механизм трансформации части получаемых благ богатыми в фонд накопления на основе прогрессивной шкалы обложения доходов физических лиц. Опыт развитых стран (Франции, Германии, Швеции, США) убедительно свидетельствует о том, что прогрессивное налогообложение позволяет привлечь дополнительные доходы в бюджет для решения важнейших государственных проблем, в том числе улучшения финансирования НИОКР. Для этого требуется пересмотр структурной политики в сфере науки и в государственном секторе производства. К сожалению, в 2002 г., согласно плану развития государственного и муниципального секторов экономики, доля первого в сфере науки составит 71, 9% общего количества научно-исследовательских организаций. Иначе говоря, вместо укрепления государственного сектора в науке, он ослабляется.

Необходимы разработка и реализация программ возрождения отраслей, резкий спад производства в которых обострил проблему топлива и сырья, поставил их в положение, при которых они не дают доходов в бюджет, а получают из него крупные средства на ликвидацию последствий рыночного регулирования. Показательна в этом отношении угольная отрасль. С 1993 г. численность занятых в ней сокращена на 200 тыс. человек, а добыча угля упала с 430 до 230 млн. т, т.е. до 1, 5 т на душу населения, тогда как в Австралии 12 т, в Польше - 5, 5, в США - 3, 7 т. За последнее десятилетие добыча угля возросла в Австралии - в 4 раза, в Китае -в 3, в США - в 2 раза. В России закрыто 150 шахт, в недрах которых осталось примерно 12 млрд. т угля. И теперь при подготовке проекта закона об исполнении бюджета по соответствующей статье значится бюджетное финансирование промышленности. В действительности же государство использует значительные бюджетные средства (около 3 млрд. руб.) для различных выплат, включая трехмесячные пособия уволенным шахтерам. В нормальных условиях вместо таких расходов осуществлялись бы бюджетные инвестиции: либо в эту отрасль, либо в другие, включая науку. Они могли бы финансироваться за счет реализуемых в отрасли доходов. Теперь это уже невозможно без очень крупных инвестиций. Соответственно наука, культура, образование, здравоохранение и социальная сфера из-за "обрушения" доходной базы бюджета и роста непроизводительных и социально неэффективных расходов оказались в крайне трудном положении.

Нерешенной проблемой организации науки является становление эффективной формы ее финансирования, обоснованной поддержки соотношения различных институционально-организационных секторов. В частности должно быть усовершенствовано финансирование НИОКР Российским фондом фундаментальных исследований и Российским гуманитарным научным фондом. Важна оптимизация структуры этих бюджетных ассигнований различных областей науки. Сейчас значительная часть средств идет академическим и вузовским структурам, что отражает несовершенство нормативной базы научных фондов, в соответствии с которой грант можно получить только через бюджетные счета вузов и академических институтов. Целесообразно пересмотреть такой порядок, предоставив возможность участия в конкурсах и ученым, не работающим в бюджетных организациях. Это достижимо путем формирования крупных (областного, городского масштаба) центров коллективного пользования, работающих по договорам с научными фондами. В результате накладные расходы, оплачиваемые за счет средств грантов, можно снизить с 15-20 до 5-7%, и не менее 0, 5 млрд. руб. направить на расширение финансовой поддержки ученых. При таких центрах требуется создать информационную систему, существенно сокращающую затраты на исследования. Долю РГНФ следовало бы довести до 2-3% общей суммы бюджетных ассигнований на науку (сегодня она составляет 1%).

Науки гуманитарного профиля, включая медицинскую, за годы реформ сильно отстали, в них накопилось немало нерешенных проблем. Основная причина - недостаточное финансирование. В 1994-1997 гг. из Академии медицинских наук ушли около двух тысяч научных работников в возрасте 30-40 лет, которых охотно приглашали зарубежные организации. Помощь РГНФ улучшит условия труда врачей, повысит уровень оплаты их труда, поддержит развитие медицины.

В названных научных фондах было бы целесообразно иметь валютную составляющую. Это более важно, чем, например, создание валютного фонда реформирования региональных финансов, используемого под диктовку МБРР и на "повышение эффективности бюджетных расходов, поддержку экономических реформ". Пока общественно значимые затраты данным фондом не профинансированы, валютные средства расходуются неэффективно. И это в ситуации, когда экспериментальная база науки остается на уровне позапрошлого десятилетия.

Академик В.Е. Фортов рекомендует передать РАН для развития материальной базы науки несколько нефтяных скважин, которые научные силы могли бы использовать как высокодоходный источник валютной выручки. Предлагается разрешить Академии наук зарабатывать валюту и в других формах для стартового финансирования исследований, требующих мощной материальной базы. В условиях, когда нефтяной бизнес включает и очень существенную теневую составляющую, когда доходы идут на заграничные счета, такая постановка вопроса, пожалуй, правомерна. Во всяком случае трудно рассчитывать на достаточную помощь научным организациям в форме благотворительности негосударственных компаний ("Сибнефть", "Русал", "МДМ-банк"), учредивших Фонд содействия отечественной науке. При всей значимости такой поддержки (в 2001 г. гранты фонда получили 100 кандидатов и 100 докторов наук, а также 10 выдающихся ученых, на эти цели было выделено 1 млн. долл.) данных средств недостаточно, чтобы существенно улучшить финансирование материальной базы науки.

Требуется изменение порядка квотирования отдельных направлений гуманитарных и естественных наук в выделенных РФФИ и РГНФ бюджетных средствах, которые для них устанавливаются по решению советов фондов "от достигнутого уровня". Это неоправдавшая себя практика, поскольку исходные квоты при создании фондов формировались под нажимом их руководителей. Советы фондов, не имевшие необходимого опыта и признательные руководителям за лоббирование в правительстве нового источника финансирования, с этим мирились. Однако как штабы управления данными "самоуправляемыми" структурами советы не выражают интересы государства в развитии отдельных сфер науки: в них постоянно сталкиваются интересы академических и вузовских кругов и в итоге остается в силе "стартовая" квота отдельных сфер науки. В результате направления, получившие с самого начала высокую квоту, финансируются максимально, а остальные - недофинансируются. В РГНФ, например, доля исторической науки в поданных на конкурс проектах составляет 30, 1%, в поддержанных финансированием - 29, 2%. Получается, что историческая наука представляет около трети ученых-гуманитариев. Но экономическая наука, представленная не меньшей численностью специалистов высшей квалификации и требующая значительных материальных затрат на организацию исследований и на обеспечение информационной базы исследования в сравнении с исторической и философской науками, соответственно имеет долю 11, 1 и 12, 5%. Следовательно, сложившиеся квоты не отражают роли отдельных наук гуманитарного профиля в воспроизводстве интеллектуального потенциала страны. Аналогична ситуация в РФФИ, где также есть гуманитарное направление, по которому участие в конкурсах ученых обществоведов крайне ограничено.

Бытует мнение о нецелесообразности финансирования науки через названные фонды. Однако финансовая поддержка наиболее активной деятельности ученых "под результат", в отличие от финансирования "по их численности" себя оправдала. Необходимо устранить "невзыскательность" научной экспертизы проектов, обусловленную чрезмерной простотой "выходной" информации об ожидаемых результатах исследования. Сегодня такая информация никаких расчетов не содержит. Проекты оцениваются по ключевым понятиям, говорящим об оригинальности и новизне. Не вполне обоснован порядок включения в сметы на реализацию проектов крупных (в размере 15 - 20%) накладных расходов. Действующий порядок предполагает начисление и включение в сметы затрат на реализацию проектов отчислений во все социальные внебюджетные фонды, с зарплаты уплачивается налог, приобретенное на средства грантов научное оборудование не является собственностью ученых. Институты, университеты, академии и НИИ, получая накладные расходы, не обеспечивают ученых расходными материалами и оргтехникой. Надо приравнять выделяемые по грантам средства к государственным стипендиям без права удержаний на какие бы то ни было цели, как при присуждении ученым международных, зарубежных и российских премий за выдающиеся достижения в области науки, перечень которых (всего 64 позиции) определен постановлением Правительства РФ от 6 февраля 2001 г. и денежные выплаты по которым не облагаются налогом. Важно постепенно повышать уровень заработной платы ученых, используя грантовую форму их поддержки и усиливая требовательность к результатам исследований. Средняя заработная плата научных работников в 90-е гг. оставалась недопустимо низкой. Соответственно в 1991-1996 гг. численность персонала, занятого научными исследованиями, сократилась с 1677, 3 тыс. человек до 990, 7 тыс. После 1996 г. наблюдался некоторый рост заработной платы, но с 1998 г. он обусловлен усилением инфляции: в 2000 г. средняя заработная плата составляла 2734, 4 руб. в месяц, а к середине 2001 г. - 4472 руб. Однако выхолащиваемый инфляцией рост заработной платы не способствует притоку в науку свежих сил, талантливой молодежи.

В 2002 г. количество ученых, занятых в государственном секторе науки, составит 686, 4 тыс. человек. Уровень заработной платы в сфере НИОКР должен стать приоритетом социально-экономической политики государства. Сегодня есть отрасли, где средняя заработная плата в 4 раза выше по сравнению с научной сферой. Никакой особой значимостью данных отраслей для народного хозяйства это не оправдано. Нет более значимой деятельности, чем фундаментальные научные исследования.

В США, например, в середине 90-х гг. средняя месячная заработная плата старшего преподавателя составляла 2900 долл., доцента - 3750, профессора -4580 долл. Заработная плата молодых специалистов со степенью магистра наук по специальностям "химия" и "химическая технология" составляет соответственно 3 и 4 тыс. долл. в месяц, в области космонавтики и аэронавтики - 3, 5 тыс. долл., молодых докторов наук 4 - 5 тыс. долл. при среднем доходе занятых в экономике около 2 тыс. долл. в месяц. Приоритет в оплате труда научных работников является реальностью во многих странах мира.

Без существенного повышения уровня оплаты исследовательского труда не возобновится естественная тяга талантливой молодежи в науку, а "утечка мозгов" за рубеж продолжится. Сегодня возрастает численность ученых, уезжающих за границу для работы по контрактам. Если в 1996 г. количество работающих по контрактам за рубежом, составляло 3000 человек, то в 1998 г. - 4200, в 2000 г. - 4600 человек. Все более интенсивными становятся также "рабочие отъезды" ученых, в результате чего готовится почва для последующего выезда на длительное время, если не навсегда. Однако дело не только в "утечке умов". Четко проявляется взаимосвязь возраста ученых с политикой в области оплаты их труда. Результаты исследования такой взаимосвязи показывают, что при той же политике в оплате сокращение численности научных кадров будет сопровождаться их старением: доля ученых старше 60 лет к 2010 г. превысит 30% (сегодня она составляет около 22%). Но и в предпенсионном возрасте остается очень высокой доля работающих в науке. Приток молодых сил будет крайне ограниченным и может сократиться более чем в 2, 5 раза. В итоге будет ослаблена на многие годы интеллектуальная база социально-экономического прогресса.

Требует существенного изменения порядок финансирования государственного сектора науки, значимых в науке и технике структур, лидирующих в соответствующих областях. К таким структурам относятся государственные научные центры (ГНЦ). Статус ГНЦ имеют в настоящее время 578 исследовательских организаций, в том числе 49 государственных унитарных предприятий, 7 федеральных государственных учреждений, 2 акционерных общества открытого типа. Такие центры созданы во всех важнейших наукоемких отраслях (в металлургии, машиностроении медицинской промышленности и др.). В ГНЦ занято более 85 тыс. человек, они располагают основными фондами стоимостью 32 млрд. руб. Объем выполняемых ими работ составляет свыше 6 млрд. руб. в год. Существует острейшая проблема изменения статуса научных центров в организационно-правовой форме государственного унитарного предприятия, которое по определению не может получать значимой бюджетной финансовой поддержки. ГНЦ считаются коммерческими предприятиями и могут получать средства из бюджета на реализацию программ и в виде кредитов, но в условиях инфляции это проблематично.

Согласно Постановлению Правительства РФ от 30 марта 2001 г. "О мерах по реализации Федерального закона "О федеральном бюджете на 2001 год", всем ГНЦ, являющимся государственными унитарными предприятиями, предоставлено право направлять на содержание и развитие их материально-технической базы доходы от сдачи в аренду находящегося в федеральной собственности и закрепленного за ними имущества. Однако такие средства могут быть сколько-нибудь значимыми лишь для покрытия текущих расходов. Разрабатываемая Министерством промышленности, науки и технологий Концепция совершенствования системы государственных научных центров должна дать ответы на вопрос не только перспективности их организационной формы, но и финансирования. Необходимо обеспечить возможность нормативно определенного объема финансирования за счет федерального бюджета, способность ГНЦ выполнять ответственные работы в рамках федеральных научно-технических программ, реальность многостороннего международного сотрудничества. Такую деятельность ГНЦ были бы способны продолжать, не утрачивая окончательно серьезные заделы, при надежной финансовой поддержке. Поэтому в целях нормализации экономических условий функционирования ГНЦ больше внимания следует уделить планированию для них объемов научно-исследовательских работ в форме государственных заказов. К настоящему времени не менее 80% станкостроительных предприятий изменили свой профиль из-за сокращения спроса и заказов. Утрачено около 300 современных технологий в аэрокосмической промышленности, в производстве высокочистых металлов, станков с ЧПУ, промышленных роботов, а также в области биотехнологий. Основные причины - крупномасштабная приватизация, политика дерегулирования, избавление государства от собственности и забот по развитию соответствующих имущественных комплексов, являющихся опорой НТП. К сожалению, необходимые выводы из этого не сделаны.

Рассмотренные проблемы нельзя решить вне укрепления связей науки с производством. Их разрыв привел к обрушению патентного дела, подорвал финансовую базу интеграции. Поступление в страну иностранного капитала способствовало созданию правовых предпосылок парализации инновационного процесса, поскольку иностранный капитал идет стратегически выверенным путем и значимые новшества патентует в России. Если перспективные разработки по основным направлениям развития техники будут запатентованы зарубежными фирмами, то они будут и производителями. Такие опасения имеют под собой почву: наблюдается рост патентной экспансии иностранных заявителей.

Финансирование науки - ключевая проблема возрождения научного потенциала и инновационной способности экономики. В связи с этим необходимо либо разработать новую, действенную концепцию государственного регулирования данной сферы деятельности, либо приступить к реализации хотя бы тех приоритетов, которые обозначены в упомянутой выше доктрине развития науки в России.

Комментарии (0)add comment

Написать комментарий
меньше | больше

busy