НЕ ВЕДАЮТ, ЧТО ТВОРЯТ


НЕ ВЕДАЮТ, ЧТО ТВОРЯТ

В августовском номере журнала "Вопросы экономики" за 2006 г. опубликована статья профессора А. Кудрина "Механизмы формирования ненефтегазового баланса бюджета России". Поднятые в ней вопросы, без преувеличения, имеют для нашей страны судьбоносный характер.

Автор статьи, скажем так, не совсем рядовой профессор. Складывается впечатление, что в процессе разработки бюджета (финансового плана) на 2008-2010 гг. учтены некоторые из идей, изложенных в данной статье (об этом ниже). В этой связи целесообразно широко обсудить ее принципиальные положения. Тем более, что она и является, возможно, известным способом зондирования общественного мнения.

Статья фактически служит идеологическим обоснованием принципиально нового подхода к формированию федерального бюджета РФ. Ее основной тезис состоит в том, чтобы направлять в Стабилизационный фонд РФ все сверх доходы нефтегазового происхождения, создать отдельный Нефтегазовый фонд, куда будет поступать вся нефтегазовая рента, ограничить переток ресурсов из него в федеральный бюджет определенной суммой (трансфертом). Иначе говоря, автор полагает, что нынешний размер Стабилизационного фонда, на 1 апреля 2007 г. составивший примерно 2 трлн 800 млрд руб. за счет НДПИ и экспортной пошлины на нефть, должен быть примерно удвоен. Все это предлагается сделать для: снижения зависимости экономики России от эксплуатации невосполнимых природных ресурсов; равномерного распределения бюджетных доходов, получаемых на протяжении всего периода эксплуатации природных ресурсов; создания Фонда будущих поколений; решения долгосрочных проблем пенсионного обеспечения.

В рамках определенной философии изложенная концепция может показаться весьма логичной и непротиворечивой(1). В самом деле, тогда государственная казна будет разделена на два "кармана". В первом станут концентрироваться надежные и стабильные доходы, генерируемые в отраслях, продукция и услуги которых свободны от влияния плохо прогнозируемой конъюнктуры мирового рынка. Во втором "кармане" окажутся крайне неустойчивые, слабо прогнозируемые и сильно колеблющиеся конъюнктурные доходы. Государственная экономическая политика будет финансироваться из первого "кармана", который может пополняться из средств второго в крайних или заранее оговоренных случаях, скажем "при сокращении добычи или падении цен".

Стоит, однако, внимательнее присмотреться к системе исходных предпосылок, явно или неявно присутствующих в статье, и к их последствиям, самому подходу финансиста к содержанию экономической политики.

1. Постановка действительно важной проблемы стабильности и предсказуемости государственной финансовой системы осуществлена автором в полном отрыве от вопросов роста и преумножения государственной казны. Требование устойчивости поставлено во главу угла и доведено до крайности. В результате источники экономического роста и развития неизбежно иссякнут.

2. "Освобождение" федерального бюджета от конъюнктурных доходов не будет способствовать его росту. Следствием станет невозможность осуществления структурных сдвигов в экономике в рамках главного финансового документа страны.

Экономическая и финансовая политика всегда разрабатывается с учетом реалий и перспективных задач. Инфраструктура российской экономики сегодня во многом разрушена. В течение 15 лет в России практически не осуществлялось строительства, модернизации и реконструкции автомобильных и железных дорог, генерирующих энергетических мощностей, сетевого и аэропортового хозяйства, логистики и пр. Инженерные сети во многих городах едва функционируют.

Износ основных фондов на железнодорожном транспорте в 2001-2005 гг. увеличился с 54,1 до 63,9%. Средний возраст полотна и верхнего строения пути, устройств сигнализации, связи, электроснабжения и другого оборудования превышает 40 лет, электровозов и тепловозов - 20 лет, грузовых вагонов - 21 год(2).

Около 25% мощности энергоблоков и более 40% неблочного оборудования ТЭС ЕЭС России находятся за пределами физической и экономической целесообразности их эксплуатации. Ежегодный прирост ЛЭП, пребывающих в неудовлетворительном и непригодном состоянии, равен 1-2%(3).

С 1992 г. в России количество аэродромов сократилось более чем в три раза, а износ взлетно-посадочных полос достиг 80%. С инфраструктурой аэропортов связан наибольший процент аварийных ситуаций(4). Материально-техническое обеспечение авиации Ракетных войск стратегического назначения позволяет поддерживать в частях постоянной готовности в исправном состоянии не более 51% авиационной техники; все аэродромы РВСН требуют капитального ремонта(5).

Средний уровень износа сетей в коммунальном хозяйстве составляет около 60%, а в отдельных регионах превышает 70%. По некоторым данным, необходимо полностью заменить 67 тыс. км стальных и 60 тыс. км чугунных труб (6).

В этой связи вызывают недоумение ссылки на мировой опыт вообще и Норвегии в частности.

Протяженность автомобильных дорог в расчете на 1000 кв. км* территории составляет в России (2005 г.) 34 км, а в Норвегии (2003 г.) - 283,9 км; железнодорожных путей - 5 (2005 г.) и 12,6 км (2004 г.) соответственно (последний показатель в Норвегии - один из самых низких в Европе); нефте - и продуктопроводов - 3,7 (2005 г.) и 20,6 км (2001 г.)7).

В такой ситуации могут быть два принципиально разных подхода к разработке стратегии экономического развития России. Первый отражает готовность к вызовам глобализации, делает акцент на интенсивном развитии современной производственной, социальной, институциональной инфраструктуры и создании условий для диверсификации экономики, перевода ее на инновационную траекторию развития.

Второй подход основывается на принципиальной невозможности становления в нашей стране инновационной экономики, необходимости консервации сложившейся производственной структуры и выживания за счет все более деградирующего производственного аппарата, а также накопленных и вложенных в западные экономики ресурсов в годы благоприятной конъюнктуры.

Не следует думать, что этот подход опирается на оторванные от жизни постулаты или чье-то недомыслие.

Вот, например, как профессор М. Голдман, крупный специалист в области анализа политики и экономики СССР, отвечает на вопрос интервьюера: "Имеет ли шансы Сибирь, например Новосибирск, стать регионом высоких технологий?" - "Очень сомнительно. Машиностроительное производство, производство новых технологий - просто забудьте об этом. Этого не произойдет. Сохранится промышленность для удовлетворения непосредственных потребительских запросов... В сфере высоких технологий вам трудно быть конкурентоспособными. Возможно, что-нибудь может получиться с Академгородком, хотя я и не вижу, как это вам удастся сделать, ведь время упущено"(8).

Исходя из того, что российское общество в своем подавляющем большинстве выбирает первый подход, уместно сформулировать несколько риторических вопросов. Кто, кроме государства, может и способен организовать огромную работу по преодолению последствий системного кризиса 1990-х годов, инфраструктурному "обустройству России"? Чьи деньги, кроме государственных, могут явиться консолидирующей основой привлечения стратегических и портфельных инвестиций, как российских, так и зарубежных? Наконец, что, кроме современной "чудесной" конъюнктуры мирового рынка энергоносителей, может стать средством формирования источников развития отечественной экономики?

В то же время, согласно проекту бюджета на 2008-2010 гг., расходы на национальную экономику сокращаются с 656,9 млрд руб. в 2008 г. до 482,1 млрд руб. в 2010 г., то есть на 26,6% (!). Разумеется, Государственная дума РФ такого резкого сокращения не допустит. Но тенденция все равно сохранится.

Теперь коротко о Фонде будущих поколений (национального благосостояния). Вряд ли наши граждане не понимают, что всякие долгосрочные обязательства в современном быстро меняющемся мире неисполнимы. Но Пенсионному фонду действительно грозит дефицит. Названную проблему вполне можно решить за счет доходов от управления золотовалютными резервами страны.

Здоровые силы общества, ориентирующиеся на развитие, а не на плавное и планомерное загнивание, создают Инвестиционный фонд РФ, Российский банк развития. Специалисты четко осознают: нынешняя конъюнктура мирового рынка энергоносителей не вечна, необходимо страховаться от ее неблагоприятных изменений. И современная эмпирически найденная схема деления нефтяной ренты между федеральным бюджетом и Стабилизационным фондом, "цена отсечения" как инструмент этого деления в своей основе рациональны, хотя, возможно, и несовершенны. Но тотальная стерилизация "избыточных" доходов бюджета, пропагандируемая отдельными представителями денежных властей, - путь в никуда.

(1) Не случайно Е. Ясин сдержанно, но определенно похвалил ее. "Идея Кудрина ...преобразовать стабилизационный фонд и перейти к ненефтяному бюджету, выделить доходы от нефти и газа в специальный фонд ...достаточно разумное решение" // Новая газета. 2007. 28 марта-3 апр. N HP (1241). С. 6.

(2) http://www.racxpert.ru/researches/railwayl/part3/.

(3) Аналитическая записка по выполнению Программы реформирования электроэнергетической отрасли Российской Федерации... (http://www.ach.gov.ru/bullctins/2004/arch2/13.rtf).

(4) http://www.transport.ru/l/7/i77_31850pl.htm.

(5) http://www.aviaport.ru/news/2007/03/22/118021. html.

(6) Трубопроводы и экология. 1998. N 2; 2001. N 1, 4; 2002. N 1-3.

(7) По данным Росстата.

(8) Эксперт-Сибирь. 2007. 12-18 фев. N 6 (148).

Комментарии (0)add comment

Написать комментарий
меньше | больше

busy