НЕОБХОДИМОСТЬ РОСТА НА БАЗЕ РАЗВИТИЯ


НЕОБХОДИМОСТЬ РОСТА НА БАЗЕ РАЗВИТИЯ

Минувший 2007 г. назван в докладе Минэкономразвития РФ об экономическом развитии страны едва ли не переломным в работе правительства. Темпы роста ВВП, промышленного производства, инвестиций стабилизировались с некоторыми положительными изменениями против предыдущего года; несколько возросли реальные доходы населения, сократилась на 2, 4% доля населения, имеющего доходы ниже прожиточного минимума; наметились сдвиги в демографии, жилищном строительстве (как результат реализации национальных проектов); сократилась государственная часть внешнего долга, увеличились золотовалютные резервы страны, вырос приток частных инвестиций.

ВВП (в % к предыдущему году) возрос в 2000 г. на 10%, в 2001 г. - на 5, 1, в 2002 г. - на 4, 7, в 2003 г. - на 7, 3, в 2004 г. - на 7, 2, в 2005 г. - на 6, 4, в 2006 г. -на 6, 7 и в 2007 г. - на 7, 3%. Промышленное производство - соответственно на 8, 7, 2, 9, 3, 1, 8, 9, 8, 3, 4, 0, 3, 9 и 6, 0%. Выпуск продукции сельского хозяйства увеличился на 7, 7%, 7, 5, 1, 5, 1, 3, 3, 0, 2, 4, 2, 8 и 2, 0%, инвестиции в основной капитал выросли на 17, 4, 10, 0, 2, 8, 12, 5, 13, 7, 10, 9, 13, 7 и 17, 0%, реальные денежные доходы -на 12, 0, 8, 7, 11, 1, 15, 0, 10, 4, 11, 1, 10, 2 и 12, 5%.

Данные о темпах прироста важнейших социально-экономических показатеоей постоянно приводятся в официальных докладах в качестве иллюстрации успехов. К сожалению, такой подход к оценке итогов развития нельзя признать оправданным, и тем более он не может служить основанием для выводов об обоснованности проводимого до сих пор Правительством РФ курса на дальнейшую консервацию системных условий, созданных путем деструктивной денационализации. Это, по сути, курс на рост без развития.

Если согласиться с подобным подходом, то даже при более высоких и устойчивых темпах роста в сравнении с достигнутыми страна обречена в лучшем случае (до поры до времени) быть сырьевым придатком в мировой экономической системе. Для России это неприемлемо, что наконец-то стало осознаваться и в правительственных кругах. К тому же сохранившийся еще интеллектуальный потенциал и сложившиеся финансово-экономические ресурсы позволяют изменить нынешнюю направленность развития.

В современной высоко-конкурентной среде мирового экономического развития эффективная интеграция в нее России предполагает: устойчивый экономический рост на основе прогрессивных структурных сдвигов - развития высокотехнологического сектора, внедрения наукоемких и информационных технологий; существенный подъем уровня жизни населения, адекватный достижениям научно-технического прогресса; выравнивание качества жизни с постиндустриальными странами. При этих условиях экономика приобретает качественно прогрессивное инновационное развитие.

За годы же проводимых реформ по определяющим стратегическим направлениям не достигнуто заметных сдвигов, а институциональные и структурные реформы, о необходимости проведения которых говорится постоянно в течение последних 15 лет, так и не начались.

По поводу приведенных выше данных о темпах прироста важнейших показателей социально-экономического развития РФ на 2000-2007 гг. можно отметить следующее. При таких "высоких" темпах за восьмилетие в 2007 г. объем промышленного производства составил лишь 79, 1% уровня 1990 г., продукция сельского хозяйства - 76, 5, инвестиции в основной капитал - 55, 4, реальные доходы населения - 77, 1%.

Сложившиеся темпы роста экономики за данный период во многом обусловлены, как известно, эффектом импортозамещения в связи со стихийной девальвацией отечественной валюты в период после августа 1998 г. и одновременно благоприятной конъюнктурой цен на энергоносители. При таких условиях они не могут быть долговременными. Начиная уже со второй половины 2000 г. поддерживать конкурентоспособность отечественной легкой, пищевой и перерабатывающей промышленности в рамках указанной конъюнктуры и проводимой политики было невозможно.

Так, если темпы прироста в первые два года (2000-2001 гг.) в текстильном и швейном производстве были более 15%, то в последующие годы (вплоть до 2006 г.) происходил спад; сократились вдвое темпы прироста (после 2001 г.) производства пищевых продуктов, включая напитки и табак. В целом по обрабатывающим производствам среднегодовые темпы прироста за 2001-2006 гг. были вдвое ниже темпов прироста 2000 г. В 2001-2002 гг. и по важнейшим показателям темпы экономического роста были в 2-3 и более раз ниже темпов 2000 г. В 2003-2007 гг. они заметно поднялись по ВВП - до 7% в среднем за год, по промышленному производству - до 6, 2, по инвестициям - до 13, 6%. Однако этот прирост обусловлен существенным увеличением на мировом рынке цен на нефть (с 25 до 85, 5 долл. и больше за баррель) и рекордным увеличением добычи нефти: в 2003-2007 гг. ежегодно извлекалось соответственно 421, 459, 470, 480 и 492 млн. т против 380 млн. т в 2002 г.

По экспертным оценкам, более 60% в приросте ВВП приходится на топливно-энергетический комплекс. При этом если в 2005-2007 гг. государством получен, как известно, максимальный доход из-за сверхвысоких цен на нефть, то влияние этого основного фактора экономического роста резко ослабло, поскольку темпы важнейших показателей экономического развития в таких условиях в эти годы не превышали или были заметно ниже темпов 2003 г. Реальные доходы по темпам за восемь лет (236, 5%) превысили темпы роста промышленного производства (150%), что, однако, активизировало импорт, который вновь стал основным источником роста товарооборота. Доля импортных ресурсов в структуре товарного обеспечения оборота розничной торговли в 2007 г. поднялась до 46%, приближаясь к уровню кризисного 1998 г. (48%).

Усилилась дифференциация доходов. Разрыв в их уровне между 10% бедных групп населения и 10% богатых достигает 15 раз (по данным Всемирного банка - в 20 раз), в то время как в 1991 г. этот разрыв составлял 4, 5 раза. Численность населения с доходами ниже прожиточного минимума, хотя и несколько сократилась с 1998 г. (на 5, 5 млн. человек), однако составляет ныне около 19 млн. человек. Кстати, последний показатель, во многом формальный, часто приводится в качестве индикатора положительных сдвигов в социальной политике, хотя на самом деле он таковым не является. Его легко свести до нуля, но бедность при этом не уменьшится.

В зарубежной практике применяется показатель относительной бедности -к бедным группам населения относятся люди с доходом ниже 60% среднедушевого дохода в стране. По такому показателю в состав бедных попадает около половины населения нашей страны и относительная бедность даже выше в более "богатых" регионах. В Москве, например, относительная бедность 57% (при традиционном показателе - 13%).

Исследования Института социально-экономических проблем народонаселения РАН убедительно свидетельствуют, что в уровне указанного неравенства есть определенный оптимум как для интенсивного развития экономики, так и для решения демографических проблем. В России избыточное неравенство сдерживает экономическое развитие, способствует снижению рождаемости и увеличению смертности. При нормальном неравенстве Россия (при норме, если доходы богатых больше, чем у бедных, в 7-9 раз, а не в 15-20, как теперь) уже в 2007 г. имела бы ВВП почти на 30-35% больше нынешнего, а население могло бы составить к 2050 г. около 160 млн. человек. Если же сохранится существующее избыточное неравенство, то число жителей страны сократится по меньшей мере до 124 млн. человек.

Крайне недостаточны темпы роста инвестиций в условиях кризисного состояния материально-технической базы. Для его ослабления (как показывают расчеты ИЭ РАН и других научных учреждений) инвестиции должны были возрастать в 2000-2007 гг. ежегодно на 30-35%, а фактически они возрастали в 2, 5 раза меньшими темпами (13, 6%).

За 1990-е гг. объемы капитальных вложений в основные фонды уменьшились в 5 раз. В 2007 г. их объем составлял лишь 55% к уровню 1990 г. Естественно, что при свертывании инвестиций наши технические и технологические базы отстали от развитых стран на 17-20 лет. Последние обновления в нашей стране были до начала 1990-х гг.

Доля оборудования со сроком эксплуатации до пяти лет (то, что определяет технико-технологический уровень) сократилась с 29% в 1990 г. до менее чем 7%. Свыше двух третей всех машин и оборудования эксплуатируется более 15 лет (этот показатель вдвое выше, чем в развитых странах). Средний возраст оборудования в промышленности - 20 лет.

Высокотехнологический комплекс экономики (совокупность авиационной, радиотехнической, средств связи, электронной, ракетно-космической, оборонной отраслей), обеспечивающий инновационную направленность развития экономики и воспроизводящий инновации, продолжает деградировать, его мощности используются на 15-20%. Доля российской промышленности на рынках наукоемкой продукции составляет лишь 1% (для сравнения: на долю США приходится 36%, Японии - 30%). Экспорт сформирован на 60% энергоносителями (нефть, нефтепродукты, газ), на 15% - металлургической продукцией. Товары с высокой степенью переработки занимают незначительную долю: машины и оборудование - менее 6%, продукция химической промышленности

- также менее 6% (по данным Всемирного банка, в 2004-2005 гг. ТЭК обеспечил 80% экспорта и 25% ВВП).

Опыт реформирования экономики в России показал, что рыночный механизм и либеральная политика в отсутствие государственной стратегии экономического развития, промышленной политики и активной роли государства для решения проблемы вывода экономики из состояния отсталости непригодны. Об этом также свидетельствует и весь мировой опыт экономического строительства, включая опыт СССР времен индустриализации и осуществления ракетно-ядерных проектов.

В мировой экономической системе экономика России за годы реформ развивалась вспять. По оценкам ООН, объем мирового ВВП в международных долларах США в 2005 г. по сравнению с 1990 г. возрос в 1, 5 раза, а в России -сократился на 10%. При этом особенно впечатляющих успехов достигла КНР (табл.2).

Проводимая экономическая политика должна претерпеть существенные изменения, учитывая также необходимость решения экономических проблем: повышения уровня инвестиций в реальный сектор экономики, подъема сельского хозяйства, реструктуризации банковского сектора, прекращения оттока капитала, повышения уровня жизни граждан. Но страна по-прежнему живет в рентной, а не производительной экономике; основные доходы базируются на нефти, газе, металлах, на другом сырье; получаемые доходы от экспорта либо проедаются, либо питают отток капитала, либо в лучшем случае инвестируются в этот же сырьевой сектор. И эти инвестиции крайне незначительны (при положительном сальдо торгового баланса в 2003 г. - 54 млрд. долл., в 2004 г. -76 млрд. долл., в 2005 г. - 107 млрд. долл. и в 2006 г. - 122 млрд. долл. в нефтяную отрасль инвестировано ежегодно в пределах 5-6 млрд. долл.).

Ослабление участия государства в управлении экономической и социальной сферой означает, по сути, всеобщее перманентное реформирование ради реформирования. А именно: наряду с либерализацией управления энергетичексим, транспортным комплексами и жилищно-коммунальным хозяйством реформируются бюджетные отношения и местное самоуправление, налоговая, пенсионная, банковская и страховая системы; проводятся реформы армии, судебных органов, государственной службы, образования, валютного режима, страхования банковских вкладов населения; ускорение вступления в ВТО и др. Причем принимаемые меры нередко не совпадают с провозглашаемыми целями и не являются первоочередными. Например, постоянное реформирование налоговой системы не решает главной задачи - повышения стимулирующей ее роли в развитии наукоемкого сектора экономики. Оно сведено, по сути, к снижению "налоговой нагрузки": якобы этим стимулируется "бизнес", хотя известно, что "налоговая нагрузка" в нашей стране существенно ниже, чем в развитых странах, а теневой оборот охватывает, по разным оценкам, треть ВВП.

При формировании бюджета на 2004 г. было предусмотрено сокращение налоговых поступлений в результате проведенного реформирования налоговой системы в размере 1% ВВП (150 млрд. руб.), а отдача от реформирования (по расчетам Минфина) должна была последовать лишь через два-три года. Но результатов пока не видно. Снижение с 1 января 2005 г. ставок единого социального налога потребовало увеличения бюджетного финансирования пенсионного фонда ежегодно до 300 млрд. руб.

Таким образом, уменьшение доходной части бюджета и внебюджетных фондов лишь осложняет решение государством задач финансирования его повседневных нужд и социальных мероприятий.

Одновременно также в соответствии с финансово-кредитной политикой правительства проводится формирование стабилизационного фонда (ныне резервного фонда и фонда национального благосостояния), профицита бюджета и золотовалютного резерва ЦБ РФ. В результате такой политики выведено из экономики финансовых ресурсов в 2004 г. в размере, равном расходной части федерального бюджета, - почти 100 млрд. долл. Причем на Минфин и ЦБ приходилось не менее 75 млрд. долл. Более 150 млрд. долл. выведено из экономики в 2005 г., около 200 млрд. - в 2006 г. и более 200 млрд. долл. в 2007 г. Стабилизационный фонд аккумулировал в 2004 г. 740 млрд. руб., в 2005 г. - 1426 млрд. руб., в 2006 г. - 2240 млрд. руб. и в 2007 г. - 3849 млрд. руб. Профицит бюджета в 2006 г. против 2004 г. возрос почти на 1100 млрд. руб., и в федеральном бюджете на 2007 г. он предусматривался в сумме 1502 млрд. руб. Золотовалютные резервы ЦБ РФ за это время пополнились на 330 млрд. долл. На 1 октября 2007 г. они достигали 424 млрд. долл. и продолжали расти. Все эти огромные средства выводятся из страны и вкладываются в иностранную валюту и ценные бумаги западных стран, т. е. развивают их экономику.

При этих условиях ориентация экономического курса на привлечение иностранных инвестиций выглядит странной. Проводимая в целом денежно-кредитная и финансовая политика не играет системообразующей роли, не направлена на обеспечение финансирования приоритетных направлений экономики, укрепления ее основы - высокотехнологических отраслей, стимулирования структурной перестройки и экономического развития.

В 2004-2006 гг. инвестиции в машиностроение и металлообработку по-прежнему были в 5 раз меньше, чем в добывающую промышленность. А рост импорта машиностроительной продукции в 6 раз превысил темпы роста отечественного машиностроения.

В кредитно-денежной политике не видна роль ЦБ РФ, который не выполняет свои главные функции - кредитора последней инстанции и эмиссионного центра. Его подход к формированию рублевых денежных ресурсов в экономической практике последних лет сводится к покупке валюты у экспортеров (или иностранных инвесторов), выступая, по сути, в роли "обменного пункта". Поскольку главным генератором валюты являются сырьевые экспортеры и они же основные получатели рублей после продажи валюты, - они и формируют дополнительный спрос для остальной экономики, которая вынуждена выполнять их заказы или связанные с ними виды деятельности. В итоге все больше консервируется сырьевая направленность экономики. К сожалению, судя по основным направлениям единой государственной денежной кредитной политики, объем рублевой эмиссии по-прежнему определяется масштабами покупки валюты, в то время как в ведущих странах мира основой финансовых потоков и главным источником роста финансовых ресурсов является бюджетная эмиссия.

Доля бюджетной эмиссии в общем объеме эмитируемых средств в США и Японии, например, находится на уровне 70-90%, что свидетельствует об основополагающей структурной и монетарной роли бюджета. Это позволяет обеспечивать финансирование приоритетов экономического развития через бюджетные каналы, а затем по цепочке формировать спрос и стимулировать рост в смежных и иных отраслях.

Таким образом, в нынешней ситуации в экономике названная выше система мер, как видно, не представляет собой элемента рациональной политики и не может вывести экономику на инновационно-конкурентный тип развития.

Новый подход в экономической политике должен состоять в том, чтобы государство на качественно новой основе усилило свою экономическую и социальную функции, связанные с необходимостью корректировки рыночных регуляторов и механизмов, с учетом органичной связи роста потребностей и инвестиций, необходимости обеспечения устойчивого баланса между финансовой, производственной и ресурсной сферами. Ключевыми элементами при этом выступают повышение эффективности управления экономикой и собственностью, в первую очередь со стороны государства, создание финансово-кредитной и инвестиционной инфраструктуры.

Вертикально интегрированные структуры взаимосвязанных производств и хозяйствующих субъектов, образующих системную целостность и обладающих мощным потенциалом развития, должны стать в ведущих отраслях движущими силами подъема в целом экономики страны.

Основная роль при этом должна быть отведена отечественному машиностроению. На основе использования инновационного потенциала ВПК представляется реальным выработать механизм ускоренного развития машиностроительного комплекса, продукции двойного назначения, диверсификации чисто военного производства, создания банка данных новейших технологий для использования на коммерческих началах в секторах, выпускающих продукцию потребительского назначения.

Необходима целенаправленная стратегия промышленного развития с механизмом реализации в приоритетном порядке новейших технологий и производств, имея в виду такие прорывные направления, как электроника, нанотехнологии, достижения в области использования атома в мирных целях, авиа - и судостроение, морские буровые платформы и др.

Вызывает тревогу проблема трудовых ресурсов, квалификации кадров и науки, которая переросла в первоочередную, и даже не столько в количественную (хотя и она остра), сколько в качественную. Поэтому нужна комплексная государственная программа, содержащая институциональные, медицинские, социальные, экономические целевые ориентиры и меры по их достижению, с тем чтобы не только сохранить, но и расширить воспроизводство физически и духовно здорового, высококвалифицированного человеческого потенциала, способного отвечать требованиям времени. Следует принять неотложные меры по повышению регулирующих функций государства, направленных на восстановление научно-технического и интеллектуального потенциала страны, опираясь на внутренние источники развития.

Последние мероприятия правительства, связанные с формированием институтов развития (особых экономических зон, инвестиционного фонда, Банка развития, корпораций), осознанием значимости "экономики знаний", разработкой и осуществлением национальных проектов в области образования, здравоохранения, жилищно-коммунального хозяйства и сельскохозяйственного производства, долгосрочной концепции до 2020 г. должны стать основой поворота к новому экономическому курсу в стране.

Комментарии (0)add comment

Написать комментарий
меньше | больше

busy