Внутриотраслевая и межотраслевая торговля в контексте сравнительных и абсолютных преимуществ


Внутриотраслевая и межотраслевая торговля в контексте сравнительных и абсолютных преимуществ

Гнидченко А.А.
к.э.н., ведущий эксперт
Центра макроэкономического анализа
и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП)
м.н.с. Института народнохозяйственного прогнозирования РАН
н.с. НИУ ВШЭ


В литературе по международной торговле основным принято считать вопрос о причине торговли. Несмотря на кажущуюся простоту постановки вопроса, предложено множество ответов. Источниками торговли назывались сравнительные преимущества (Д. Рикардо), различия между странами в обеспеченности факторами производства (Б. Хекшер и Э. Олин), структура спроса на рынке страны-экспортера и степень ее сходства со структурой спроса на рынке страны-импортера (С. Линдер), возрастающая отдача от масштаба и склонность потребителей к разнообразию (Э. Хелпман и П. Кругман), а также другие факторы. В XXI в., по выражению А. Костино и Дж. Фогеля, произошло «рикардианское возрождение» (Costinot, Vogel, 2015) — бум разработки моделей международной торговли, учитывающих технологические факторы1.

«Рикардианское возрождение» не только возвратило прежние позиции технологическим факторам, но и поставило под сомнение некоторые важные тезисы, вытекающие из моделей международной торговли с возрастающей отдачей от масштаба. Прежде было распространено мнение о том, что обеспеченность факторами производства и технологические различия определяют только межотраслевую торговлю, тогда как внутриотраслевая торговля связана с факторами, описываемыми моделями с возрастающей отдачей от масштаба (склонность потребителей к разнообразию и экономия от масштаба). Такое разделение позволяло объяснить увеличение объемов торговли между развитыми странами: поскольку обеспеченность факторами производства в развитых странах достаточно близка, постольку рост торговли между ними хорошо согласуется с ростом внутриотраслевой торговли (если предположить, что внутриотраслевая торговля — это в основном торговля между схожими странами). Однако было показано, что внутриотраслевую торговлю имеет смысл разделять на горизонтальную и вертикальную и что последняя объясняется, в числе прочих факторов, межстрановыми различиями в уровне развития технологий и обеспеченности человеческим капиталом2.

В статье дан обзор исследований, особое внимание в котором уделено формализованным моделям торговли с учетом технологических факторов (прежде всего, в части внутриотраслевой торговли), освещен ряд новых моделей с негомотетичными предпочтениями потребителей. Наша цель — продемонстрировать важность технологических факторов (как сравнительных, так и абсолютных преимуществ) не только применительно к межотраслевой торговле (что не вызывает сомнений у большинства ученых), но и по отношению к внутриотраслевой торговле.

Тестирование альтернативных теорий: в поисках консенсуса

В литературе неоднократно предпринимались попытки разделить вклад факторов, связанных с различными теоретическими моделями (совершенной и монополистической конкуренции), в объемы или динамику международной торговли3. Был получен ряд выводов, которые, однако, проясняют картину лишь на первый взгляд.

Во-первых, показано, что торговля однородными товарами, как правило, определяется факторами, описанными в моделях совершенной конкуренции, а торговля дифференцированными благами — факторами, характерными для монополистической конкуренции (Feenstra et al., 2001). Вывод основывается на том, что эластичность экспорта по ВВП страны-экспортера для дифференцированных товаров намного выше, чем для гомогенных. Иными словами, страны с высоким уровнем дохода имеют более чем пропорциональную доходу долю в мировом выпуске дифференцированных товаров. А поскольку в моделях монополистической конкуренции рост доходов экспортера ведет к еще большему росту экспорта, торговля дифференцированными товарами должна объясняться с помощью моделей монополистической конкуренции.

Однако возможна и иная интерпретация результата. Если предположить, что часть торговли дифференцированными товарами объясняется в моделях монополистической конкуренции (и эластичность экспорта по ВВП страны-экспортера для них очень высока), а другая часть — в моделях совершенной конкуренции (с эластичностью однородных товаров), эффект вполне может повториться, а часть торговли дифференцированными товарами будет определяться факторами, связанными с совершенной конкуренцией.

Во-вторых, часто большой объем торговли между развитыми странами считается аргументом против фактора сравнительных преимуществ в пользу фактора возрастающей отдачи от масштаба (Deardorff, 1984; Helpman, Krugman, 1985). Предполагается, что сравнительные преимущества объясняют только торговлю между странами, существенно различающимися между собой (межотраслевую торговлю)4. Но если учитывать не только обеспеченность факторами производства, но и различия в технологиях, то торговлю между развитыми странами можно легко объяснить теоретически в модели Хекшера—Олина—Ванека (Davis, 1997), в которой страны имеют близкую обеспеченность факторами производства, но разные уровни технологий. Этот тип торговли может возникать и при схожей структуре спроса (Markusen, 1986)5.

В-третьих, в моделях монополистической конкуренции доля страны в мировом выпуске положительно связана с тем, в какой степени потребители предпочитают продукцию внутреннего производства, тогда как в моделях совершенной конкуренции такая зависимость отсутствует (Trionfetti, 2001). Таким образом, внутренний спрос является важным генератором роста экспорта дифференцированных товаров, торговля которыми объясняется факторами монополистической конкуренции, а это согласуется с гипотезой о том, что наличие большого внутреннего спроса определяет производство и рост экспорта дифференцированных промышленных товаров (Linder, 1961).

В то же время это не значит, что торговля дифференцированными товарами объясняется в основном с помощью моделей монополистической конкуренции. Внутриотраслевая торговля — торговля дифференцированными товарами в рамках одной отрасли или даже товарной группы — может возникать и при совершенной конкуренции и постоянной отдаче от масштаба, если учитывать технологический фактор (Davis, 1995)6. Другой способ согласовать внутриотраслевую торговлю и сравнительные преимущества — уход от строгой предпосылки о том, что все разновидности дифференцированного товара производятся по одинаковой технологии. Например, можно предположить, что товары различаются со стороны спроса воспринимаемым уровнем качества, а со стороны предложения — тем, что для производства качественных товаров требуется более капиталоемкая технология (Falvey, Kierzkowski, 1987)7.

В литературе сложился консенсус относительно того, что торговля между странами, серьезно различающимися по обеспеченности факторами производства и развитию технологий, связана в основном именно с этими различиями. Однако детерминанты торговли между странами со схожими технологиями (которую обычно ассоциируют с внутриотраслевой торговлей дифференцированными товарами) по-прежнему не вполне ясны.

Существует ли внутриотраслевая торговля?

Много лет назад Дж. Фингер, тогда сотрудник министерства финансов США, написал: «Беглый взгляд на статистику внешней торговли позволяет заметить, что многие товарные группы присутствуют как в экспорте, так и в импорте одной и той же страны. Тщательное изучение литературы, в которой предпринимаются попытки объяснить это наблюдение, шокирует читателя тем, как вольно в ней обращаются с научным методом» (Finger, 1975. Р. 581).

По мнению Фингера, теоретизировать по поводу внутриотраслевой торговли не имеет смысла, поскольку соотношение факторов производства внутри отраслей варьирует даже сильнее, чем между отраслями. Наличие двусторонней торговли по товарной группе — это исключительно эмпирический феномен, который не имеет ничего общего с теоретической концепцией внутриотраслевой торговли (из-за несоответствия фактической и умозрительной, теоретически обоснованной классификации товарных групп).

Это мнение было подвергнуто критике. Отмечалось, что по многим отраслям, для которых логично предположить схожесть технологии производства, например пассажирские автомобили, и по товарным группам значимость внутриотраслевой торговли сохраняется (Davies, 1978). Однако ключевой момент — это степень уверенности в том, что технологии производства по таким товарам действительно схожи. Фингер ответил на критику примером. Если соотношение капитала и труда в производстве больших и малых автомобилей различается (цикл производства больших автомобилей короче, а операционные расходы распределяются на большее количество единиц продукции), то торговля большими машинами в обмен на малые может определяться именно различиями в обеспеченности факторами производства, но статистически разделить их нельзя (Finger, 1978).

Дальнейшие исследования подтвердили, что Фингер во многом был прав, когда писал о возможности возникновения внутриотраслевой торговли за счет детерминант, которые традиционно ассоциируются с межотраслевой торговлей (обеспеченности факторами производства и различиями в уровне развития технологий). В частности, теоретически продемонстрировано, что внутриотраслевая торговля может возникать в результате дифференциации разновидностей одного и того же товара по качеству за счет различий стран в обеспеченности капиталом (Falvey, Kierzkowski, 1987) и технологическом развитии (Flam, Helpman, 1987)8.

Эти результаты подтверждены эмпирически (Ballance et al., 1992). Показано, в частности, что доля высококачественной вертикальной внутриотраслевой торговли в ЕС связана в основном (в зависимости от отрасли) с уровнем развития технологий либо человеческого капитала (Diaz Mora, 2002)9. При этом доля вертикальной внутриотраслевой торговли превышает половину для большей части стран ЕС, что согласуется с оценками других исследователей10. Позднее для всех потоков мировой торговли было продемонстрировано, что доля горизонтальной внутриотраслевой торговли в 1989-2002 гг. оставалась стабильной (колеблясь в диапазоне 10-14%), а рост внутриотраслевой торговли шел практически исключительно за счет вертикальной внутриотраслевой торговли (Fontagne et al., 2006). Таким образом, если считать разнокачественные разновидности одного товара разными товарами (так как они удовлетворяют разные потребности), то следует признать, что внутриотраслевая торговля в классическом понимании (горизонтальная внутриотраслевая торговля между схожими странами) хоть и существует, но вносит крайне малый вклад в общий объем торговли11.

Интересно, что в литературе имеются отдельные попытки, напротив, моделировать вертикальную внутриотраслевую торговлю между схожими по технологическому развитию странами за счет различий в размере стран и торговых издержек. Один из немногих примеров — эмпирическая демонстрация того, что страны с большим относительным размером рынка (в терминах числа фирм) экспортируют в среднем более качественные товары (товары с более высокими экспортными ценами), то есть вертикальная внутриотраслевая торговля может объясняться также факторами, связанными с размером экономики (Helble, Okudo, 2008). В теоретической модели, представленной в том же исследовании, таким фактором является «эффект внутреннего рынка», хотя в этой роли могут выступать и другие факторы («эффект внутреннего рынка» среди них далеко не первостепенный).

Размер рынка, внутриотраслевая торговля и качество товаров

«Эффект внутреннего рынка» — это более чем пропорциональная доля страны в мировом производстве дифференцированного товара по сравнению с долей страны в мировом спросе. Он выражается в том, что страна является чистым экспортером товара. Экономическая интерпретация такой ситуации следующая: при наличии издержек торговли и возрастающей отдаче от масштаба страна с большим спросом на товар является самым привлекательным местом расположения производства, в результате чего она не только производит товары для внутреннего рынка, но и выступает экспортером этого товара (Krugman, 1980). При постоянной отдаче от масштаба (когда торговля определяется сравнительными преимуществами), напротив, страна с большим спросом на товар будет его импортировать. Кругман утверждал, что этот факт можно использовать как тест чтобы определить, формируется торговля за счет возрастающей отдачи или за счет сравнительных преимуществ, что, однако, не оправдало ожиданий12.

В более поздних исследованиях было показано, что наличие эффекта внутреннего рынка в теоретической модели может определяться эластичностью замещения в функции полезности (Yu, 2005)13. При этом сокращение относительной цены дифференцированного товара всегда приводит к росту спроса на него, но доля расходов на этот товар возрастет, только если эластичность выше 1 (тогда будет наблюдаться эффект внутреннего рынка). При единичной эластичности доля страны в мировом производстве обоих товаров будет пропорциональна ее доле в мировом спросе на них, то есть эффект внутреннего рынка будет отсутствовать — при условии равенства торговых издержек на гомогенный и дифференцированный товар (Davis, 1998).

Позднее было показано, что в модели с более чем двумя странами эффект внутреннего рынка в общем случае не возникает, если не учитывать межстрановые различия в технологиях (Behrens et al., 2009). Тем не менее даже если этот эффект возникает, то его источником может быть не возрастающая отдача от масштаба, а, например, несовершенство информации о качестве продукции (Goh, Michalski, 2012) или любой другой фактор, мотивирующий фирмы концентрировать производство в одной стране14.

Важную роль в объяснении международной торговли играет не столько «эффект внутреннего рынка», сколько размер страны. Так, показано, что аналог сравнительного преимущества, основанный на экзогенных различиях в размерах внутреннего рынка, влияет на объемы внутриотраслевой торговли (Weder, 1995). Эмпирический анализ показал, что размер внутреннего рынка положительно влияет на объемы чистого экспорта страны, причем это влияние сильнее выражено в отраслях с высокой отдачей от масштаба (Weder, 2003).

Для классификации отраслей по силе отдачи от масштаба Р. Ведер использует «средний размер фирмы» — предполагается, что большой размер фирмы указывает на высокие фиксированные издержки производства, а следовательно, на высокую отдачу от масштаба (так как при большом масштабе производства фиксированные издержки распределяются на значительное количество единиц продукции). Представляется, однако, что выбранный показатель может отражать не только фиксированные издержки, но и множество других факторов. Например, объем рынка, капиталоемкость отрасли, интенсивность проведения НИОКР, низкая потребность во внешнем финансировании, а также величина заработной платы положительно влияют на размер фирмы (Kumar et al., 1999). Большие фиксированные издержки могут также быть связаны с освоением новой высокопроизводительной технологии или с необходимостью нанимать квалифицированный персонал, неся дополнительные затраты на оплату труда для поддержания высокого качества продукции.

Имеются свидетельства того, что размер страны (в терминах агрегированного ВВП) положительно влияет на разнообразие экспортируемых товаров и на их качество (Hümmels, Klenow, 2005)15. А как показано ранее, разнообразие товаров и их дифференциация по качеству — значимые факторы внутриотраслевой торговли.

Интересно, что в последнее время стали активно развиваться модели, в которых факторы качества продукции и технологий (в форме сравнительных и абсолютных преимуществ) рассматриваются в комплексе. Если раньше в теоретических моделях качество было связано или с наличием определенных факторов производства (высококвалифицированной рабочей силы, капитала), или с эффектом внутреннего рынка (наличие внутреннего спроса на качественные товары)16, то теперь предлагается определять качество на основе технологических факторов (Alcala, 2016). Страна в модели имеет абсолютное преимущество, если доля ее фирм с высокой эффективностью в конкретной отрасли максимальна по сравнению с другими странами (эффективность фирмы представляет собой экзогенный показатель, измеряющий уровень доступных фирме технологий). Фирмы из такой страны будут производить в среднем более качественные товары, так как ключевой предпосылкой является прямая связь между эффективностью фирмы и качеством производимых ею товаров. А поскольку доля фирм с высокой эффективностью эмпирически ненаблюдаема, выводится условие, эквивалентное наличию абсолютного преимущества: страна должна одновременно иметь как сравнительные преимущества (относительно более высокие объемы продаж), так и более высокую заработную плату. В качестве переменной-заменителя (proxy) для уровня заработной платы при эмпирической проверке используется объем подушевого ВВП.

Эмпирическая проверка модели на примере ввозимых в США товаров текстильной промышленности показала, что средний уровень их качества, измеряемый как стоимость единицы («цена») товара, положительно связан с уровнем сравнительных преимуществ экспортирующих стран, измеряемым с помощью индекса Балассы (Balassa, 1965)17. Для текстильной отрасли было продемонстрировано, что размер экономики (в терминах агрегированного ВВП) также положительно влияет на средний уровень качества товаров18.

Таким образом, после продолжительного периода забвения абсолютных преимуществ как фактора международной торговли экономисты начинают изучать их влияние19.

Реабилитация абсолютных преимуществ

В середине XX в. некоторые авторы настолько критически относились к идее абсолютных преимуществ, что утверждали, будто бы они являются лишь мифом (Brandis, 1967), чем вызывали критические замечания других исследователей (Ingram, 1968). Эпоха дискуссий о фундаментальных понятиях прошла, и на первый план в экономической науке выдвинулись модельные построения. В большинстве моделей (как рикардианских, так и основанных на теории Хекшера—Олина) абсолютные преимущества не воздействовали на международную торговлю20.

В статье Г. Макдональда и Дж. Маркусена реабилитируется сам принцип абсолютного преимущества. На примере назначения работников на должность в соответствии с умениями продемонстрировано, что абсолютные преимущества работников играют важную роль: «Тезис о том, что работник с наибольшим сравнительным преимуществом в навыках управления должен быть назначен президентом компании, недостаточно убедителен. Скорее, президент должен обладать абсолютным преимуществом в этих навыках; говоря иначе, вряд ли президентом выберут человека с плохими навыками управления, даже если он еще хуже справляется с любой другой задачей» (MacDonald, Markusen, 1985. P. 278).

Позже было показано, что технологические различия между странами в форме Хикс-нейтрального технического прогресса могут быть источником торговли в моделях экономического роста с накоплением капитала даже при отсутствии сравнительных преимуществ (Brecher et al., 2002). В таких моделях экспортером капиталоинтенсивного товара может оказаться и трудоинтенсивная страна, чего не может быть в моделях, основанных на теории Хекшера—Олина. При наличии сравнительного преимущества даже небольшого превосходства достаточно, чтобы страна стала экспортером, независимо от обеспеченности факторами производства.

В контексте олигополистических рынков показано, что укрепление абсолютных преимуществ (сокращение издержек производства во всех отраслях) ведет к тому, что страна в меньшей степени специализируется в соответствии со сравнительными преимуществами, то есть межотраслевая торговля становится менее значимой (Neary, 2003).

Одним из наиболее перспективных направлений анализа абсолютных преимуществ, как представляется, является исследование их взаимосвязи с диверсификацией внешней торговли. К. May (Mau, 2016) продемонстрировал в явном виде, что после учета торговых барьеров (в виде географического расстояния) и затрат на факторы производства страна с более высоким уровнем развития технологий будет экспортировать более широкий круг товаров (см. также: Eaton, Kortum, 2002).

Приближая анализ к данным, May демонстрирует, что диверсификация напрямую связана с уровнем развития страны, измеряемым как ВВП на душу населения. При этом популярный тезис о наличии нелинейной зависимости между диверсификацией экспорта (или производства) страны и уровнем ее экономического развития21 не находит подтверждения. Автор показывает, что тенденция снижения диверсификации стран с высоким подушевым ВВП, обнаруженная в ряде предшествующих исследований, не согласуется с теорией. Это может быть результатом влияния неучтенных переменных (размера экономики, торговых издержек и т.п.)22. Кроме того, обнаруживается, что рост диверсификации, источником которого является развитие технологий, увеличивает подушевой ВВП (обратный процесс идет с большим лагом).

Итак, прямая связь между диверсификацией и абсолютными преимуществами указывает на то, что измерение абсолютных преимуществ (которые обычно считаются ненаблюдаемыми, а поэтому рассчитываются в виде остатка из регрессионных уравнений) относительно простыми методами возможно с опорой на показатели диверсификации экспорта. Важным фактором может быть и размер страны23.

Новый класс моделей с негомотетичными предпочтениями

В последнее время все большее внимание привлекает проблема учета влияния на международную торговлю характеристик спроса. Традиционно в качестве источника торговли анализировались факторы, лежащие на стороне предложения, а предпочтения агентов рассматривались как гомотетичные. Однако некоторые авторы еще в 1980-1990-е годы изучали, как введение негомотетичных предпочтений повлияет на выводы моделей международной торговли, и теоретически (Markusen, 1986), и эмпирически (Hunter, 1991)24.

Новая волна исследований связана с вопросом о взаимодействии между сторонами предложения и спроса, с учетом дополнительных факторов, таких как дифференциация товаров по качеству. В частности, предпосылка о негомотетичности предпочтений позволяет лучше объяснить международную торговлю, но лишь в небольшой степени, поскольку предпочтения негомотетичны только между различными категориями товаров по эластичности спроса по доходу25, в то время как для дифференцированных по качеству разновидностей одного и того же товара эластичность спроса по доходу одинакова (Reimer, Hertel, 2010)26.

Важно, что капиталовооруженность труда двух различных товаров, производимых в одной стране, обычно гораздо ближе друг к другу, чем капиталовооруженность труда двух одинаковых товаров, производимых в разных странах. Поэтому каждый товар целесообразно рассматривать как множество разновидностей товара, обладающих собственным соотношением капитала и труда (напрямую отражающим их качество, см.: Schott, 2004). По мере роста ВВП на душу населения потребители предъявляют спрос на более качественные разновидности товаров, что создает связку между спросом и предложением.

Однако при разделении трудовых ресурсов на неквалифицированные и квалифицированные важность негомотетичности предпочтений в объяснении торговли растет, так как для производства эластичных по доходу товаров, как правило, используется более квалифицированный персонал27. В модели такого типа рост подушевого ВВП приводит к росту как спроса на качественные товары, так и специализации страны на производстве таких товаров (Caron et al., 2014). В результате торговля между богатыми странами гораздо активнее, чем торговля между богатыми и бедными странами, так как спрос на качественные товары в бедных странах существенно ниже28. Недостатком модели является анализ данных на уровне категорий товаров по эластичности спроса по доходу, что не позволяет учесть дифференциацию разновидностей товаров по качеству.

Оценки эластичности спроса по доходу и расчет регрессий на данных по статистике внешней торговли на дезагрегированном уровне (4 знака ТН ВЭД) также подтвердили тезис о том, что богатые страны экспортируют в среднем более эластичные по доходу товары, чем бедные (Caron et al., 2015)29. Результат формируется за счет сложного механизма, сочетающего три фактора. Во-первых, в богатых странах относительно больше фирм — экспортеров эластичных по доходу товаров. Во-вторых, эти страны экспортируют больше товаров, требующих интенсивного использования квалифицированного труда, так как их обеспеченность таким трудом выше. В-третьих, в богатых странах относительно выше производительность по товарам, эластичным по доходу (поскольку инновации в модели направлены на более интенсивное использование фактора, обеспеченность которым высока; для развитых стран таким фактором является человеческий капитал). Важность этих механизмов подтверждается как теоретически, так и эмпирически. Исходным импульсом для каждого из факторов выступает рост относительного спроса на «предметы роскоши» при увеличении доходов потребителей.

Ж. Гроссман предложил авторам (Caron et al., 2015. Р. 5) альтернативное объяснение результата: высококачественные товары сложнее произвести, поскольку для этого требуются более квалифицированный труд и более развитые институты, что есть именно в богатых странах. Пожалуй, оба объяснения имеют право на существование. Разделить их можно только после изучения совместной эволюции предпочтений и технологий, поскольку статический анализ позволяет говорить лишь об их взаимосвязи, но не о направлении причинно-следственной связи. Здесь большой простор для дальнейших исследований.

Таким образом, в описанных моделях соединяются концепции эффекта внутреннего рынка, генерируемого за счет негомотетичности предпочтений, и сравнительных преимуществ. Это показывает, что тестирование теорий международной торговли на основе разделения этих двух эффектов не может обеспечить корректный результат.


Наш обзор позволяет сформировать систему представлений, не претендующую на полноту, но опирающуюся на учет последних достижений в анализе международной торговли.

  1. Проверка теорий международной торговли по критериям наличия эффекта внутреннего рынка и интенсивности внутриотраслевой торговли не может быть достаточным основанием выбора в пользу той или иной теории.
  2. Межстрановые различия в уровне развития технологий позволяют объяснить гораздо большую долю международной торговли, чем факторы, связанные с возрастающей отдачей от масштаба (так как объемы классической горизонтальной внутриотраслевой торговли малы).
  3. Важную роль в объяснении международной торговли играет не столько эффект внутреннего рынка (в его пользу теоретические и эмпирические аргументы свидетельствуют далеко не всегда), сколько размер экономики, влияющий как на диверсификацию экспорта, так и на средний уровень качества товаров.
  4. Абсолютные преимущества позволяют стране экспортировать как более качественные товары, так и более широкий круг товаров, то есть стимулируют диверсификацию экспорта и внутриотраслевую торговлю; они также формируют сравнительные преимущества, а следовательно, влияют и на межотраслевую торговлю.
  5. В моделях все большее значение приобретает аспект взаимосвязи стороны спроса и предложения, который позволяет объяснить рост торговли между развитыми странами по товарам с эластичным по доходу спросом или по высококачественным товарам; в последнем случае перспективным направлением развития моделей является добавление аспекта абсолютных преимуществ.

Одна из наиболее важных тем, не затронутых в статье, касается вертикальной специализации, то есть участия в международных цепочках добавленной стоимости (экспорт конечных товаров, в производстве которых используются импортные промежуточные товары, см.: Yi, 2003). Очевидно, что в какой-то степени этот фактор также вносит вклад во внутриотраслевую торговлю, причем этот вклад будет тем выше, чем более агрегированные данные будут использованы в анализе (Soo, 2016). Однако ограниченные рамки статьи не позволяют достаточно полно отразить роль вертикальной специализации в контексте внутриотраслевой торговли, данный аспект требует отдельного глубокого исследования.

Интересно, что выводы, полученные в статье по результатам анализа формализованных моделей, согласуются с постулатами представителей эволюционной экономики. Например, Дж. Дози и Л. Зуте считали сравнительные и абсолютные преимущества, которые образуются вследствие разрывов между странами в уровне технологического развития (в том числе инновационной активности), ключевыми факторами внешней торговли (Dosi, Soete, 1990). Анализ современных исследований показал, что этот вывод можно подтвердить и на основе формализованных моделей. В этой же работе отмечалось, что отдельные модели неоклассического типа, несмотря на наличие ограничивающих предпосылок, генерируют «нестандартные» результаты, такие как влияние возрастающей отдачи от масштаба и инноваций. С тех пор оба аспекта учитываются в формализованных моделях торговли30. Как показано в статье, в современных моделях начинают учитывать аспект абсолютных преимуществ, хотя в данном направлении имеется еще множество интересных путей развития.


 Работа выполнена при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 16-36-00330 мол а. Часть данного исследования осуществлена в рамках программы фундаментальных исследований НИУ ВШЭ в 2016 г. (T3-17).


1 Этот бум начался с успешного сочетания гравитационных и технологических переменных (Eaton, Kortum, 2002). Обзор наиболее значимых исследований см. в: Eaton, Kortum, 2012; Costinot, Vogel, 2015.

2 Под внутриотраслевой понимается двусторонняя торговля «одинаковыми» товарами, под межотраслевой торговлей — «разными» товарами. Товары могут быть «одинаковыми» как по интенсивности использования факторов производства (интерпретация, характерная для формализованных моделей — см.: Davis, 1995), так и по принадлежности к одной отрасли, то есть близости в производстве (интерпретация, характерная для эмпирических исследований — см.: Grubel, Lloyd, 1975. P. 86 — 89). Горизонтальная внутриотраслевая торговля подразумевает торговлю «одинаковыми» товарами близкого качества, а вертикальная — торговлю «одинаковыми» товарами разного качества.

3 С совершенной конкуренцией ассоциируются такие категории, как сравнительные преимущества и обеспеченность факторами производства. С монополистической конкуренцией связаны возрастающая отдача от масштаба и склонность потребителей к разнообразию.

4 В модели Хелпмана—Кругмана возрастающая отдача от масштаба объясняет внутриотраслевую торговлю, а межстрановые различия в обеспеченности факторами производства — межотраслевую торговлю. В случае одинаковой обеспеченности факторами производства вся торговля между странами будет внутриотраслевой (Helpman, Krugman, 1985).

5 Если производство во многом определяется внутренним спросом на продукцию, то экспорт скорее будет направляться в страны со схожей структурой спроса (для развитых стран — в другие развитые страны). В модели, основанной на идеях С. Линдера (Linder, I960, принимается предпосылка о том, что капиталоинтенсивные товары обладают высокой эластичностью спроса по доходу, а трудоинтенсивные товары — низкой (Markusen, 1986). Предполагается, что страны со схожим уровнем подушевого дохода должны иметь и схожую структуру спроса. Эта идея получила развитие в: Markusen, 2013.

6 Подход основан на том, что при одинаковой обеспеченности факторами взаимозаменяемость товаров в производстве идеальна (Samuelson, 1948). Также автор ссылается на исследование, в котором показано, что взаимозаменяемость товаров в производстве идеальна и при превышении числа товаров над числом факторов производства, что делает торговлю чувствительной к технологическим различиям (Vanek, Bertrand, 1971). В модели Д. Дэвиса вся торговля между странами с идентичной обеспеченностью факторами производства является внутриотраслевой (Davis, 1995).

7 Более того, товары могут различаться по технологии производства и особенностям спроса в рамках одной товарной группы. Существенную роль при оценке внутриотраслевой торговли играет агрегирование: часть внутриотраслевой торговли может только казаться таковой, фактически представляя собой торговлю разными товарами, не идентифицируемыми из-за особенностей классификации (Finger, 1975; Chipman, 1992).

8 В обеих моделях внутриотраслевая торговля возникает за счет того, что потребители с более высоким уровнем дохода предъявляют спрос на разновидности товара более высокого качества (набор производимых внутри страны разновидностей товара отличается от набора разновидностей, на которые предъявляется спрос). Однако в одной модели для производства этих разновидностей товаров требуются значительные затраты капитала, а в другой модели — наличие сравнительного преимущества в производстве высококачественных разновидностей товара.

9 Чтобы разделить внутриотраслевую торговлю на горизонтальную и вертикальную (а также разделить последнюю на высококачественную и низкокачественную), предполагается, что соот ношение стоимостей единицы товара по данным экспорта и импорта отражает различия между качеством экспортируемых и импортируемых разновидностей товара (значение выше 1,15 указывает на специализацию страны в высококачественном сегменте вертикальной внутриотраслевой торговли) (см. также: Abd-el-Rahman, 1991).

10 См., например: Fontagne et al., 1997. Имеются и примеры углубленного изучения внутриотраслевой торговли отдельных стран ЕС. В частности, установлено, что горизонтальная внутриотраслевая торговля Испании сопоставима с вертикальной лишь в производстве автомобилей — во всех остальных относительно крупных отраслях она существенно меньше (Blanes, Martin, 2000).

11 В литературе недавно было предложено несколько новых методов опенки качества товаров, которые пока не использовались для разделения внутриотраслевой торговли на горизонтальную и вертикальную, что представляет интерес для дальнейших исследований (Hallak, Schott, 2011; Khandelwal, 2010).

12 Такой тест проведен в ряде работ. Оказалось, что эффект внутреннего рынка имеет большое значение для межрегиональной торговли, но для международной торговли ключевое значение приобретают другие эффекты (торговые издержки и эффект границы) (Davis, Weinstein, 1999). Эффект значим для международной торговли по ряду отраслей (текстильному производству, черной металлургии, производству транспортных средств и др.), что объясняло от 1/2 до 2/3 торговли ОЭСР промышленными товарами, остальное объясняли сравнительные преимущества (Davis, Weinstein, 2003). Позже разные исследователи на одних и тех же данных как подтверждали (Hanson, Xiang, 2004), так и опровергали (Pham et al., 2014) наличие эффекта внутреннего рынка.

13 Имеется в виду эластичность замещения между гомогенным товаром и композитным дифференцированным товаром в CES-функции полезности.

14 Например, в одной из моделей фирма минимизирует риски нестабильности качества продукции, сокращая число заводов (Goh, Michalski, 2012). Предполагается, что качество продукции одной фирмы на разных заводах может отличаться. А в другой модели внешняя экономия от масштаба (на уровне целой отрасли) стимулирует фирмы размещать производство промежуточных товаров там, где это уже делают другие фирмы, например где имеется достаточное число специалистов необходимого профиля (Grossman, Rossi-Hansberg, 2012).

15 Конечно, этот фактор далеко не единственный и действует одновременно с другими (например, подушевым ВВП страны). Поэтому для некоторых стран такая связь может не работать, но в среднем она имеет место.

16 В первом случае для производства качественных товаров требуется много капитала и квалифицированного труда. Во втором случае высокие доходы граждан страны-производителя создают спрос на качественные товары.

17 Индекс Балассы представляет собой соотношение доли товара в экспорте страны к доле товара в мировом экспорте. О недостатках этого индекса и его модификациях см.: Gnidchenko, Salnikov, 2015.

18 Автор указывает, что эти выводы верны лишь для отраслей с постоянной отдачей от масштаба, таких как текстильная отрасль. При возрастающей отдаче рост выпуска приводит к падению цен, в результате чего цены начинают отражать не столько улучшение качества, сколько удешевление товаров за счет экономии от масштаба (Alcala, 2016).

19 Следует отметить, что термин «абсолютные преимущества» по-прежнему используется достаточно редко и, как видно из дальнейшего изложения, они обычно рассматриваются как синоним уровня развития технологий. Тем не менее представляется, что учет абсолютных преимуществ на уровне отраслей экономики (Alcala, 2016) в ближайшее время может стать важным направлением развития моделей международной торговли. Поэтому мы делаем акцент на исследованиях, в которых абсолютные преимущества, явно или имплицитно, рассматриваются как фактор международной торговли.

20 Одним из немногочисленных исключений была работа, в которой абсолютные преимущества вызывали торговлю за счет свободного перемещения фактора производства А (понимаемого как промежуточный товар) между странами (Jones, 1980).

21 Впервые нелинейная связь между диверсификацией производства и подушевым ВВП (по мере роста ВВП на душу населения диверсификация сначала растет, а потом сокращается) была отмечена в: Imbs, Wacziarg, 2003. Впоследствии аналогичная зависимость была обнаружена и для диверсификации экспорта (Klinger, Lederman, 2006; Cadot et al., 2011). Обзор литературы на тему диверсификации экспорта можно найти в: Hesse, 2008; Саггёге et al., 2013).

22 Возможности диверсификации экспорта выше у крупных стран, а также у стран с низкими барьерами торговли (Parteka, Tamberi, 2013а); снижение диверсификации в процессе роста подушевого ВВП отмечается только в ряде специфических случаев (для очень маленьких стран и для стран с высокой долей нефтегазового сектора) (Parteka, Tamberi, 2013b).

23 Размер экономики положительно влияет на средний уровень качества товаров (Alcala, 2016) и на уровень диверсификации экспорта (Parteka, Tamberi, 2013а), ассоциируемые с абсолютными преимуществами.

24 При негомотетичных предпочтениях эластичность по доходу для разных товаров различается, в результате чего доля расходов потребителей на те или иные группы товаров зависит от подушевого дохода (например, доля расходов на еду в бедных странах существенно выше, чем в богатых).

25 Традиционно выделяют такие категории, как «товары первой необходимости» и «предметы роскоши».

26 Как отмечают авторы, при увеличении дохода может расти спрос не только на «предметы роскоши», но и на более качественные товары из группы «товаров первой необходимости» (например, более качественные продукты питания).

27 Обнаружена высокая корреляция между эластичностью спроса на товар по доходу и интенсивностью использования квалифицированного труда в производстве товара.

28 Факторы спроса могут объяснить и торговлю между богатыми и бедными странами, если принять во внимание фактор распределения доходов. Так, бедная страна с большим неравенством по доходам может экспортировать разновидности товара низкого качества, импортируя другие разновидности того же товара высокого качества (например, Китай может экспортировать дешевую одежду в Россию, импортируя дорогую одежду из Италии). Эмпирически показано, что импорт «предметов роскоши» растет при увеличении неравенства по доходам (Dalgin et al., 2008).

29 Расчет регрессий на детализированном уровне частично снимает критику (Reimer, Hertel, 2010), так как, например, расходы на еду можно детализировать по товарным группам (говядина, свинина, молоко, сыр и т. п.). Тем не менее проблема по-прежнему остается актуальной, поскольку дифференциация каждого товара по качеству ненаблюдаема.

30 Возрастающая отдача от масштаба в настоящий момент встречается в моделях чаще, чем постоянная. Инновации как фактор торговли приобретают популярность в моделях (Eaton, Kortum, 2001; Dinopoulos, Segerstrom, 2006; Borota, 2012; Caron et al., 2015), а также находят эмпирическое подтверждение (Lachenmaier, Wößmann, 2006).


Список литературы / References

Abd-el-Rahman К. (1991). Firms' competitive and national comparative advantages as joint determinants of trade composition. Review of World Economics, Vol. 127, No. 1, pp. 83-97.

Alcala F. (2016). Specialization across goods and export quality. Journal of International Economics, Vol. 98, No. C, pp. 216—232.

Balassa B. (1965). Trade liberalization and "revealed" comparative advantage. The Manchester School, Vol. 33, No. 2, pp. 99 — 123.

Bailance R. H., Forstner H., Sawyer W. C. (1992). An empirical examination of the role of vertical product differentiation in North-South trade. Review of World Economics, Vol. 128, No. 2, pp. 330 — 338.

Behrens К., Lamorgese A. R., Ottaviano G. I. P., Tabuchi T. (2009). Beyond the home market effect: Market size and specialization in a multi-country world. Journal of International Economics, Vol. 79, No. 2, pp. 259—265.

Blanes J. V., Martin C. (2000). The nature and causes of intra-industry trade: Back to the comparative advantage explanation? The case of Spain. Review of World Economics, Vol. 136, No. 3, pp. 423 — 441.

Borota T. (2012). Innovation and imitation in a model of North-South trade. Journal of International Economics, Vol. 87, No. 2, pp. 365 — 376.

Brandis R. (1967). The myth of absolute advantage. American Economic Review, Vol. 57, No. 1, pp. 169-175.

Brecher R. A., Chen Z., Choudhri E. U. (2002). Absolute and comparative advantage, reconsidered: The pattern of international trade with optimal saving. Review of International Economics, Vol. 10, No. 4, pp. 645 — 656.

Cadot O., Carrere C., Strauss-Kahn V. (2011). Export diversification: What's behind the hump? The Review of Economics and Statistics, Vol. 93, No. 2, pp. 590 — 605.

Caron J., Fally Т., Fieler A.C. (2015). Home-market effects on innovation. Unpublished manuscript, Princeton University.

Caron J., Fally Т., Markusen J. (2014). International trade puzzles: A solution linking production and preferences. Quarterly Journal of Economics, Vol. 129, No. 3, pp. 1501-1552.

Саггёге С., Strauss-Kahn V., Cadot О. (2013). Trade diversification, income, and growth: What do we know? Journal of Economic Surveys, Vol. 27, No. 4, pp. 790 — 812.

Chipman J.S. (1992). Intra-industry trade, factor proportions, and aggregation. In: W. Neuefeind,. R.G. Riezman (eds.). Economic theory and international trade. Berlin: Springer, pp. 67- 92.

Costinot A., Vogel J. (2015). Beyond Ricardo: Assignment models in international trade. Annual Review of Economics, Vol. 7, No. 1, pp. 31 — 62.

Dalgin M., Trindade V., Mitra D. (2008). Inequality, nonhomothetic preferences, and trade: A gravity approach. Southern Economic Journal, Vol. 74, No. 3, pp. 747—774.

Davies R. (1978). Trade overlap and intra-industry trade: Comment. Economic Inquiry, Vol. 16, No. 3, pp. 470-473.

Davis D. R. (1995). Intra-industry trade: A Heckscher-Ohlin-Ricardo approach. Journal of International Economics, Vol. 39, No. 3 — 4, pp. 201—226.

Davis D. R. (1997). Critical evidence on comparative advantage? North-North trade in a multilateral world. Journal of Political Economy, Vol. 105, No. 5, pp. 1051 — 1060.

Davis D. R. (1998). The home market, trade, and industrial structure. American Economic Review, Vol. 88, No. 5, pp. 1264 — 1276.

Davis D. R., Weinstein D. E. (1999). Economic geography and regional production structure: An empirical investigation. European Economic Review, Vol. 43, No. 2, pp. 379-407.

Davis D. R., Weinstein D. E. (2003). Market access, economic geography and comparative advantage: An empirical test. Journal of International Economics, Vol. 59, No. 1, pp. 1—23.

Deardorff A. V. (1984). Testing trade theories and predicting trade flows. In: R. W. Jones, P. B. Kenen (eds.). Handbook of international economics, 1st ed. N.Y.: North-Holland, Vol. 1, pp. 467-517.

Diaz Mora C. (2002). The role of comparative advantage in trade within industries: A panel data approach for the European Union. Review of World Economics, Vol. 138, No. 2, pp. 291-316.

Dinopoulos E., Segerstrom P. (2006). North-South trade and economic growth. CEPR Discussion Paper, No. 5887.

Dosi G., Soete L. (1990). Technical change and international trade. In: G. Dosi et al. (eds.). Technical change and economic theory. London: Pinter Publishers, pp. 401 — 431.

Eaton J., Kortum S. (2001). Technology, trade, and growth: A unified framework. European Economic Review, Vol. 45, No. 4 — 6, pp. 742—755.

Eaton J., Kortum S. (2002). Technology, geography, and trade. Econometrica, Vol. 70, No. 5, pp. 1741-1779.

Eaton J., Kortum S. (2012). Putting Ricardo to work. Journal of Economic Perspectives, Vol. 26, No. 2, pp. 65-90.

Falvey R. E., Kierzkowski H. (1987). Product quality, intra-industry trade and (im) perfect competition. In: H. Kierzkowski (ed.). Protection and competition in international trade. N. Y.: Basil Blackwell, pp. 143 — 161.

Feenstra R. C., Markusen J. R., Rose A. K. (2001). Using the gravity equation to differentiate among alternative theories of trade. Canadian Journal of Economics, Vol. 34, No. 2, pp. 430-447.

Finger J. M. (1975). Trade overlap and intra-industry trade. Economic Inquiry, Vol. 13, No. 4, pp. 581-589.

Finger J. M. (1978). Trade overlap and intra-industry trade: reply. Economic Inquiry, Vol. 16, No. 3, pp. 474-475.

Flam H., Helpman E. (1987). Vertical product differentiation and North-South trade. American Economic Review, Vol. 77, No. 5, pp. 810 — 822.

Fontagne L., Freudenberg M., Peridy N. (1997). Trade patterns inside the single market. CEPII Working Paper, No 1997-07.

Fontagne L., Freudenberg M., Gaulier G. (2006). A systematic decomposition of world trade into horizontal and vertical IIT. Review of World Economics, Vol. 142, No. 3, pp. 459-475.

Gnidchenko A., Salnikov V. (2015). Net comparative advantage index: Overcoming the drawbacks of the existing indices. HSE Working Papers, No. WP BRP 119/ EC/2015.

Goh А.-Т., Michalski Т.К. (2012). Quality assurance and the home market effect. Review of International Economics, Vol. 20, No. 2, pp. 237—255.

Grossman G. M., Rossi-Hansberg E. (2012). Task trade between similar countries. Econometrica, Vol. 80, No. 2, pp. 593 — 629.

Grubel H. G., Lloyd P. J. (1975). Intra-industry Trade. London: Macmillan.

Hallak J. C., Schott P. K. (2011). Estimating cross-country differences in product quality. Quarterly Journal of Economics, Vol. 126, No. 1, pp. 417—474.

Hanson G. H., Xiang C. (2004). The home-market effect and bilateral trade patterns. American Economic Review, Vol. 94, No. 4, pp. 1108 — 1129.

Helble M., Okudo T. (2008). Heterogeneous quality firms and trade costs. World Bank Policy Research Working Paper, No. 4550.

Helpman, E., Krugman P. (1985). Market structure and foreign trade: Increasing returns, imperfect competition, and the international economy. Cambridge, MA: MIT Press.

Hesse H. (2008). Export diversification and economic growth. Commission on Growth and Development Working Paper, No. 21.

Hümmels D., Klenow P.J. (2005). The variety and quality of a nation's exports. American Economic Review, Vol. 95, No. 2, pp. 704—723.

Hunter L. (1991). The contribution of nonhomothetic preferences to trade. Journal of International Economics, Vol. 30, No. 3—4, pp. 345—358.

Imbs J., Wacziarg R. (2003). Stages of diversification. American Economic Review, Vol. 93, No. 1, pp. 63-86.

Ingram J. C. (1968). The myth of absolute advantage: Comment. American Economic Review, Vol. 58, No. 3, pp. 516—520.

Jones R. W. (1980). Comparative and absolute advantage. Swiss Journal of Economics and Statistics, Vol. 116, No. 3, pp. 235—260.

Khandelwal A. (2010). The long and short (of) quality ladders. Review of Economic Studies, Vol. 77, No. 4, pp. 1450-1476.

Klinger В., Lederman D. (2006). Diversification, innovation, and imitation inside the global technology frontier. World Bank Policy Research Working Paper, No. 3872.

Krugman P. R. (1980). Scale economies, product differentiation, and the pattern of trade. American Economic Review, Vol. 70, No. 5, pp. 950—959.

Kumar К. В., Rajan R. G., Zingales L. (1999). What determines firm size? NBER Working Paper, No. 7208.

Lachenmaier S., Wößmann L. (2006). Does innovation cause exports? Evidence from exogenous innovation impulses and obstacles using German micro data. Oxford Economic Papers, Vol. 58, No. 2, pp. 317—350.

Linder S.B. (1961). An essay on trade and transformation. N. Y.: John Wiley and Sons.

MacDonald G. M., Markusen J. R. (1985). A rehabilitation of absolute advantage. Journal of Political Economy, Vol. 93, No. 2, pp. 277—297.

Markusen J. (1986). Explaining the volume of trade: An eclectic approach. American Economic Review, Vol. 76, No. 5, pp. 1002 — 1011.

Markusen J. R. (2013). Putting per-capita income back into trade theory. Journal of International Economics, Vol. 90, No. 2, pp. 255—265.

Mau K. (2016). Export diversification and income differences reconsidered: The extensive product margin in theory and application. Review of World Economics, Vol. 152, No. 2, pp. 351-381.

Neary J. P. (2003). Competitive versus comparative advantage. World Economy, Vol. 26, No. 4, pp. 457-470.

Parteka A., Tamberi M. (2013a). What determines export diversification in the development process? Empirical assessment. World Economy, Vol. 36, No. 6, pp. 807—826.

Parteka A., Tamberi M. (2013b). Product diversification, relative specialisation and economic development: Import-export analysis. Journal of Macroeconomics, Vol. 38, Part A, pp. 121-135.

Pham С. S., Lovely М. Е., Mit га D. (2014). The home-market effect and bilateral trade patterns: A reexamination of the evidence. International Review of Economics & Finance, Vol. 30, No. C, pp. 120 137.

Reimer J. J., Hertel Т. W. (2010). Nonhomothetic preferences and international trade. Review of International Economics, Vol. 18, No. 2, pp. 408 — 425.

Saniuelson P. A. (1948). International trade and equalization of factor prices. Economic Journal, Vol. 58, No. 230, pp. 163-184.

Schott P. (2004). Across-product versus within-product specialization in international trade. Quarterly Journal of Economics, Vol. 119, No. 2, pp. 647—678.

Soo К. T. (2016). Intra-industry trade: A Krugman-Ricardo model and data. Economica, Vol. 83, No. 330, pp. 338-355.

Trionfetti F. (2001). Using home-biased demand to test trade theories. Review of World Economics, Vol. 137, No. 3, pp. 404 — 426.

Vanek J., Bertrand Т. (1971). Trade and factor prices in a multi-commodity world. In: J. N. Bhagwati et al. (eds.). Trade, balance of payments and growth: Papers in international economics in honor of Charles P. Kindleberger. N.Y.: Elsevier, pp. 49 — 65.

Weder R. (1995). Linking absolute and comparative advantage to intra-industry trade theory. Review of International Economics, Vol. 3, No. 3, pp. 342—354.

Weder R. (2003). Comparative home-market advantage: An empirical analysis of British and American exports. Review of World Economics, Vol. 139, No. 2, pp. 220—247.

Yi K.-M. (2003). Can vertical specialization explain the growth of world trade? Journal of Political Economy, Vol. Ill, No. 1, pp. 52 — 102.

Yu Z. (2005). Trade, market size, and industrial structure: Revisiting the home-market effect. Canadian Journal of Economics, Vol. 38, No. 1, pp. 255—272.

Комментарии (0)add comment

Написать комментарий
меньше | больше

busy