Экономический анализ - Статьи - Публикации

Клинов В.Г.
д. э. н., проф. МГИМО(у) МИД России
г. н. с. Института США и Канады РАН

Начало нынешнего столетия ознаменовалось кардинальным изменением соотношения экономической мощи крупных развитых и развивающихся стран. Особенно интенсивными были сдвиги в промышленном производстве и мировом экспорте товаров. Тенденция долговременного сокращения доли «большой семерки» развитых стран (G7) в мировом выпуске промышленной продукции возникла в 1989 г.

Бессонова О.Э.
д. соц. н.
ведущий научный сотрудник Института экономики
и организации промышленного производства СО РАН

Центральная проблема институциональной теории — выявление причин устойчивого роста как «возвышения Запада» при хроническом отставании «Востока». Долго бытовало теоретическое убеждение, что это связано исключительно с рыночной экономикой и демократией. Однако в связи с разрушением «социалистической» модели большинство стран стали рыночными или переходящими к рынку, но часто без роста, конкуренции и демократии. Для объяснения нового феномена современная западная мысль отказалась от марксистской дихотомии по форме собственности (частная — общественная). Была выдвинута гипотеза о характере институциональной среды, которая обеспечивает доступ к общественным благам и экономическим ресурсам разным социальным группам — в терминах порядков открытого или ограниченного доступа, инклюзивных или экстрактивных институтов. Конкретизация этого тезиса осуществляется в новой парадигме, которая дает ответ на вопрос, какая институциональная модель приводит к развитию и росту, а какая — к стагнации и рентоориентированному поведению. Цель статьи состоит также в том, чтобы объяснить, как современная российская экономика стала ареной борьбы моделей контрактного раздатка и квазирынка.

Эзрох Ю.С.
к. э. н., доцент кафедры финансового рынка
и финансовых институтов Новосибирского
государственного университета экономики и управления

Лишение банковской лицензии в России стало в настоящее время обыденностью: в 2014 г. отозвано 86 лицензий, в 2015 г. — 93, в 2016 г. — 97. Кроме того, учитывая сокращение числа действующих банков, годовая доля лишенных лицензий¹ постоянно растет: с 9 до 13%, то есть уже каждый восьмой банк в 2016 г. покинул рынок.