ЭКОНОМИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ


ЭКОНОМИЧЕСКИЕ МЕХАНИЗМЫ УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ

Кризис, охвативший российское общество, осложняет проблемы задач сбалансированного хозяйственного развития в рамках дополнительных ограничений социоэкологической и экономической устойчивости. Утрата общенациональных ориентиров, позитивный переход к эгоистической стратегии личного выживания, наблюдаемый на всех уровнях хозяйствования, забота о сиюминутных интересах отодвигают на второй план решение общегосударственных стратегических задач.

Формирование экологической политики с учетом требований устойчивого развития должно в достаточной мере учитывать особенности национального хозяйства, а также совокупность внешних и внутренних факторов, определяющих его состояние и возможности развития.

"Низам" общества не до решения глобальных проблем - нужно обеспечить хотя бы минимум насущных, каждодневных потребностей. Не случайно результаты социологического опроса, проведенного автором в Белгородской области, показали, что экологическая проблема занимает по своей важности с точки зрения белгородцев лишь девятое место после роста цен и безработицы, задержки выплаты заработной платы и т. п.

Наряду с экономическими и политическими изменениями в обществе переходного периода неминуемо меняются нравственные критерии, нормы, представления, система потребностей и интересов членов общества. Происходят смещение акцентов, приоритетов, а также резкая дифференциация интересов различных социальных групп. Основные сдвиги в переходной экономике определяются в основном масштабами и содержанием преобразования собственности; качественно-количественными параметрами процесса появления новых собственников как социальной группы со специфическими интересами; границами расширения свободы экономического поведения; формами и видами изменения методов управления хозяйственной деятельностью.

Важной особенностью переходного периода в России является резкое расслоение общества на весьма неравные по уровню жизни группы, появление большого слоя социально незащищенных людей, что приводит к социально-личностной неустойчивости. В социоэкологическом отношении это проявляется в резком сужении или полном отсутствии возможностей у данных слоев населения компенсировать негативные последствия ухудшения качества природной среды. Следовательно, с учетом этих изменившихся условий следует пересмотреть как приоритетные задачи, так и способы управления столь неустойчивым обществом.

Что касается способов управления, то сфера экономики уже слабо чувствительна к прежним методам и рычагам воздействия, в то же время новый рыночный инструментарий еще не сформирован, не отработаны и не обеспечены необходимые каналы связи. Существенное расхождение целевых установок отдельных иерархических уровней еще более усложняет макроуправленческие задачи по согласованию интересов в обществе. В итоге налицо неуправляемость поведения его отдельных объектов. То же самое можно в полной мере отнести и к сфере эколого-экономического взаимодействия.

Не случайно законодательство в России в последнее десятилетие отличалось изобилием и множественностью законодательно-правовых актов, носящих противоречивый характер, чрезмерной регламентацией хозяйственной деятельности (сложные, громоздкие и беспрерывно меняющиеся системы финансово-кредитного, налогового и других видов управления). С другой стороны, налицо беспомощность и неповоротливость огромного числа бывших государственных предприятий, не умеющих ориентироваться в динамичной экономической среде, не владеющих маркетинговыми средствами, не способных к выбору и планированию стратегии. По всей вероятности, введением большого числа регуляторов постсоциалистическая система пытается в какой-то мере компенсировать утраченную управляемость, в силу чего требуется постоянная санация законодательства.

Все это предопределяет необходимость соблюдения особых требований к системе регулирования и управления социально-экономической системой переходного периода. Эта модель во многом не совпадает с классической моделью, при которой развитое хозяйство базируется в основном на косвенных рычагах управления, относительно свободной конкуренции и более или менее равноправных отношениях хозяйствующих субъектов. В частности, система индикативного планирования, распространенная в развитых странах, не может считаться полностью приемлемой в настоящий период - тому препятствует нынешний уровень статистической и методологической базы государственного регулирования в России. Тем не менее появление частной и коллективной собственности несовместимо с жестким администрированием как методом управления, неспособным стимулировать развитие деловой активности.

Наряду с особенностями переходного периода при разработке экономических механизмов повышения устойчивости в России необходимо учесть также базовые особенности ее экономики: сырьевую направленность; затратную структуру совокупного продукта; теневой сектор в экономике, замещающий во многих секторах легальный бизнес; преобладание в традиционном менеджменте тактического управления над стратегическим; низкую социально-экономическую активность и иждивенческую позицию населения.

Все проблемы российской экономики переходного периода вытекают одна из другой, наглядно демонстрируя системный характер кризиса. В частности, одной из причин обнищания населения выступает затратная ресурсоемкая структура экономики, ее продолжающаяся сырьевая ориентация, ведущая к сокращению рабочих мест в обрабатывающих производствах. Эти же причины порождают и экологические проблемы.

Отсутствие четкой, адекватной рынку структуры управления, инерционность, бюрократизм и закостенелость институциональной, в том числе правовой, системы также крайне негативно отражаются на решении всех вопросов, включая экологизацию. В свою очередь иждивенческий менталитет и низкий уровень культуры, в том числе информационной, экологической и экономической, способствуют такому положению. При этом системная болезнь не только не проходит (ибо само собой ее излечение в принципе исключено), а все более усугубляется.

Отсюда следует, что сегодняшние проблемы при всей своей неоднородности могут быть решены только комплексно. Здесь не может быть очередности в буквальном смысле слова: "сначала накормим голодных, затем займемся экологией", поскольку накормить население на базе имеющейся природопожирающей, а потому неэффективной и бедной экономики, невозможно.Это может стать реальным при условии изменения самого стиля хозяйствования, что отнюдь не равнозначно абсолютному господству одних лишь рыночных сил и чисто экономическому распределению как общественных затрат, так и выгод.

Переходная экономика как чрезвычайно динамичная система с неустойчивыми отношениями собственности и зарождающимися рыночными механизмами накладывает ограничения на использование прежних методов общесистемного управления. Но она не может допустить и стихийного рынка, не обеспечивающего решения социальных проблем, национальной безопасности. Это связано с принципиально иными критериями инвестиционной деятельности в рыночных условиях, иной оценкой эффективности хозяйственных проектов, а следовательно, использованием тех или иных ресурсов. Частная собственность подразумевает один критерий - экономическую выгодность инвестирования для отдельного субъекта.

В то же время на данном этапе не может считаться достаточно эффективной и теория коллективного выбора, поскольку она предполагает относительно высокий уровень общественного сознания, информированности населения, социальных коммуникаций, развитых демократических и правовых механизмов.

Из этого следует, что реализация целей и потребностей, особенно экологических (связанных с соблюдением интересов не только настоящих, но и будущих поколений), - задача правительственных органов. По сути, это создание социально- и экологически справедливого рынка. Рассмотрим те аспекты хозяйственных отношений, управление которыми принципиально необходимо для формирования такого рынка. Прежде всего потребуются системные изменения основных принципов хозяйствования, что немыслимо без экологизации экономических критериев развития. Такая точка зрения дает некоторые основания для оптимизма, поскольку переходная экономика обладает определенными возможностями, вытекающими из того факта, что рынок и его инфраструктура, институциональная система находятся в стадии формирования. По этой причине имеется реальная возможность строить сразу социально- и экологически ориентированную организационно-управленческую систему, а не перестраивать ее потом, как это делают сегодня развитые страны. Такой путь гораздо более целесообразен в долговременном периоде с точки зрения затратности.

В то же время трудность решения данной задачи состоит в том, что в отличие от развитых стран, экологизирующих экономику при уже достигнутом, относительно приемлемом уровне социального обеспечения, Росии приходится помимо экологических учитывать еще и жесткие требования социального характера. Иными словами, отсутствует имевшаяся у развитых стран историческая возможность поэтапного построения социализированной, а затем экологизированной экономики.

Российское государство обязано не просто признать равноправность социальных, экологических и экономических интересов общества, но и обеспечить создание национальной стратегии устойчивого развития России. Это будет первым шагом к выработке фундаментальных предпосылок для последующего формирования устойчивой экономической политики, но только при условий, что эти государственные цели должны быть конкретизированы, т. е. выражены в определенных параметрах; закреплены законодательно; являться объектами контроля и предполагать юридическую и экономическую ответственность субъектов за выполнение. В противном случае декларируемые благие цели устойчивого развития так и останутся лишь пожеланиями.

В условиях российской экономики с учетом ее особенностей одной из таких конкретных целей и фундаментальной предпосылкой устойчивого развития является обеспечение реструктуризации российской экономики, поскольку состояние как социальной, так и экологической сфер (динамика, воспроизводство, степень востребованности или дефицитность) в основном определяются параметрами хозяйственной деятельности и отраслевой структурой экономики. Особенно значимы изменение соотношения между добывающей и перерабатывающей промышленностью, удельный вес топливо- и энергоемких отраслей в общей структуре экономики. Эколого-экономическое законодательство должно сформулировать в качестве одной из конкретных целей достижение эколого-экономической устойчивости и экономической политики реструктуризации промышленности. Более того, эта цель должна явиться предметом общественного контроля, одним из основных требований при размещении, строительстве и реконструкции объектов, условием международного сотрудничества, а также приватизации.

Между тем сегодня отсутствует даже четкая формулировка этой цели -максимально возможное сокращение ресурсоемкой промышленности - и в законодательстве по охране окружающей среды, и в программных документах по развитию экономики. Следовательно, предлагаемые пути рационального природопользования и охраны среды исходят из неверной предпосылки - неизменности промышленной структуры и технологии. При таком подходе проблема устойчивого развития не может быть решена в принципе.

В соответствии с поставленными на макроуровне целями устойчивого развития требуется обязательная экспертная оценка всех предлагаемых к реализации государственных программ и концепций экономического и социального развития, а также частных проектов и мероприятий. Она должна рассматривать в качестве целевой функции не просто экономический рост, а его качество. Иными словами, социоэкологический контроль хозяйственных проектов и решений подразумевает комплексную оценку их возможного влияния на социальное и экологическое состояние. В процедуре оценки должны участвовать специалисты, независимые эксперты, представители широкой общественности и политических движений. Необходима юридическая разработка механизма отказа от программ и проектов, не отвечающих требованиям социоэкологической устойчивости и безопасности.

Стратегия достижения устойчивого развития через структурную переориентацию не означает немедленного закрытия всех грязных и ресурсоемких производств, предприятий добывающей и тяжелой промышленности. В переходной социально-экономической ситуации важно обеспечить подход к проведению изменениям, учитывающий их допустимые пределы и необходимые для этого временные периоды, так как "шоковые" методы могут привести к кома-тическому состоянию системы. Это уже показал печальный опыт постперестроечной "шокотерапии". Тем не менее шаги в направлении реструктуризации необходимо делать уже сейчас.

Такая установка предлагает постепенное формирование соответствующего экономического и правового климата, делающего данные производства менее выгодными, переключая капитал и другие ресурсы в менее опасные отрасли, создавая здесь новые рабочие места.

Требованию устойчивого развития также противоречат проекты, предполагающие в своей основе экстенсивные подходы: разработка новых месторождений, освоение земель, наращивание добычи ресурсов. Многие ученые справедливо полагают, что слово "освоение" вообще должно быть устранено из обихода современного менеджера, усилия должны быть направлены на более тщательное и рациональное использование уже "освоенного" (его более чем предостаточно), более глубокую переработку, использование отходов.

Существенное значение для формирования макроэкономического механизма управления устойчивым развитием имеет круг вопросов, связанный с отношениями собственности. Их изменение и состояние не может не сказаться на эколого-экономической политике страны. И если в социально-экономических отношениях механизмы управления существенно меняются, то в природоохранной деятельности до сих пор лежит механизм, сформировавшийся в основном в 1970-1980-е гг. Его основу составляют система экологических стандартов, содержащих требования к процессам производства, хранения, транспортировки и утилизации продукции, строительства объектов.

Экономические решения при наличии одного собственника - государства - принимались исходя из схем развития и размещения производительных сил, ставящих своей целью соблюдение межотраслевой пропорции, сбалансированности потребностей различных отраслей в ресурсах, включая природные. Это были отраслевые (территориальные) схемы, либо их синтез - территориальная схема, по которым производилась оценка состояния природного потенциала территории, окружающей среды, ограничений и предпосылок для размещения тех или иных производств. При разработке их использовались два основных принципа, вытекающих из законов экономии времени и стоимости (максимальное приближение поставщиков к потребителям, сокращение транспортных издержек), а также принцип комплексного развития отраслей и территорий. Хотя зачастую эти экономические цели противоречили социальным и экологическим, они содержали и разумное желание сбалансировать эти интересы между собой на макроуровне. Однако практика показала, что этот механизм все же не в состоянии обеспечить экологическое равновесие.

В 1990г. в качестве эксперимента были введены платежи за загрязнение окружающей среды. Это положило начало формированию экономической системы экологического регулирования, которая должна была по своему определению и задачам соответствовать начавшейся рыночной реформации. Однако в силу низкой стимулирующей роли платежей для кардинальной технологической перестройки (пример развитых стран) такая мера более эффективна в период эволюционного развития экономики, но не в переходный.

В нашей стране введение платы за загрязнение ускоряет развал старой воспроизводственной структуры, подобно тому как старая воспроизводственная структура развитых стран практически рухнула при резком скачке цен на нефть. Природоохранные платежи могут, таким образом, рассматриваться как временная, паллиативная, но далеко не единственная мера в решении проблемы эколого-экономической устойчивости.

С принятием Федерального закона "Об охране окружающей природной среды" (1992 г.) были введены такие экономические методы, как договоры и лицензии на комплексное природопользование, разрешение на выброс, система налоговых льгот, система экологических фондов, предоставление кратко- и долгосрочных кредитов на экологические цели. Однако, как показывает практика, эффективность их слишком низка. Это можно объяснить, по крайней мере, двумя причинами: не все из перечисленных мер применяются (в частности, налоговые льготы); имеет место смешение методов - новых, соответствующих рынку, и старых, сохраняющих характерные черты административно-командного механизма управления.

Вместе с тем эти две причины вытекают из одной более существенной -методы экологического регулирования ни теоретически, ни практически не вписаны в макроэкономический механизм стратегического управления национальным развитием.

В числе основных предпосылок формирования такого механизма на макроуровне, воздействующего на совокупный спрос и предложение, можно выделить три блока вопросов: регулирование отношений собственности на природные ресурсы и объекты, их использующие; финансово-кредитная политика; ценовая политика.

Важность первого блока определяется следующими обстоятельствами: значимостью запасов природных ресурсов для национальной экономики, а также неравномерностью их распределения на территории страны. Учитывая это, недопустимо формирование в нашей стране отношений собственности на природные ресурсы по типу США, где львиная доля собственности сосредоточена в руках весьма незначительного числа владельцев. В то же время необходимо четкое и дифференцированное определение субъектов и объектов собственности по отношению к природным ресурсам.

В сегодняшней ситуации наблюдается смешение формальных и неформальных собственников на природные ресурсы, а также нет достаточной определенности объекта собственности. Вопрос о том, кому принадлежит ассимиляционный потенциал территории, остается открытым. С одной стороны он принадлежит всему обществу, с другой - каждое административно-территориальное образование должно иметь хозяйственное право распоряжаться своим потенциалом. Это порождает множество неясностей правового характера и в итоге бессистемное использование экономико-экологического потенциала в целом. Следовательно, необходимо распределение государственных, региональных и местных прав на паритетной основе, т. е. определение юридического собственника. При этом, однако, надо помнить об относительности права собственности на природные ресурсы, поскольку с теоретической точки зрения собственность на природные ресурсы не может принадлежать какой-то группе людей, но экономическая, социальная и экологическая ответственность ни в коей мере не снимается с тех, кто этот потенциал использует. Это означает общественный контроль за процессом экономического использования ассимиляционного потенциала с точки зрения устойчивого развития.

Отношения собственности возникают и в том случае, если ресурс не рассматривается законодательством как объект собственности, но так или иначе используется или подвергается воздействию. Поэтому необходим учет и таких объектов. Распределение объектов экологической собственности должно осуществляться с учетом роли конкретного объекта в формировании макроэкономических показателей, а также на мировом рынке. Кроме того, необходимо учитывать соотношение распространяемости того или иного природного ресурса и величины спроса на соответствующем рынке ресурсов.

Решение этих вопросов дает основу для разработки конкретных экономических механизмов устойчивого развития, определения набора методов и приемов воздействия на экономическое поведение субъектов, с тем чтобы направить их в нужное с точки зрения социальной экологии русло.

Мировая практика убеждает в том, что при отсутствии цивилизованного рынка и наличии жестких ограничений - (финансовых, технологических, информационных) обществу особенно важно иметь возможность макроэкономического прогнозирования, а значит, более высокой степени управляемости системы. В условиях современной России начинать и проводить эколого-экономическую политику вслепую, без просчета ее воздействия на хозяйственную сферу в целом, и особенно на социальную сферу, было бы губительным. В этой связи экологическая политика переходной экономики в большой мере должна опираться на экономические методы прямого регулирования, позволяющие определять величину необходимых общественных расходов и доходов.

Это, прежде всего, установление жестких нормативов на основе данных о средней предельной стоимости объемов выбросов загрязняющих веществ. Теоретически предприятие будет вкладывать средства в экологизацию своего производства до тех пор, пока объем этих средств меньше платы за выброс, т. е., пока это не перестанет быть экономически выгодным. По этому принципу определяются общие средние требования промежуточных нормативов снижения выбросов в течении определенного срока, которые согласуются с ранее установленной величиной общественно-приемлемых экологических расходов.

Институционально установленная общая величина экологических расходов общества выполняет роль экономического норматива для экологического регулирования на макроуровне. До отдельных отраслей и предприятий он доводится через экологические нормативы предельно допустимых загрязнений определенной жесткости. Таким образом, становится возможной увязка и сопряжение экологического и социально-экономического планирования. Оценка экономических последствий такого регулирования-должна проводиться при каждом последовательном повышении промежуточных экологических нормативов, что проясняет поведение и других макроэкономических показателей: динамику цен, ВНП, занятость, воздействие на внешнюю торговлю, эффективность инвестиций и т. д.

Важнейшим шагом на пути повышения устойчивости является обеспечение объективной нерыночной оценки экстерналий - внешних ущербов среде и населению. Затраты по их возмещению не могут быть полностью переложены на российского производителя, находящегося и без того в жестких условиях налогообложения. В перераспределении расходов велика роль государственных трансфертов, экологических фондов, банков и страховых компаний с введением обязательного страхования горно-добывающих предприятий и ТЭК по аналогии с механизмами развитых стран.

Социально-экологическая оценка экстерналий должна проводиться с учетом не только затрат на возмещение минерально-ресурсной базы, лишь частично покрываемой платой за пользование и загрязнение, но в обязательном порядке с учетом степени удовлетворения экологических потребностей населения, его социоэкологического состояния. При этом не исключена и даже желательна балльная оценка, не подверженная ценовым факторам и сдвигам. Проведение ее соответствующими специалистами, экологами, медицинскими работниками должно стать ограничительными факторами экономической политики на государственном и региональном уровнях. Необходимо также широкое опубликование результатов такой периодически проводимой оценки наряду с результатами собственно хозяйственной деятельности в квартальном и годовом разрезах.

Следующий большой блок вопросов связан с отработкой ценового механизма и оценкой ресурсов как метода управления спросом на ресурсы и их предложением. В основе подхода к такой оценке должен лежать принцип максимально полного учета экологической составляющей при определении стоимости ресурса, что окажет влияние на выбор направлений его использования. Задача сложна своей двойственностью: с одной стороны, необходимо удовлетворение ресурсной потребности для подъема экономики, с другой -сохранения запасов ресурсов для будущих поколений. Представляется, что на данном этапе было бы преждевременным использование чисто рыночных ценовых механизмов в природопользовании, особенно в отношении невозобновимых ресурсов. Тем не менее ни в коем случае нельзя допускать бесплатное пользование природными ресурсами.

Здесь необходимо исходить из того, что большинство природных ресурсов, как возобновляемых, так и невозобновляемых, в той или иной степени истощаемы. Это означает, что потенциально возможны такие схемы их использования, при которых их запасы и предложения могут быть доведены до нуля. Риск особенно возрастает в переходный период, когда используется заниженная оценка стоимости ресурсов в процессе приватизации и сделках купли-продажи и имеет место стремление максимизировать прибыль от их использования в короткие сроки.

Известно, что рыночная эффективная цена ресурса должна равняться сумме замыкающих издержек добычи и цены неизвлеченного ресурса, которая растет экспоненциально, чтобы обеспечивалась настоящая норма прибыли. Рациональная политика в отношении исчерпаемых ресурсов должна включать и согласовывать две стороны: поток извлекаемых ресурсов и запас оставшегося ресурса таким образом, чтобы добиться оптимального результата. Однако этот механизм "работает" лишь при наличии ряда условий: высококонкурентный рынок, низкая неопределенность будущей конъюнктуры и, в частности, положения на рынках природных ресурсов. То есть имеется полная информированность субъектов рынка о капиталовложениях, структуре производства, научных разработках и т. п. В условиях несформировавшегося рынка, неразвитой информационной базы, непреодоленной монопольности положения крупных ТЭК трудно ожидать установления экологически справедливых цен на ресурсы.

Исходя из этого целесообразно укрепление государственного контроля за использованием сырья, регулирование его добычи (особенно невозобновляемых видов), направленное на сокращение темпов истощения. Однако методы контроля должны носить адекватный рынку характер. При положительной эластичности спроса на ресурс (наличии заменителей) это может быть осуществимо путем лимитирования количества поставляемого на рынок ресурса и тем самым поддержания высокой цены на него. Аналог такого воздействия -пример с ОПЕК, которая дала толчок переориентации развитых стран на энергосберегающие технологии и сокращению энергоемкости производства на две трети.

Чтобы избежать подавления деловой активности и социальных осложнений, высокие, но экологически справедливые цены на отдельные виды ресурсов должны компенсироваться дифференцированной системой субсидирования и других трансфертных выплат для различных потребителей, находящихся в худших условиях по объективным причинам. Последнее относится как к отдельным предприятиям, так и к определенным категориям населения.

К числу важнейших рычагов согласования целей устойчивого развития на макро- и микроуровне относятся, безусловно, финансово-кредитная и налоговая системы (1). Устойчивое развитие в принципе исключает единое субсидирование промышленных предприятий, поскольку продолжает тенденцию неэкономического роста, когда издержки растут быстрее, чем прибыль. Государственное субсидирование можно использовать, лишь тщательно выбрав хозяйственный объект на основе его социоэкологоэкономической перспективности. Здесь необходимо целевое финансирование и кредитование только тех предприятий, которые отвечают требованиям устойчивого развития с тщательным контролированием расходования выделенных средств.

Учитывая масштабы недропользования в стране, требуется существенно повысить экономическое значение налогов и платежей за природопользование: помимо увеличения ставок отчислений на воспроизводство минерально-сырьевой базы усилить конрольно-надзорную деятельность за установлением ее объема и стоимости.

В целом структура налоговой системы страны должна быть изменена так чтобы в доходной части бюджета значительно увеличилась доля платы за пользование природными ресурсами по сравнению с доходными налогами на физических лиц и другими налогами, например, на малый и средний бизнес, ресурсосберегающие и экологически чистые производства.

Одной из эффективных мер социоэкологоэкономической устойчивости, направленной на повышение доли устойчивого ВВП, является также введение сроков ускоренной амортизации экологически чистой и ресурсосберегающей техники, что увеличивает скорость возмещения основного производственного капитала. Так, допустимые нормы амортизации составляют в Японии, США и Германии от 50 до 100% в первый год, для малых и средних предприятий - по 30% стоимости оборудования ежегодно в течение трех лет.

В целом с помощью финансово-кредитных рычагов представляется рациональным постепенное формирование соответствующего эколого-протекцио-нистского инвестиционного климата с изменением его приоритетов. Банковский рейтинг должен учитывать при выдаче кредитов степень не только экономической, но и экологической выгодности проектов, экологический риск. В частности, необходимо льготное налогообложение экологически чистых производств, инвестиционная поддержка "зеленых" бизнес-проектов, конкурсная основа финансирования программ и проектов исходя из социоэкологических приоритетов.

Безусловно, важна финансовая поддержка развития сферы экологических услуг - экологического аудирования, менеджмента, консалтинга. Одно из весьма прогрессивных направлений - эколого-экономическое проектирование объектов.

Однако предложение этого рода услуг будет формироваться и расти только при появлении и повышении спроса на них. Иначе говоря, эта сфера является своего рода производной от решения фундаментальных задач, рассмотренных выше. Она не появится, если будет отсутствовать социальный заказ на такие услуги.

Так, с введением обязательной социоэкологической оценки проекта потенциальным инвесторам сложнее самостоятельно определить эффективность помещаемого капитала. В таких условиях еще на стадии выбора технологии инвестору нужно делать выбор в пользу либо удешевления проекта, либо снижения его экологической опасности. При выборе места его реализации, размещения возникает необходимость учитывать ряд условий, связанных с использованием в принятой технологии природных ресурсов: их наличие, качество, цену с учетом экологического налогообложения, размер потенциальной зоны загрязнения, а также применяемую в данном регионе систему государственного природоохранного регулирования и уровень региональной экологической напряженности.

Иными словами, инвестору требуется определить и сопоставить социоэко-логоэкономические шансы и риски. Проделать такую большую аналитическую работу он не в состоянии самостоятельно, поэтому придется обращаться к экспертам и консультантам. В результате как отклик на спрос будет развиваться соответствующее предложение. Особенно важно здесь создание систем социально-экономической информации, накапливающей банк данных об инвестиционных проектах и методиках, субъектах инвестиционной деятельности, новых технологиях, видах услуг и т. п.

Социальную значимость имеет тот факт, что развитие сферы экологических и информационных услуг способно одновременно снять напряженность в сфере занятости, создавая новые, достаточно высокооплачиваемые рабочие места.

Несмотря на то, что в реализации экономической стратегии с учетом требований устойчивого развития чрезвычайно велика роль центра, большая роль в этом принадлежит регионам (2). В связи с этим повышение устойчивости экономики включает в качестве одной из составляющих сбалансированное развитие их при устойчивости региональных экосистем. Границы экосистем далеко не всегда совпадают с административно-территориальным делением, в связи с чем специалистами предлагается переход к иным - экосистемным принципам хозяйственного управления.

Представляется, однако, что такое изменение, затрагивающее практически все стороны социально-экономической жизни и требующие колоссальных затрат, не может рассматриваться как экономически целесообразное и реальное. Подобный переход возможен по мере накопления запаса устойчивости в социально-экономической подсистеме, равно как и переход от отраслевой структуры управления к экосистемной. Пока же указанные широкомасштабные трансформации не под силу даже промышленно развитым странам.

Поскольку возможности экономического развития регионов довольно жестко ограничены их ассимиляционным потенциалом, с его учетом должен определяться социально-экономический потенциал той или иной территориальной экосистемы и осуществляться регулирование его развития. Оно должно ориентироваться на применение принципа максимальной самообеспеченности региона с сокращением количества экологически нерациональных обменов и наиболее эффективным использованием собственных производственно-экологических возможностей.

В качестве основного приоритета российской экономики необходимо рассматривать повышение ее социально-личностной устойчивости: сохранение и накопление физического и интеллектуального потенциала нации, обеспеченность социально- и экологически приемлемыми рабочими местами, сохранение здоровья населения, уровня его образования и культуры как главного ресурса экономики. Макроэкономическим условием этого в стратегическом плане следует рассматривать реструктуризацию совокупного спроса и предложения по методу существенного влияния государства на экономику. Прежде всего это ограничение спроса на природные ресурсы, особенно невозобновимые, путем существенной дифференциации уровня платежей за пользование природных ресурсов и налогообложения в первичных отраслях по сравнению с социально- и экологически ориентированными отраслями и производствами; расширение спроса на квалифицированный интеллектуальный труд, создающий необходимый уровень платежеспособности населения как основы социально-личностного воспроизводства и стимула для экономического роста; кредитно-финансовая поддержка проектов и решений, направленных на повышение эколого-экономической и социально-личностной устойчивости.

Реструктуризация спроса предполагает также формирование системы внебюджетных организаций (фондов, банков, ассоциаций и страховых компаний) и реформирование управляющих органов для планирования и реализации устойчивой социоэкологоэкономической политики на общегосударственном и региональных уровнях; разработку и внедрение системы социоэкологических ограничений и ориентиров хозяйственного развития на различных уровнях управления; формирование и развитие экологических потребностей населения как элемента общенациональной и общечеловеческой культуры и ограничителя спроса на природные ресурсы.

В настоящее время в развитых странах практически повсеместно, по крайней мере на уровне крупнейших компаний, экология ставится в качестве одной из главных задач развития корпоративной стратегии бизнеса. Фирмы, не принимающие во внимание экологический фактор, несут убытки, а в будущем будут нести еще большие издержки.

Таким образом, переход к устойчивому развитию требует такой экологической ориентации хозяйства, которая достигается путем повсеместного и постоянного учета экологического фактора при принятии управленческих решений.

Комментарии (0)add comment

Написать комментарий
меньше | больше

busy