Кандидаты в чемпионы: средние быстрорастущие компании и программы их поддержки


Кандидаты в чемпионы: средние быстрорастущие компании и программы их поддержки

Медовников Д.С.
директор Института менеджмента инноваций (ИМИ) НИУ ВШЭ
Оганесян Т.К.
ведущий аналитик ИМИ НИУ ВШЭ
Розмирович С.Д.
директор Центра исследований сферы инноваций ИМИ НИУ ВШЭ


Слой среднего быстрорастущего бизнеса, занимающего лидирующие позиции на своих рынках, присутствует во многих экономиках, но пристальное внимание к нему со стороны исследователей и чиновников возникло в последние годы. Более того, в ряде стран ведется активная дискуссия о мерах государственной поддержки таких компаний. Разрабатывается комплекс программ и инструментов для создания максимально благоприятных условий развития этого типа бизнеса. Несмотря на терминологические, а порой и содержательные расхождения (в одних странах предпочитают говорить о поддержке быстрорастущих инновационных фирм, в других используют термин немецкого исследователя Г. Симона «скрытые чемпионы»), большинство специалистов сегодня признают средние быстрорастущие компании важной частью национальных экономик.

В странах Западной Европы развитая институциональная среда позволяет этим фирмам успешно функционировать и развиваться органически. Поэтому различные госпрограммы развития перспективных быстрорастущих компаний среднего масштаба носят характер «мягкого стимулирования». Европейские инициативы прежде всего ориентированы на оказание государством информационно-консультативной поддержки своим «скрытым чемпионам» и создание максимально благоприятных условий для их дальнейшего роста. На общеевропейском фоне выделяется Великобритания, которая в последние годы запустила несколько амбициозных проектов по созданию глобальных инновационных лидеров из конкретного набора средних быстрорастущих компаний. В ряде стран Юго-Восточной Азии (прежде всего в Южной Корее, Малайзии и на Тайване) в последние годы прилагаются активные усилия по искусственному ускорению развития национальных инновационных компаний и превращению их в активных игроков на мировых рынках.

Базой для приоритетного проекта по поддержке частных высокотехнологичных компаний-лидеров в России (в соответствии с приказом министра экономического развития от 7 июля 2016 г.) выбран рейтинг «ТехУспех» (составляется с 2012 г.). К концу года предполагается отобрать 30 компаний из рейтинга для проекта министерства. Ключевые параметры (средние ежегодные темпы прироста выручки, среднегодовой объем продаж, доля средних затрат на НИОКР и др.) входящих в этот рейтинг компаний в целом соответствуют типичным критериям, используемым для выявления быстрорастущих инновационных фирм в зарубежных исследованиях и программах. Участники рейтинга намерены и далее расти довольно высокими темпами, выводить на рынок новые инновационные продукты, укреплять лидерские позиции на рынках России и наращивать экспорт. При этом многие из них отмечают наличие препятствий на пути сохранения темпов роста и реализации их стратегий, но далеко не все способны преодолеть эти барьеры без специальных мер поддержки и программ стимулирования со стороны государства.

Обзор публикаций по теме быстрорастущих компаний

Важнейшую роль в наметившемся к концу XX в. постепенном переключении внимания исследователей от крупных корпораций к малым и средним предприятиям (МСП) и входящей в эту категорию подгруппе быстроразвивающихся компаний сыграла опубликованная в 1981 г. статья Д. Берча (Birch, 1981) под броским заголовком «Кто создает рабочие места?». В этой статье он предложил новую классификацию фирм:

  • «слоны» (elephants) — устоявшиеся крупные корпорации, которые не демонстрируют заметную позитивную динамику;
  • «мыши» (mice) — мелкие компании, представляющие подавляющее большинство бизнес-сообщества;
  • «газели» (gazelle companies) — новые, быстроразвивающиеся фирмы.

По мнению Берча, именно компании третьего типа выступают главными генераторами экономической активности, создавая в развитых странах более половины новых рабочих мест. Позднее Берч и его коллеги эмпирически проверили эту гипотезу для экономики США и пришли к выводу, что примерно 2/3 всех новых рабочих мест в ней в исследованный период создали МСП и особенно молодые инновационно-ориентированные компании (Birch, Medoff, 1994).

Эти оценки Берча нашли подтверждение и для других развитых стран. В частности, схожие результаты были получены в ходе сравнительного анализа примерно 20 публикаций по данной теме, осуществленного М. Хенриксоном и Д. Йоханссоном (Henrekson, Johansson, 2010), а также группой немецких исследователей под руководством К. Даутценберга (Dautzenberg et al., 2012).

За прошедшее с момента первых публикаций Берча и его последователей время (более 30 лет) зарубежные исследователи предложили множество общих концептуальных подходов и практических методик изучения феномена быстрорастущих компаний. Однако в большинстве подобных публикаций используются сильно отличающиеся исходные критерии оценки и методологические подходы, что значительно усложняет задачу сравнительного анализа и обобщения представленных результатов. (О наличии этой серьезной проблемы говорят многие авторы; см., например: Kolar, 2014; Brown et al., 2014.)

При этом следует уточнить, что предложенный Берчем термин «газели» позднее был переведен в категорию вспомогательных, а в официальных документах, в частности в докладах и отчетах ОЭСР, стали использовать конструкцию «быстрорастущие фирмы (компании, предприятия)» (high growth firms (HGFs), companies, enterprises). Тем не менее определенная размытость границ, а равно и взаимозаменяемость, между этими двумя базовыми терминами сохраняется до сих пор.

Во второй половине 2000-х годов эксперты ОЭСР попытались дать универсальное определение быстрорастущих фирм. Так, в 2007 г. они предложили следующие критерии: «HGFs — все предприятия со средним пересчитанным на годовой основе темпом прироста более 20% ежегодно в течение трехлетнего периода. В качестве показателя прироста может использоваться либо число работников (сотрудников), либо оборот компаний» (OECD, 2007).

Предпринимались попытки предложить более развернутую классификацию быстрорастущих компаний. Берч и его коллеги в 1995 г. выделили в особую группу «суперзвезд» («superstars») компании-«газели», в которых на начало наблюдения насчитывалось 100 или более сотрудников (Birch et al., 1995). В более позднем исследовании американских компаний (Acs et al., 2008) была идентифицирована особая группа так называемых «super-high-impact firms» (можно перевести как «суперэффективные фирмы», в отличие от прочих компаний-«газелей», названных просто «высокоэффективными» («high-impact firms»), которые на начальном этапе имели не менее 500 работников.

Помимо проблемы с определением исходных критериев быстрорастущих фирм, лонгитюдный анализ этих компаний затруднен в силу неустойчивой динамики их развития. Более того, наблюдаемый в тот или иной период быстрый рост таких фирм, как правило, нельзя рассматривать в качестве надежного признака сохранения позитивной динамики на следующем временном отрезке. Прямым следствием этой неустойчивости становятся частые перемещения в различных рейтингах и базах данных таких компаний, составляемых исследователями и специализированными агентствами. Особенно отчетливо неустойчивость прослеживается при изучении популярных рейтингов быстрорастущих компаний, например американского INC 500 или английского Fast Track 100 (Brown et al., 2014).

Отметим ключевые результаты двух крупномасштабных исследований, проведенных во второй половине 2000-х годов. Британские специалисты (Anyadike-Danes et al., 2009) установили, что, во-первых, в изученной ими выборке порядка 80% компаний действительно относились к нижнему сегменту МСП, то есть насчитывали 50 и менее сотрудников, причем примерно в половине из них численность персонала составляла от 10 до 19 человек. Однако с точки зрения относительного вклада различных типов HGFs в создание новых рабочих мест общая картина существенно различалась: верхний сегмент — достаточно крупные компании с числом сотрудников от 250 человек и более на начальный год анализа — обеспечил создание почти половины (45,9%) всех новых рабочих мест в исследованный период (в 2005-2008 гг.), хотя доля этой группы в общем числе британских быстрорастущих компаний составляла около 5%; кроме того, возраст 70% британских HGFs составлял пять и более лет.

Практически аналогичные результаты по среднему возрасту HGFs были получены в исследовании американских компаний. З. Акс и его коллеги (Acs et al., 2008) установили, что 70% общего числа HGFs США (к числу таковых, в полном соответствии с мейнстримовским определением ОЭСР-2007/2008, они отнесли компании с ежегодным приростом выручки на 20% и более в течение трех лет наблюдения) составили фирмы, возраст которых пять и более лет. При этом наиболее динамичные американские компании из выборки (общий прирост выручки которых за три года составил от 100% и выше) оказались значительно старше — более 25 лет.

Р. Браун и К. Мейсон (Brown, Mason, 2012) отмечают, что полученные в последнее десятилетие данные о среднем возрасте быстрорастущих компаний заставляют как минимум поставить под сомнение справедливость традиционного акцента большинства разработчиков различных госпрограмм стимулирования малого и среднего бизнеса на активной поддержке предприятий на самых ранних стадиях их развития.

Еще один популярный ранее тезис, также подвергшийся существенной корректировке, — предположение о том, что большинство HGF относятся к числу высокотехнологичных компаний. Эта точка зрения не получила убедительных подтверждений по результатам большинства эмпирических исследований. На самом деле следует говорить о наличии значительной отраслевой и технологической разнородности таких компаний и об их присутствии практически во всех секторах современной экономики. Об этом свидетельствуют, в частности, результаты исследований шотландских HGF (Brown, Mason, 2012), а также шведских компаний (Henrekson, Johansson, 2010).

Впрочем, неверно считать, что быстрорастущие компании не относятся к числу инновационных. Напротив, практически все зарубежные исследователи HGF сходятся во мнении, что они по своей природе просто обязаны быть таковыми, и, скажем, по некоторым оценкам, средняя доля расходов на R&D в общем объеме их выручки примерно вдвое превышает типичный уровень прочих компаний (Hart et al., 2009).

Остановимся на исследованиях феномена быстрорастущих компаний в современной России. Самые ранние попытки их анализа были предприняты в 2003 г. в Финансовой академии при Правительстве РФ в форме case studies наиболее успешных фирм ряда отраслей (Юданов, 2007а; 2007b). Позднее исследованиями успешных компаний среднего бизнеса стала заниматься группа аналитиков журнала «Эксперт» (Виньков и др., 2008).

В 2010-2012 гг. А. Юданов и его коллеги изучили официальные базы данных за 1999-2010 гг. всех российских предприятий с объемом выручки свыше 300 млн руб. За основу был принят «алгоритм Берча», согласно ему к «газелям» причислялись компании, в которых выручка росла на 20% и выше в каждом году на протяжении не менее 5 лет подряд (Юданов, 2010). По итоговым оценкам, в «докризисный период» (1999-2007 гг.) общая доля «газелей» в России составляла порядка 12-13% числа фирм, то есть в несколько раз превышала соответствующие средние показатели в странах Запада (3-5%). Позднее Юданов сделал полезное уточнение1: после кризиса 2008-2009 гг. численность российской популяции «газелей» в среднем снизилась в 4-5 раз и процесс ее восстановления идет медленно, преимущественно за счет «подрастающих» малых фирм. В то же время эта тенденция соответствует общемировому тренду: восстановление численности зарубежных «газелей» в первые годы после кризиса характеризуется заметным торможением.

В последнее время усилился интерес исследователей к феномену «газелей» в России. Помимо работ Юданова и его коллег можно упомянуть относительно недавние публикации В. Бариновой и др. (2015), В. Бархатова и В. Плетнева (2015), а также статью О. Сагиновой и ее коллег (2012), посвященную анализу феномена «скрытых чемпионов».

Альтернативная концепция «скрытых чемпионов»

В конце XX в., изучая практику МСП в Германии, Симон разработал концепцию так называемых «скрытых чемпионов» (СЧ, в английской версии — hidden champions, в немецкой — heimliche/unbekannte Gewinner; см.: Simon, 1996; 2007; 2012). Этот новый подход можно рассматривать в качестве альтернативной модели анализа быстрорастущих компаний, хотя по ряду исходных критериев и формальных характеристик «скрытые чемпионы» Симона и компании-«газели» заметно отличаются. Так, согласно одной из возможных трактовок, «скрытые чемпионы» — нечто вроде особой разновидности HGF — относительно более «устойчивые» (sustainable) растущие компании.

Впервые выявленные Симоном «скрытые чемпионы» (mittelstand, «средний класс») составляют прослойку преимущественно региональных семейных предприятий Германии и соседних немецкоязычных стран, с долгой и успешной историей ведения бизнеса, получающих основной доход от экспортных продаж. Позднее Симон и его коллеги выявили эти компании и в других странах. Согласно последней базе данных, которую на протяжении более чем 20 лет ведет сам автор и его помощники, в различных странах насчитывается около 2800 «скрытых чемпионов» — в первоначальном списке 1996 г. их было чуть более 1300 (см.: Guinchard, 2015).

«Скрытые чемпионы», как и HGF, должны регулярно демонстрировать более высокие финансово-экономические показатели по сравнению со среднерыночными. Так, по оценкам самого автора (Simon, 2012), для этих компаний, как правило, характерен устойчивый органический рост — в среднем около 9% ежегодно (по объему выручки).

В исследовании, проведенном специалистами McKinsey в 2007 г., проанализировано порядка 5000 немецких компаний среднего бизнеса и выбраны соответствующие по основным характеристикам формальным требованиям Симона для СЧ. По результатам исследования был опубликован обзорный доклад (Meffert, Klein, 2007), в котором предпринята попытка построить теоретическую модель типичного жизненного цикла таких компаний.

Модель выглядит следующим образом. На начальном этапе развития компании-СЧ занимают узкие ниши (specialisers), преимущественно используют в своей рыночной стратегии инкрементальные инновации. В дальнейшем они превращаются в «лидеров технологических компетенций» (competence leaders). Перейдя в этот статус, СЧ осваивают соседние рыночные сегменты и становятся все более экспортоориентированными. В результате наиболее успешные компании-СЧ превращаются в настоящих «инновационных чемпионов», то есть в реальных технологических лидеров, способных постоянно генерировать инновационные идеи и решения (Meffert, Klein, 2007).

Р. Грюнвальд позднее попытался развить эту концепцию, интегрировав ее с программой исследований HGF (Gruenwald, 2014). В частности, он отмечает, что период жизни HGF от 5 до 25 лет (с момента создания) — ключевой для определения дальнейшей траектории их развития. На данной стадии жизненного цикла компаний выясняется, обладают ли они достаточным потенциалом, чтобы стать в дальнейшем подлинными «скрытыми чемпионами». Именно в этот период государство должно особенно активно помогать таким компаниям, предоставляя им различную финансовую поддержку (в виде субсидий, грантов, льготных займов и т. п.), а также оказывая персонифицированное информационно-консультативное содействие.

Российский рейтинг быстрорастущих технологических компаний «ТехУспех»

В 2012 г. Российская венчурная компания (РВК) в партнерстве с Ассоциацией инновационных регионов России (АИРР) разработали Национальный рейтинг быстрорастущих технологических компаний «ТехУспех». В 2013 г. к формированию рейтинга в качестве партнера проекта присоединилась компания PwC. В 2015 г. в число партнеров вошел Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики».

Текущая методология проведения рейтинга разработана PwC в 2013 г. и модифицирована в 2014 и 2015 гг. При разработке методологии использован опыт PwC в осуществлении подобных исследований, а также проведен анализ наиболее актуальных и авторитетных международных исследований и рейтингов инновационных компаний — The Most Innovative Companies 2012 (The Boston Consulting Group), The World's Most Innovative Companies (Forbes), TOP 100 Global Innovators 2012 (Thompson Reuters), The Global Innovation 1000 study of R&D spending (Booz&Co), Technology Fast 50 — Technology, Media, Telecom 2012 (Deloitte), How Companies Approach Innovation (McKinsey Global Survey).

В рейтинг отбираются компании, соответствующие квалификационным требованиям, пороговые значения которых были рассчитаны исходя из среднеотраслевых показателей:

  • выручка компании (группы компаний) за предыдущий год составляет от 100 млн до 10 млрд руб.;
  • среднегодовой темп роста (CAGR) выручки за последние три года — не менее 15%;
  • за последние три года компания вывела на российский рынок как минимум один новый или существенно улучшенный продукт/услугу, разработанные на основе собственных или приобретенных результатов НИОКР, при этом доля выручки от продаж такой продукции/услуг составляет в среднем не менее 30%;
  • средние за последние три года затраты на НИОКР — не менее 5% выручки;
  • средние за последние три года затраты на технологические инновации — не менее 10% выручки;
  • минимальный возраст компании — четыре года.

Специалисты PwC проанализировали данные, предоставленные топ-50 участников рейтинга 2015 г. Как показал анализ, несмотря на кризисные явления в экономике, выручка технологических «газелей» в целом выросла на 35% по сравнению с предыдущим годом. В пересчете на одну компанию средний объем выручки составил порядка 1,6 млрд руб. Их общие расходы на технологические инновации увеличились на 19%. Каждая компания в среднем тратит 26% своей выручки на технологические инновации, доля расходов на НИОКР равна 12% ежегодного оборота. Средний возраст компаний — 19 лет, средняя численность сотрудников превысила 500 человек.

По итогам 2012-2015 гг. в рейтинг «ТехУспех» вошли в общей сложности 179 российских компаний. При этом в ходе предварительного отбора организаторы проекта проанализировали данные более 1500 компаний. Таким образом, рейтинг «ТехУспех» сам по себе уже выборка, представляющая компании, которые в наибольшей степени отвечают критериям быстрого роста, наукоемкости и масштабности бизнеса.

Портрет российской быстрорастущей технологической компании

В сентябре-ноябре 2015 г. сотрудники Института менеджмента инноваций НИУ ВШЭ при поддержке РВК провели выборочное исследование компаний — участников рейтинга «ТехУспех». Основной задачей было выявить ключевые факторы успешности компаний и барьеры на пути их развития, уровень их инновационной активности, особенности организации, стратегии технологического развития, характер взаимоотношений с государством. Исследование также включало анализ форм и методов поддержки средних быстрорастущих технологических компаний за рубежом, оценку результативности мер государственной поддержки таких компаний в России и перспектив дальнейшего стимулирования государством развития технологического бизнеса в стране.

Представленные в настоящей статье результаты исследования основаны на анкетировании 75 компаний из числа 179 участников рейтинга «ТехУспех» (42% общего числа). Мы также провели 10 углубленных интервью с руководителями компаний, проинтервьюировали 10 представителей государственных учреждений и институтов развития РФ. Отметим, что это исследование стало логическим продолжением анализа компаний — участников рейтинга «ТехУспех», осуществленного в 2014 г.2

Средняя продолжительность существования компаний, представленных в нашей выборке, составила 20,5 года3. Всплеск активности по их созданию наблюдался в первой половине 1990-х годов. Второй, меньший всплеск фиксируется в первой половине 2000-х годов (рис. 1).

Распределение ответов на вопрос: В каком году начала свою работу Ваша компания?

Компаниям был задан вопрос: «Что Вы считаете главными факторами успеха Вашей компании?». Наиболее упоминаемыми вариантами стали «оригинальные научно-технические идеи» (59% опрошенных), «сильный коллектив разработчиков и конструкторов» и «высокое качество продукции» (по 57%), то есть фактически были перечислены три классических компонента — «инновации — команда — рынок». Свой рост компании связывают с выводом на рынок новых, инновационных продуктов (76%), с получением заказов от крупных потребителей (43%) и с вводом новых производственных мощностей (38%) (рис. 2).

Распределение ответов на вопрос: Какие факторы стимулировали рост компаний в последние три года?

Собственные средства были и остаются главным источником финансирования развития фирм: руководители ряда опрошенных компаний заявили, что кредитоваться в банках на предлагаемых условиях они не могут. Впрочем, как показали результаты анкетирования, за последние три года в той или иной форме кредитные ресурсы привлекало более 2/3 (69%) опрошенных компаний. Также многие из них, как оказалось, прибегали к государственным грантам и займам (31%). Помимо трудностей с финансированием, росту компаний — участниц исследования препятствуют различные рыночные ограничения (рис. 3).

Распределение ответов на вопрос: Какие факторы ограничивали развитие компании в последние три года?

Абсолютное большинство (78%) компаний в настоящее время поставляют свою продукцию на экспорт. В среднем доля экспортной составляющей в общей выручке компаний равна 10%. Основными экспортными рынками выступают страны СНГ, реализуют свою продукцию в развитых странах 48%, в развивающихся — 39% опрошенных компаний. Добавим также, что, как показали проведенные интервью, большинство руководителей компаний в настоящее время уделяют значительное внимание вопросам выхода на внешние рынки. Этот интерес связан, с одной стороны, со стагнацией российской экономики, а с другой — с девальвацией рубля, которая сделала российские товары более конкурентоспособными на мировом рынке.

Респондентам был задан вопрос: «Кто признанный лидер в компании?». Выяснилось, что в большинстве компаний (68%) лидером считают генерального директора (CEO). Причем в 70% компаний лидер — в одном лице топ-менеджер и собственник, что обеспечивает полный контроль за деятельностью компании. Средний возраст лидеров компаний составляет 54 года (рис. 4), 2/3 из них старше 50 лет. При текущей модели развития с имеющимися лидерами у опрошенных компаний есть еще порядка 10-15 лет, чтобы выйти на новые рубежи.

Распределение ответов на вопрос: Кто лидер в Вашей компании?

Абсолютное большинство опрошенных компаний (89%) считают возможным и стремятся уже в ближайшие пять лет выйти на качественно новый уровень развития (рис. 5). Им было предложено конкретизировать свое видение результатов, которых они надеются достичь (рис. 6). Распределение ответов на вопрос, какие виды господдержки могли бы серьезно ускорить развитие компании в случае ее получения в ближайшие три года, представлено на рисунке 7.

Распределение ответов на вопрос: Видите ли вы возможности выхода Вашей компании на качественно более высокий уровень развития в ближайшие пять лет?Распределение ответов на вопрос: Укажите, что для Вас будет свидетельством перехода компании на качественно новый уровень развития?Распределение видов господдержки, которые могли бы серьёзно ускорить развитие компании в случае ее получения в ближайшие три года

Программы поддержки «техногазелей»

В последние годы во многих странах были запущены специальные программы по стимулированию ускоренного развития быстрорастущих технологических и инновационно-ориентированных компаний среднего бизнеса. Наиболее интересен пример масштабной стратегии в Республике Корея. На начало 2014 г. в стране параллельно осуществлялось семь программ и проектов, формально объединенных под общим названием «Global SMEs» («глобальные МСП»)4. Все они нацелены на искусственное выращивание «глобальных скрытых чемпионов» из наиболее перспективных корейских компаний, преимущественно среднего технологического звена. Две большие группы проектов, курируемых соответственно Министерством торговли, промышленности и энергетики Кореи (MOTIE) и Администрацией малого и среднего бизнеса (SMBA), 30 июня 2015 г. были официально объединены в общую программу. Этот проект двух госведомств получил название «2015 World Class 300 & Global Businesses Nurturing Project» (Oh Seung-mock, 2015).

В середине 2016 г. в главном проекте World Class 300 уже значится 231 компания и, по информации, представленной на официальном сайте5, к концу 2017 г. планируется полностью завершить отборочную стадию, то есть определить все 300 компаний — участниц программы. Все участники проекта должны получать различные формы и виды поддержки от государства в течение 10 лет (с момента официального подтверждения их включения в список участников), причем общий пакет индивидуализированных услуг (customized package service) включает 26 различных позиций (areas).

По промежуточным итогам, на конец 2015 г. наиболее заметный прогресс ожидаемо наблюдался у «самых старых» компаний — участниц программы World Class 300, вошедших в нее еще в 2011 г.: их годовой оборот (продажи) за 2011-2015 гг. в среднем вырос на 22,3%. Для сравнения: у компаний, вошедших в программу в 2012 г., средний прирост продаж составил лишь 12,6% (данные за период с 2012 по 2015 г.)6.

Второй по значимости текущий проект в Южной Корее — программу «Next Global Champ»7 («Будущий глобальный чемпион») — осуществляет Корейский институт развития технологий (Korean Institute for Advancement of Technology; KIAT). Проект стартовал в 2013 г. с целью довести объем годовых экспортных продаж в опекаемых компаниях до 100 млн долл. Кроме того, перед этими компаниями (за 2013-2015 гг. отобрано 92) поставлена задача стать специализированными глобальными компаниями — лидерами на мировом рынке в своих отраслевых нишах.

В меньших масштабах, но по схожей траектории работает в последние годы правительство Тайваня. Так, в 2012 г. под прямым патронатом Министерства экономики Тайваня (MOEA) была запущена первая трехлетняя стадия практической реализации новой госпрограммы, получившей в англо-немецком гибридном написании название «Mittelstand Award» (в 2015 г. срок действия этой программы был официально продлен до 2023 г.) (Liu, 2015).

В 2014 г. новая масштабная программа господдержки быстрорастущих компаний среднего размера запущена в Малайзии. Официальное ее название — «Mid-Tier Companies Development Programme» (MTCDP), «Программа развития компаний среднего уровня». Генеральный куратор этой программы — Министерство внешней торговли и промышленности Малайзии, а непосредственный оператор и контролер — госкорпорация Malaysia External Trade Development Corporation (MATRADE)8.

Общая схема работы этой программы во многом дублирует южнокорейские аналоги: предусмотрен ежегодный отбор перспективных национальных компаний, имеющих четко выраженную экспортную ориентацию (изначально планировалось провести восемь ежегодных циклов отбора компаний вплоть до 2021 г.). Кроме того, начиная с 2016 г., по инициативе государственного Национального совета по экспорту в Малайзии запущена вторая дополняющая программа «Mid-Tier Ramp-Up Programme» («Программа подъема средних компаний на новый уровень»). Официально это двухгодичная расширенная программа, участие в которой должны принять все компании, завершившие основной 9-месячный курс по первой программе MTCDP. Главный целевой ориентир Mid-Tier Ramp-Up Programme — увеличить объем экспорта компаний-участниц на 50% к 2023 г.9

В феврале 2015 г. стартовала государственная программа «Лидеры конкурентоспособности — Национальные чемпионы» в Казахстане, которая, согласно комментариям местных СМИ, осуществляется под непосредственным контролем президента страны Н. Назарбаева10. Новый казахстанский проект, во многом ориентирующийся на малайзийскую модель11, реализуется по стандартной трехступенчатой схеме: первая — отбор участников (перспективных компаний среднего размера, работающих в различных несырьевых отраслях экономики, — в 2015 г. отобрано 28), вторая — диагностика компаний и третья — оказание им институциональной и финансовой поддержки со стороны государства. Основным оператором этой программы выступает национальный управляющий холдинг «Байтерек».

В европейских странах наиболее активным приверженцем идеи господдержки компаний-«газелей» стало консервативное правительство Великобритании. В 2008 г. по заказу Национального фонда поддержки науки, технологии и искусств (NESTA) было проведено крупномасштабное исследование британских быстрорастущих компаний, которое позднее получило официальное название «Ключевые 6 процентов» («The vital 6 per cent»): по итогам анализа британские исследователи пришли к выводу, что небольшая доля национальных компаний (быстрорастущие фирмы, HGF), которые составляют около 6% их общей численности в стране, создали более 50% всех новых рабочих мест в период с 2005 по 2008 г. (NESTA, 2009). Результаты этого исследования оказали влияние на местных политиков и фактически инициировали реализацию правительством Д. Кэмерона комплекса новых государственных программ и проектов, нацеленных на более активную поддержку развития британских HGFs.

В 2013 г. британское правительство запустило специальную программу «FutureFifty» («Будущие 50»), которая ставит своей главной задачей активное продвижение 50 наиболее быстрорастущих компаний страны. Показательно, что эта долгосрочная программа ориентирована на использование схем так называемого консьерж-менеджмента, то есть комплексного сервисного сопровождения опекаемых компаний, в том числе обеспечения их прямого контакта и взаимодействия с ключевыми правительственными учреждениями и ведомствами, опекающими МСП. Для отбора компаний в программу были привлечены независимые эксперты, а участвующие в ней в настоящее время фирмы получили прямую поддержку со стороны различных успешных предпринимателей-менторов и профессиональных консультантов.

Заслуживает особого внимания долгосрочная программа «Companies of Scale» (CofS), напрямую курируемая Scottish Enterprise, главным инновационным и инвестиционным государственным агентством Шотландии. Пилотная стадия CofS была запущена еще в 2005 г. Эта программа, в 2013 г. официально отнесенная ОЭСР к числу образцовых (good practice program; OECD, 2013), предполагает специализированную поддержку местным компаниям, оборот которых превышает 10 млн фунтов, и нацелена на организацию тесного взаимодействия региональных властей с небольшим числом потенциальных HGF, демонстрирующих серьезные амбиции, чтобы вырасти в компании с годовым объемом продаж 100 млн фунтов и более.

Одной из последних по времени крупномасштабных инициатив британского правительства в данной сфере стал официальный запуск в феврале 2015 г. очередной программы стимулирования роста HGFs — «Help to Grow initiative» (Инициатива «Помощь росту») (Burn-Callander, 2015). Данная программа призвана помочь быстрорастущим британским компаниям получить прямую финансовую поддержку в виде коммерческих кредитов, которые будут ежегодно предоставляться на конкурсной основе 500 отобранным компаниям — участницам программы новым госбанком, British Business Bank, а также по схемам государственно-частного софинансирования. Помимо Великобритании, в странах ЕС программы поддержки на государственном уровне быстрорастущих инновационных компаний действуют в Ирландии, Финляндии, Дании и Бельгии.

Интересный пример такой практической поддержки дает в настоящее время канадская франкоговорящая провинция Квебек. В 2015 г. там были запущены две независимые программы, непосредственно ориентированные на стимулирование развития местных быстрорастущих инновационных фирм. Первая — программа PerforME — напрямую координируется региональным правительством (Министерством экономики, инноваций и экспорта Квебека12), а вторая — Adrenalys — финансируется частным консорциумом, возглавляемым местной консалтинговой компанией Ascendis13.


Перечислим типичные рекомендации, упомянутые в различных обзорах и статьях зарубежных исследователей, которые можно использовать для формирования программы поддержки быстрорастущих технологических компаний:

  • поддержка быстрорастущих предприятий (особенно работающих в сфере middle и high tech) должна носить высокоселективный характер, то есть оказываться с учетом технологической и рыночной специфики отдельных компаний и осуществляться в режиме консьерж-менеджмента;
  • важными элементами такой поддержки должны быть содействие росту квалификации руководящих кадров и профессионально-технического уровня специалистов этих компаний;
  • необходимо активно использовать различные схемы бизнес-менторинга с акцентом на привлечение к этому процессу высококвалифицированных консультантов и экспертов, а также опытных предпринимателей из других компаний;
  • поддержка компаний должна быть преимущественно «про-активной», то есть осуществляться на базе предварительного анализа их текущей деятельности и идентификации возможных недостатков в реализуемой ими стратегии.

По результатам проведенного выборочного исследования российских компаний — участниц рейтинга «ТехУспех» мы считаем важным выделить следующие ключевые моменты:

  • главным ограничением динамичного роста компаний «ТехУспеха» остается отсутствие значительного внешнего финансирования;
  • одним из наиболее эффективных способов преодолеть рыночные ограничения для быстрого роста выступает активизация работы на зарубежных рынках;
  • ключевым фактором динамичного роста этих компаний могут стать прямые заказы со стороны государства и госкомпаний на поставки продукции и выполнение НИОКР;
  • быстрому росту исследованных компаний препятствуют внутренние организационные ограничения. Процессы корпоративного строительства часто отстают от быстрого развития компаний, что не позволяет им эффективно концентрировать свои ресурсы.

1 http://www.rusnor.org/pubs/reviews/8316.htm.

2 С текстом исследования 2014 г. можно ознакомиться на сайте рейтинга «ТехУспех»: http://www.ratingtechup.ru/rate/2014/researches/.

3 Эти усредненные данные по российским «техногазелям» в целом коррелируют с результатами исследования С. Лилишкиса и его коллег (Lilischkis et al., 2013), которые изучили 580 быстрорастущих инновационных компаний из восьми стран — членов ОЭСР: возраст большинства этих компаний превысил 10 лет, причем почти каждая четвертая оказалась старше 25 лет.

4 Подробнее описание этих программ см., например, в: Lilischkis et al., 2013.

5 http://www.worldclass300.or.kr.

6 http://www.worldclass300.or.kr/integ_e/sub01_03_03_01.jsp.

7 См.: http://www.worldclass300.or.kr/integ_e/index.jsp.

8 Подробнее см.: http://www.matrade.gov.my.

9 http://www.matrade.gov.my/en/malaysian-exporters/services-for-exporters/exporters-development/mid-tier-company-development-programme-mtcdp.

10 См., например: http://www.investkz.com/projects/666.html.

11 Ibid.

12 См. подробнее: https://www.economie.gouv.qc.ca.

13 См.: http://www.adrenalys.ca/.


Список литературы / References

Баринова В. А., Сорокина А. В., Шестоперов А. М. (2015). Новый взгляд на поддержку малого и среднего бизнеса в России: компании-«газели» // Российское предпринимательство. № 16. С. 2773—2786. [Barinova V. A., Sorokina A. V., Shestoperov A. M. (2015). The new attitude to support for small and medium business in Russia: "Gazelle companies". Rossiyskoe Predprinimatelstvo, No. 16, pp. 2773—2786. (In Russian).]

Бархатов В. И., Плетнев Д. А. (2015). Успешность быстрорастущих предприятий среднего бизнеса в России // Вестник ПНИПУ. Социально-экономические науки. № 4. С. 65 — 81. [Barkhatov V. I., Pletnyev D. A. (2015). Business success of fast-growing medium-sized enterprises in Russia. Vestnik PNIPU. Sotsialno-ekonomicheskie Nauki, No. 4, pp. 65 — 81. (In Russian).]

Виньков А. А., Гурова Т. И., Полунин Ю. А., Юданов А. Ю. (2008). Делать средний бизнес // Эксперт. № 10. С. 36—49. [Vinkov A. A., Gurova T. I., Polunin Yu. A., Yudanov A. Yu. (2008). To make medium business. Expert, No. 10, pp. 36 — 49. (In Russian).]

Сагинова О. В., Скоробогатых И. И., Мусатова Ж. Б. (2012). Компании — «скрытые чемпионы» в Центральной и Восточной Европе, России, Казахстане и Турции // Российское предпринимательство. № 6. С. 6 — 17. [Saginova O. V., Skorobogatykh I. I., Musatova Zh. B. (2012). Companies — "hidden champions" in Central and Eastern Europe, Russia, Kazakhstan and Turkey. Rossiyskoe Predprinimatelstvo, No. 6, pp. 6—17. (In Russian).]

Юданов А. Ю. (2007а). Опыт конкуренции в России: Причины успехов и неудач. М.: КноРус. [Yudanov A. Yu. (2007a). Experience of the competition in Russia: Causes of success and failures. Moscow: KnoRus. (In Russian).]

Юданов А. (2007b). «Быстрые» фирмы и эволюция российской экономики // Вопросы экономики. № 2. С. 85 — 100. [Yudanov A. (2007b). Fast growing firms ("gazelles") and the evolution of Russian economy. Voprosy Ekonomiki, No. 2, pp. 85 — 100. (In Russian).]

Юданов А. Ю. (2010). Носители предпринимательства: фирмы-газели в России // Журнал Новой экономической ассоциации. № 5. С. 91 — 108. [Yudanov A. Yu. (2010). Bearers of entrepreneurship: Gazelle companies in Russia. Zhurnal Novoi Ekomomicheskoi Assotsiatsii, No. 5, pp. 91 — 108. (In Russian).]

Acs Z., Parsons W., Tracy S. (2008). High-impact firms: Gazelles revisited (Small Business Research Summary No. 328). Washington, DC: Corporate Research Board.

Anyadike-Danes M., Bonner K., Hart M., Mason C. (2009). Measuring business growth: High-growth firms and their contribution to employment in the UK. London: NESTA.

Birch D. (1981). Who creates jobs? Public Interest, Vol. 65, No. 3, pp. 3 — 14.

Birch D., Medoff J. (1994). Gazelles. In: L. Solmon, A. Levenson (eds.). Labour markets, employment policy and job creation. Boulder, CO: Westview Press, pp. 159 — 167.

Birch D., Haggerty A., Parsons W. (1995). Who's creating jobs? Cambridge, MA: Cognetics.

Brown R., Mason C. (2012). Raising the batting average: Re-orientating regional industrial policy to generate more high growth firms. Local Economy, Vol. 27, No. 1, pp. 33 — 49.

Brown R., Mason C., Mawson S. (2014). Increasing "The vital 6 percent": Designing effective public policy to support high growth firms. NESTA Working Paper, No. 14/01.

Burn-Callander R. (2015). David Cameron announces Help to Grow for ambitious young firms. The Telegraph, February 10.

Dautzenberg K. et al. (2012). Study on fast growing young companies (gazelles) — Summary. Berlin: Bundesministerium für Wirtschaft und Technologie.

Gruenwald R. (2014). Shaping policy supporting high-growth entrepreneurship: Reflections on EU SME policy. Horyzonty Polityki, Vol. 5, No. 10, pp. 105 — 126.

Guinchard S. (2015). Technologically innovative, financially conservative: The secrets of hidden champions. ParisTech Review, March 9.

Hart M., Anyadike-Danes M., Bonner K., Mason C. (2009). The economic impact of high growth start-ups: Understanding the challenge for policy in the UK. Paper presented at 32nd Annual Conference of the Institute of Small Business and Entre-preneurship, Liverpool, United Kingdom.

Henrekson M., Johansson D. (2010). Gazelles as job creators: A survey and interpretation of the evidence. Small Business Economics, Vol. 35, No. 2, pp. 227—244.

Kolar J. (2014). Policies to support high growth innovative enterprises. Brussels: European Commission.

Lilischkis S., Korlaar L., Janssen M., Barjak F., Meyer R. (2013). Policies in support of high-growth innovative enterprises. Part 2: Policy measures to improve the conditions for the growth of innovative enterprises. Brussels: European Commission.

Liu P. (2015). Taiwan's "hidden champions". Tapping niche markets. Taiwan Business Topics, Vol. 45, No. 9, pp. 25—27.

Meffert J., Klein H. (2007). DNS der Weltmarktführer. Erfolgsformeln aus dem Mittelstand. Heidelberg: Redline.

NESTA (2009). The vital 6 per cent. London: NESTA.

OECD (2007). OECD framework for the evaluation of SME and entrepreneurship policies and programmes. Paris: OECD Publishing.

OECD (2013). An international benchmarking analysis of public programs for high-growth firms. Paris: OECD Publishing.

Oh Seung-mock (2015). 30 global 'hidden champion' candidates selected to get government support. Business Korea: [News Bulletin], July 1. http://www.businesskorea.co.kr/ english/news/smestartups/11242-world-class-300-30-global-%E2%80%98hidden-champion%E2%80%99-candidates-selected-get#sthash.0uz523RC.dpuf.

Simon H. (1996). Die heimlichen Gewinner (hidden champions): Die Erfolgsstrategien unbekannter Weltmarktführer. Frankfurt; N. Y.: Campus.

Simon H. (2007). Hidden champions des 21 Jahrhunderts. Frankfurt; N. Y.: Campus.

Simon H. (2012). Hidden champions: Aufbruch nach Globalia. Frankfurt; N. Y.: Verlag.

Комментарии (0)add comment

Написать комментарий
меньше | больше

busy