Экономика России и Мира

Шаститко А.Е.
д. э. н., проф.
директор Центра исследований конкуренции
и экономического регулирования РАНХиГС
заведующий кафедрой конкурентной и промышленной политики
экономического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова

Экономические исследования институтов давно прошли фазу операционализации ключевых концепций, когда не только было предложено изменить «координатную сетку» в рамках предмета экономической теории, предполагающего вовлечение в исследования более широкого многообразия ситуаций экономического выбора (Коуз, 1993. С. 4), но и в рамках нее появилось множество результатов, которые либо по-новому позволяли осмыслить ранее исследовавшиеся объекты, либо открыли новые перспективные форматы и сферы исследований. Однако стал ли в связи с этим менее актуальным вопрос о том, как сделать экономическую теорию более практичной без утраты ею достаточной степени универсальности? По нашему мнению, эта задача по-прежнему актуальна, как и вопрос о том, что именно в современных исследованиях экономической организации с применением инструментария новой институциональной экономической теории можно было бы использовать для ее решения.

Юшков А.О.
M.Sc. (Econ.)
научный сотрудник Международного центра
социально-экономических исследований «Леонтьевский центр»
Одинг Н.Ю.
к.э. н.
руководитель исследовательского отдела Международного центра
социально-экономических исследований «Леонтьевский центр»
Савулькин Л.И.
к. г. н.
старший научный сотрудник Международного центра
социально-экономических исследований «Леонтьевский центр»

Межбюджетные трансферты (intergovernmental transfers/grants) относятся к основным элементам системы бюджетного федерализма. Как правило, они предоставляются вышестоящими уровнями бюджетной системы нижестоящим (хотя иногда имеют место и «обратные» трансферты) для минимизации вертикального и горизонтального бюджетного дисбаланса¹, а также для интернализации межтерриториальных внешних эффектов (Oates, 1999). Две основные, но часто противоречащие друг другу цели системы межбюджетных трансфертов — обеспечить бюджетное выравнивание территорий и стимулировать их экономическое развитие. Отдельные механизмы выравнивания подвергаются обоснованной критике (Bird, Smart, 2002), поскольку создают стимулы к оппортунистическому поведению субнациональных властей.

Колодко Г.В.
проф., директор TIGER — Transformation, Integration
and Globalization Economic Research at Kozminski University
(Варшава, Польша)

(О книге: Galbraith J. К. "Welcome to the poisoned chalice: The destruction of Greece and the future of Europe" и не только)

Экономическое будущее Европы, с его очевидными последствиями для мировой экономики, зависит от действия многих процессов, и не только экономических. В настоящее время ситуация очень осложнилась и характеризуется наложением и взаимным усилением ряда неблагоприятных тенденций. Традиционные проблемы, присущие экономическому кризису, — высокий уровень безработицы и слабая инновационная активность европейской экономики, — обостряются иммиграционным кризисом, ростом террористической угрозы и Брекзитом, а также риском выхода Греции из Евросоюза (Грекзит). Потенциальное наложение Брекзита и Грекзита может оказаться фатальным для европейской интеграции. Лечение греческого синдрома требует кардинальных изменений в подходе ЕС (особенно Германии) к этой проблеме. С одной стороны, в Греции необходимо провести структурные реформы и бюджетные корректировки, а с другой — нужно сократить ее государственный долг условно наполовину. В долгосрочной перспективе важно с помощью системных изменений и политики, координируемой на наднациональном уровне, добиться, чтобы профициты одних стран не финансировались за счет дефицитов и долгов других. Многие из этих проблем рассматриваются в книге Дж. К. Гэлбрейта.

Год выпуска: 1990

Автор: Рыков А.И.

Жанр: Экономика

Издательство: Экономика

Формат: DjVu

Качество: Отсканированные страницы

Количество страниц: 495

Описание: А.И. Рыков (1881-1938) сочетал большую государственную работу с теоретическим обобщением вопросов государственного и хозяйственного строительства.

Акиндинова Н.В.
директор Института
«Центр развития» НИУ ВШЭ
Чернявский А.В.
к. э. н.
ведущий научный сотрудник
Института «Центр развития» НИУ ВШЭ
Чепель А.А.
эксперт
Института «Центр развития» НИУ ВШЭ

Бюджетные проблемы регионов привлекают пристальное внимание экспертов, особенно с 2013 г., когда резко выросли дефицит их бюджетов и долг. Немалую роль в этом сыграли дополнительные расходы, связанные с выполнением «майских указов» президента РФ, на фоне сокращения федеральных трансфертов. В 2015 г. в условиях экономического кризиса суммарные показатели дефицита консолидированных бюджетов регионов улучшились (в отличие от ситуации 2009 г., когда суммарный дефицит вырос). Однако ценой этого стало резкое (более чем на 10%) инфляционное обесценение бюджетных обязательств. В данной статье мы пытаемся выяснить, что стоит за общими цифрами исполнения региональных бюджетов с учетом региональных различий, что произошло с расходами на выполнение «майских указов» и зарплатами бюджетников во время кризиса, а также насколько бюджетная консолидация способствовала решению долговой проблемы регионов.

Гимпельсон В.Е.
к.э.н.
директор Центра трудовых исследований НИУ ВШЭ
профессор факультета экономических наук НИУ ВШЭ
старший научный сотрудник Института социологии РАН

Тема дня: человеческий капитал

В последние десятилетия экономическая наука пришла к признанию того, что в конечном счете процветание любого общества зависит от двух основных факторов: от того, что люди знают и умеют, и от того, как они взаимодействуют друг с другом. Другими словами, от накопленного человеческого капитала и качества действующих институтов. Если по многим другим вопросам экономисты придерживаются разных мнений, то здесь, похоже, сложился консенсус.

Медведев Д.А.
Председатель Правительства Российской Федерации

Российская экономика проходит период глубокой трансформации. В ближайшие годы нашей стране предстоит осуществить коренное обновление своей экономической системы, соответствующее тем вызовам и изменениям, которые на наших глазах происходят в мировом социальном и экономическом порядке. Глобальный кризис, начавшийся в 2008 г. и продолжающийся до настоящего времени, формирует новую повестку перед всеми ведущими странами мира — развитыми и развивающимися. Конкретные задачи, которые решаются в рамках этой повестки, в каждой стране свои. Но общей является острота вставших проблем, требующих переосмысления всего накопленного опыта и нахождения решений, зачастую не имеющих прецедентов.

Гнидченко А.А.
к.э.н., ведущий эксперт
Центра макроэкономического анализа
и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП)
м.н.с. Института народнохозяйственного прогнозирования РАН
н.с. НИУ ВШЭ

В литературе по международной торговле основным принято считать вопрос о причине торговли. Несмотря на кажущуюся простоту постановки вопроса, предложено множество ответов. Источниками торговли назывались сравнительные преимущества (Д. Рикардо), различия между странами в обеспеченности факторами производства (Б. Хекшер и Э. Олин), структура спроса на рынке страны-экспортера и степень ее сходства со структурой спроса на рынке страны-импортера (С. Линдер), возрастающая отдача от масштаба и склонность потребителей к разнообразию (Э. Хелпман и П. Кругман), а также другие факторы. В XXI в., по выражению А. Костино и Дж. Фогеля, произошло «рикардианское возрождение» (Costinot, Vogel, 2015) — бум разработки моделей международной торговли, учитывающих технологические факторы¹.

Фролов Д.П.
д.э.н., проф., завкафедрой маркетинга
Волгоградского государственного университета

Современная экономическая наука находится в поиске новой парадигмы. Глобальный финансовый кризис наглядно продемонстрировал явные пороки нормативных следствий неоклассической доктрины с ее многочисленными методологическими допущениями. Наиболее обоснованные амбиции среди гетеродоксальных научных направлений, претендующих на статус мейнстрима в условиях «новой нормальности», имеет институционализм (Hodgson, 2007). Однако конкурентоспособность институциональной методологии по сравнению с неоклассической остается под вопросом. Главным образом это связано с отсутствием четкой альтернативы рационально-максимизационной модели человека, являющейся фундаментом неоклассики как научной школы (Lawson, 2013), а также с размытостью концепций, описывающих взаимосвязь индивидов и институтов, о чем свидетельствуют затянувшиеся дискуссии о приоритетности микроуровневых механизмов мотивации или макроуровневых регулятивных структур.