Экономика России и Мира

Эффективность экспорта нефти и нефтепродуктов в 2001-2010 гг.

Продукция нефтяного комплекса доминирует в российском экспорте и играет определяющую роль в формировании бюджетных доходов. В 2010 г. поступления от добычи и экспорта нефти и нефтепродуктов составляли 92% нефтегазовых доходов и 43% суммарных доходов федерального бюджета. В середине 1990-х годов российская нефтедобыча пережила резкий спад (пик снижения пришелся на 1996 г.), однако в последующие 14 лет ее объемы росли и в 2010 г. вышли на уровень 98% показателя 1990 г. На рисунке 1 представлены данные о добыче нефти в России, начиная с 1981 г.

Результаты деятельности российского нефтегазового комплекса (НГК) выступают основой обеспечения платежного баланса страны, поддержания курса национальной валюты, формирования в экономике инвестиционных ресурсов. Экономика России по-прежнему зависит от доходов нефтегазовых компаний, за счет которых формируется 50% федерального бюджета и около 70% поступлений от экспорта (оценки величины нефтегазовой ренты в России см. в: Гурвич, 2010). Рыночная стоимость акционерного капитала нефтегазовых компаний составляет половину капитализации российского рынка акций. Именно благодаря высоким производственно-экономическим показателям компаний НГК сформированы Резервный фонд и Фонд национального благосостояния, увеличиваются международные резервы страны.

По поводу заемного труда в России идут интенсивные дискуссии между его сторонниками и противниками. К недостаткам использования заемного труда относят низкую степень защищенности работников, подрыв традиционных договорных отношений. Защитники интересов работников консолидируются с профсоюзами, которые в последние годы добиваются запрета на использование заемного труда в России. И хотя сегодня прибегать к заемному труду в России не запрещено, эта область законодательно не урегулирована. Предполагается, что запрет заемного труда должен защитить работников от нарушений, которые допускают работодатели при его использовании.

Взаимодействие и взаимовлияние инноваций и конкуренции уже в течение нескольких десятилетий¹ остаются в центре внимания при анализе экономического роста, включая исследовательские проекты, актуальную повестку государственной политики, практику инновационной деятельности. Различными авторами была оценена — на основе теоретических построений и эмпирических данных — взаимозависимость между конкуренцией, нововведениями, экономическим ростом в условиях монополизированных, олигопольных и конкурентных рынков (Aghion et al., 2002; Ва et al., 2008; OECD, 2009; Pack, Westphal, 1986 и др.). Было показано, что даже монополизация, повышение уровня концентрации, в некоторых случаях может стимулировать инновации, положительно влиять на динамическую эффективность производства (высокий ресурсный потенциал, рост конечной доходности инноваций за счет широкого охвата рынка и др.), а в других — ограничивать стимулы к новаторству. При совершенной конкуренции эти стимулы могут либо усиливаться (необходимость удерживать или сохранять долю на рынке, например, за счет сокращения издержек), либо ослабевать (например, при появлении новых сильных конкурентов).

Интеграция национальной науки в глобальную стала сегодня главным вектором научно-технической политики РФ. При этом одним из наиболее часто употребляемых в отечественном политическом лексиконе индикаторов, имеющим прямое отношение к методам измерения интернационализации отечественной науки, становится показатель удельного веса (или доли) российских публикаций в мировом публикационном потоке, индексируемом в международной информационно-аналитической системе по научному цитированию Web of Science (WoS). Долевой показатель встречается в «Стратегии инновационного развития Российской Федерации на период до 2020 г.»¹, указе Президента РФ «О мерах по реализации государственной политики в области образования и науки»², Государственной программе РФ «Развитие науки и технологий» на 2013-2020 гг.³

Рассматривая институционализацию отношений государства и бизнеса в постсоветской России, мы можем выделить как минимум два различных периода. Во время президентства Ельцина возникло значительное число профессиональных объединений, организовавшихся, главным образом, вокруг личностей своих основателей и унаследованного ими с советских времен социального капитала, общественная роль этих объединений была незначительной (Зудин, 2006). С приходом к власти Путина в конструировании модели общественного устройства вернулись к традиционной для России модели с ярко выраженным этатистским характером общественного устройства, что сопровождалось значительным усилением вмешательства государства в экономику и общественную жизнь. Последнее проявилось, в частности, в создании госкорпораций и разветвленной сети созданных сверху «общественных палат». Так, построение вертикали государственного управления в отношениях государства и бизнеса выразилось в официальной государственной поддержке проектов четырех межотраслевых объединений — ТПП и РСПП, «Деловая Россия» и «ОПОРА России», за которыми закрепились полномочия официально назначенных консультационных площадок, представляющих соответственно крупный (ТПП и РСПП), средний и малый бизнес (Markus, 2007).